Фисташковый рожок

      Обеденный перерыв начался пять минут назад. Клара, закончив с пациентом — жертвой проклятия жабр, решила найти самого загадочного человека в больнице. Ну или ей так казалось. Прямо сейчас новый целитель был для нее воплощением тёмной таинственности, ума и не самой типичной, но привлекательности. Она встретила его у палаты, где лежал один из их общих пациентов — аврор, что чудом остался жив. Стараниями сестры Келли у них с Целителем Снейпом было четыре общих пациента и много совпадающих смен. Она знала его расписание наизусть.       Все их разговоры начинались вежливым приветствием и заканчивались обсуждением плана лечения. Сегодня она, набравшись смелости, попытается это исправить.       — Целитель Снейп!       — Сестра Эйнсворт.       — Вы ведь уже закончили, не идёте в буфет? — с самой очаровательной улыбкой спросила девушка, заглядывая в чёрные глаза.       В этот взгляд она направила все свои нервные импульсы, складывая азбукой Морзе очевидное для всех, кроме него, послание.       — Нет. Я домой. Продуктивного вам дня, сестра Эйнсворт. Вечером нужно будет…       — Да, — немного поникнув, ответила Клара. — Я вас поняла. Сделаю в лучшем виде, зафиксирую всё в карте.       — Спасибо, — ответил целитель, а затем, немного задумавшись, добавил:       — С вами /то, что Клара услышала по-своему/ работать.       Он кивнул ей на прощание и направился в холл. Клара стояла на месте ещё какое-то время.       Она же кивнула ему на прощание?       Вроде бы да.       Он сказал…       Он сказал!       А что он сказал?       Дословно она не могла вспомнить, но была уверена, что это звучало как: «С вами приятно работать!».       Приятно! Работать!       А значит, и она ему приятна, правда?       А раз приятна, то…       Ей срочно нужно обсудить всё со старшей сестрой. Иначе хрупкое девичье сердце вот-вот разорвётся от радости.       Сара Келли почти всю жизнь проработала медсестрой в больнице Святого Мунго. Некоторые молодые врачи, что ещё не имели за плечами большого опыта, всегда к ней прислушивались и даже немного побаивались. Младшие медсёстры уважали и ценили её. Она обучала их всех — иногда жестоко, а иногда давала ту самую необходимую передышку. Она была очень проницательной, и потому даже короткий разговор с ней всегда дарил чувство облегчения.       Что тебя поняли и не осудили.       — Эйнсворт, детка, да он ведь даже не смотрит на тебя. Кроме того, после Нового года его испытательный срок заканчивается, и он наверняка уйдёт из больницы, — сказала Сара, присев рядом с молоденькой, но очень шустрой в деле медсестричкой. Её любимица, хотя она никому об этом не скажет.       — Но он ведь сказал, что со мной приятно… Сестра Келли, неужели мне даже попытаться не стоит?       — Солнышко, что ты вообще в нём нашла? Он вечно угрюмый, да и слова из него не вытянешь. Как тебя вообще угораздило?       — Он умный… И ничего не вечно угрюмый! Он так хорошо выполняет свою работу. Вы видели, что он сделал с тем аврором? Все целители разводили руками и говорили, что он не жилец! А Целитель Снейп молча сделал всё необходимое!       — А ещё он Пожиратель Смерти… — как бы между прочим добавила Келли.       — Его оправдали! — более дерзким тоном, чем обычно, возразила Клара.       — Детка, все мы любим плохих парней. Это романтично и захватывающе. Но, милая, не каждая справится с таким. Первая любовь дана нам как яркое запоминающееся событие, но не всегда она заканчивается взаимностью.       — Сестра Келли… Вы же замуж вышли за своего первого парня, с которым встречались?       Сара поджала губы, сдерживая улыбку, и пристально посмотрела на девчушку.       — Так и было. Он был тем, с кем я впервые вступила в отношения, — в глазах седовласой женщины заискрился озорной блеск, делая её сразу на десять лет моложе. — Но я ни разу не говорила, что он был моей первой любовью.       — О… — только и вымолвила Клара с широко раскрытыми глазами. Кажется, новость для неё оказалась действительно шокирующей. — И каким он был?       — Он был по-настоящему плохим парнем. Но очень красивым. Это была безответная любовь с моей стороны. А потом я встретила Эдварда, и он показал мне, что бывает по-другому. Что вместо качелей и игр «тяни-толкай» или холодного внезапного безразличия могут быть искренние счастливые улыбки и тёплые объятия. А также забота и желание оберегать от всех невзгод, — Сара отвела взгляд перед собой и сделала глубокий вдох. Её нижняя губа дрожала. Она нащупала кулон на груди и крепко зажала его в пальцах, ни на секунду не ослабляя хватку.       Клара не была знакома ни с мужем, ни с дочерью Сары. Они погибли в Косом переулке во время теракта, устроенного ПСами ещё в начале войны. Сара должна была быть с ними в тот день, но её срочно вызвали на смену. Спасая чужие жизни, она потеряла дорогих сердцу людей. Они умерли почти мгновенно, угодив в эпицентр ловушки из ядовитого дыма проклятия.       Девушка робко поднесла ладонь к женщине и сжала её руку, покоящуюся на коленях.       Сара улыбнулась и, наконец отпустив подвеску, вытерла едва проступившие слёзы.       — На твоём месте я бы обратила внимание на Питера. Хотя на такую красавицу, как ты, найдётся много желающих. Однако, поверь моему опыту, именно из таких, как Питер, получаются самые лучшие мужья. За спиной которых можно быть просто любимой женщиной.       — Роквуд ничего, конечно, но он ни разу даже не заговорил со мной. Только и делает, что смотрит. Иногда настолько подолгу, что становится не по себе, — её слегка передёрнуло от воспоминаний последнего сеанса его пристальных гляделок в её сторону.       — Попробуй заговорить сама. Он славный парень, детка. Просто очень застенчивый.       — Сестра Келли, — вопросительно произнесла девушка, — вы ведь помните, как меня зовут? За весь наш разговор вы как только меня не назвали…       Сара сначала удивилась такому вопросу, а потом засмеялась и перехватила руку своей любимицы. Отчего та лишь сильнее насупилась, сохраняя подозрительность в сведённых бровях.       — Конечно, милая… Э… Клара же, да?       — Вы снова смеётесь надо мной! — жалобно простонала девушка.       — Ты очень юная и милая, а я так давно никого… Позволь хоть так подарить тебе нежность.       Глубоко под ребрами больно кольнуло. Настолько, что Клара невольно моргнула и сжала челюсть. Дочь Сары была почти её одногодкой. А Клара Эйнсворт помнила свою мать лишь по фотографиям и рассказам отца. Может, и неплохо вот так поиграть в дочки-матери иногда. Может, и стоит прислушаться к совету… ***       Косой переулок был полон людей — яблоку негде упасть. Ученики разного возраста готовились к школе. Первогодки с родителями воодушевлённо зависали у каждой витрины. Самое большое столпотворение всех возрастов было у магазина мётел.       Каждый шаг ей давался тяжелее, чем обычно. Поясницу сильно тянуло. Но мороженое с фисташкой в обновлённом меню кафе так и манило к себе, перекрывая всякий здравый смысл. Питер просил быть аккуратнее и сообщать, если ей чего-то захочется. Но она ведь не может сидеть безвылазно в четырёх стенах? Кроме того, врач сказал, что умеренные нагрузки пойдут только на пользу. Неровный камень брусчатки предательски подкинул её лодыжке испытание, которое она, похоже, с треском провалила. В голове пронеслись варианты, как лучше развернуться в воздухе, чтобы упасть на руки и колени, не задев живот. Как только она почувствовала, что готова повернуть тело в полёте и перенести вес тела, чья-то крепкая хватка удержала её за локоть и развернула к себе. Носом она упёрлась в чёрную мантию.       Должно быть, жарко в такой в июле, — пронеслось в её голове.       Это был кто-то высокий и с определённо хорошей реакцией. Стоит поблагодарить своего спасителя и ни за что не проговориться Питеру о своей вылазке, раз уж всё обошлось. Клара подняла глаза и на мгновение потеряла дар речи.       — Целитель Снейп? — прошептала она, не веря своим глазам.       — Сестра Эйнсворт?       — Уж год как не медсестра и не Эйнсворт, — застенчиво улыбнулась Клара. Щёки обжёг румянец.       — Ну, а я давно не целитель, — он уверенно отодвинул её от себя, но локоть не отпустил, отодвинув левее от потока людей.       Просканировав её оценивающим взглядом, он спросил:       — Вы в порядке? — его взгляд сначала задержался на её ноге, а затем, на долю секунды — на округлившемся животе.       — Да… да, я в порядке. Благодаря вам. Спасибо!       — Не стоит. Хорошего дня, миссис…       — Роквуд. Я теперь Клара Роквуд.       — Берегите себя, миссис Роквуд, — кивнул Снейп и, развернувшись, быстро скрылся в толпе.       Клара отметила, что выглядел он мрачнее, чем она его запомнила с последней их встречи.       Это было перед Рождеством около трёх лет назад. Тогда она поставила перед собой цель — признаться ему во что бы то ни стало. В тот день медсёстры совместными усилиями устроили небольшой праздник в сестринской. Целитель Снейп тогда сильно всех удивил своим присутствием. Он даже перекинулся парой фраз с другими целителями. В то время, незадолго до Рождества, он стал выглядеть иначе — более умиротворённо. Даже его походка уже не казалась такой строгой. Сестра Келли тогда предположила, что у него кто-то появился. На работе он был таким же собранным, как обычно, но выражение лица стало определённо мягче и оттого более располагающим. Такие разительные перемены заметили все, даже их пациенты. Один из них даже посочувствовал Кларе, вслух предполагая, какая, должно быть, восхитительная избранница у Целителя Снейпа, раз даже он расцвел. Этот пациент тогда жутко ее разозлил, потому его рану она промокнула чуть менее аккуратно, чем делала это обычно.       В тот вечер она так и не решилась признаться. А потом он ушёл из больницы, как и предсказывала сестра Келли.       Всё-таки первая любовь не всегда заканчивается взаимностью, верно?       Однако, яркое воспоминание о трепещущем и изнывающем в безответной любви сердце навсегда останется с ней. Сейчас ей казалось забавным, как его взгляд, не имеющий ничего общего с романтикой, тогда был для неё всем. Как бешено колотилось сердце от одного его «Сестра Эйнсворт».       Светлая грусть об ушедшей юности и той страстной безответной любви заставили её невольно улыбнуться, провожая его спину в толпе.       Хмурое весь день небо, наконец, негромко громыхнуло. Первые тёплые капли, упавшие ей на щёки и плечи, вывели её из воспоминаний. Всё больше тёмных мокрых клякс появлялось на серой брусчатке. Толпа начала рассеиваться: люди забегали в лавки и прятались под навесами. Самые подготовленные достали зонты, а кто-то трансфигурировал их прямо из палочки.              Прощайте, Целитель Снейп. Спасибо, что были моей первой любовью.              Клара сжала древко, и магия завибрировала, покалывая в кончиках пальцев. Прозрачный купол вытянулся и раскрылся из конца палочки, укрыв девушку от дождя.       Ей ещё предстояло купить фисташковый рожок.