Экзамен

Недели шли. Изуку привык к размеренной жизни у моря. Каждое утро начиналось с прогулки вдоль берега, сбора водорослей для компоста и проверки рыболовных сетей вместе с Инко. Он почти убедил себя, что странные сны — просто кошмары, а серебряный кулон — обычный сувенир, найденный когда‑то на пляже. В день пятнадцатилетия Инко подарила ему толстую книгу о героях: — Ты всегда мечтал ими стать. Пора идти к своей мечте, Изуку. Он долго смотрел на обложку, где сиял логотип Юэй, и кивнул. Экзамен на поступление в Юэй проходил на огромном полигоне, окружённом трибунами. Сотни абитуриентов ждали своей очереди, нервно переговариваясь и разминая мышцы. Изуку глубоко вдохнул, пытаясь унять дрожь в руках. Кулон под рубашкой едва заметно пульсировал, будто чувствуя его волнение. Сначала — тест на физическую подготовку. Бег на время, подтягивания, прыжки в длину. Изуку выкладывался на полную: годы плавания и работы на берегу не прошли даром. Он показал результаты выше среднего, но не выдающиеся — как раз то, что нужно. Затем — испытание причуды. Перед ним возвышался тренировочный манекен класса «А», рассчитанный на серьёзные нагрузки. — Мидория Изуку, — объявил экзаменатор. — Продемонстрируйте вашу причуду. Лимит времени — две минуты. Изуку сжал кулаки, сосредоточился и мысленно произнёс кодовую команду, выученную ещё в лаборатории: «Усиление». Мышцы налились силой, вены на руках выступили. Он сделал резкий рывок вперёд и ударил по манекену. Удар вышел мощным — манекен отлетел на несколько метров и врезался в защитный барьер. Толпа ахнула. — Впечатляет, — кивнул экзаменатор, делая пометки в планшете. — Ещё раз, с максимальной силой. Изуку глубоко вдохнул. На этот раз он вложил в удар всё, что мог. Манекен разлетелся на куски, осколки разлетелись по полигону. Экзаменаторы переглянулись. Один из них, седовласый мужчина с проницательным взглядом, склонился к коллеге и что‑то тихо сказал. — Достаточно, — объявил главный экзаменатор. — Мидория, пройдите к зоне ожидания. Пока Изуку шёл к обозначенному месту, он ловил на себе взгляды других абитуриентов. Кто‑то смотрел с восхищением, кто‑то — с завистью. Бакуго, стоявший неподалёку, громко фыркнул: — Ха! Повезло, что тут манекены, а не живые люди. Очако, напротив, улыбнулась и показала большой палец вверх: — Это было потрясающе! Ты такой сильный! Шото Тодороки лишь молча кивнул, но его взгляд задержался на кулоне, выглядывающем из‑под воротника рубашки Изуку. — Амулет, — заметил он. — Семейная реликвия? — Д‑да, — Изуку поспешно спрятал кулон. — Подарок от… приёмной матери. Через час объявили результаты. Из сотен абитуриентов отбор прошли лишь несколько десятков. Изуку услышал свою фамилию среди зачисленных и облегчённо выдохнул. — Поздравляю, — Инко обняла его после церемонии. — Я знала, что у тебя получится. — Спасибо, — он улыбнулся. — Теперь начинается самое сложное. Через месяц учёбы начали происходить странные вещи. Во время спарринга с Иидой его причуда дала сбой: вместо усиления он на мгновение увидел схему движения противника — все точки удара, слабые места, траекторию следующего шага. Это длилось долю секунды, но хватило, чтобы уклониться и провести контратаку. — Как ты это сделал? — удивился Иида. — Интуиция, — отмахнулся Изуку, чувствуя, как кулон нагревается на груди. Той же ночью ему приснился сон: лаборатория «Аврора», дети в камерах, голос: «Объект 7, активируй Seek». Он проснулся в холодном поту. Кулон вибрировал, будто пытался стереть воспоминание. Тревога достигла пика, когда Юэй отправили на операцию против культистов. «Восемь заветов смерти» похищали детей с редкими причудами — как когда‑то похитили его. Группа проникла в заброшенный завод. В подвале, в маленькой клетке, сидела девочка лет восьми. Эри. Её глаза были полны страха, а на руках виднелись следы инъекций. Изуку замер. В ней он увидел себя — маленького «Объекта 7», запертого в белой камере. Воспоминания прорвались сквозь барьер кулона: лица других детей, боль экспериментов, отчаяние. Кулон треснул с тихим звоном. Мир изменился. Он увидел: нити связи между культистами; скрытые ловушки в стенах; путь к главному убежищу организации; страх в глазах лидера секты, прячущегося на верхнем этаже. — Seek, — прошептал он, и глаза засветились белым светом. — Я найду вас всех. Очако и Шото переглянулись. Бакуго сжал кулаки: — Деку, что с тобой?! Но Изуку уже не слышал. Впервые за годы он чувствовал свою настоящую силу — ту, что прятали в нём учёные «Авроры». И теперь она пробудилась. Операция завершилась успехом. Эри спасли, культ был частично разгромлен. Но в Юэй начались расследования. Директор Нэдзу лично вызвал Изуку: — Твоя причуда… Она изменилась. Расскажи всё, что знаешь. Изуку взглянул на Инко, стоящую у двери. На друзей, которые пришли поддержать его. На Эри, цепляющуюся за его рукав. — Я готов рассказать, — медленно произнёс он. — Но сначала мне нужно вспомнить. Всё. Кулон, расколотый надвое, лежал в его ладони. Барьер памяти рухнул. Теперь путь к истине был открыт — каким бы страшным он ни оказался.