Глава 1. Сто парсеков до Земли...

      Разлом в этом месте был явно искусственным, по той самой версии, что именно здесь, от чего-то было до едрени разбитых и основательно покореженных капсул на которых, с недавних пор, любимые подопытные зверьки одной неизвестной конторы, словно дети оказавшиеся в огромном горно-добывающем карьере пытались найти то, что сволочи-родители будто специально закопали поглубже, да по хитрее.       Прицокнув языком Рихтер в который раз уже обводил взглядом "одноразовые металлические короба" местами потесанные и закопченные после приземлений. Небрежно разбросанные невидимой рукой, будто бисер. Угрюмый копошась в собственных раздумьях и не забывая поглядывать под ноги и в тыл шел следом.       Длился первый день с момента заброски группы. Однако, жалко что приземление пережили не все.... Не к месту разыгравшийся метеоритный дождь у орбиты планеты всё поломал. И теперь их осталось только двое.       "Хоть бы попался, кто..." - подумал Рихтер, подойдя и заглянув через разбитое космостекло в одну из капсул. Постучал костяшками пальцев.        "Никого. Да и кто бы тут остался после такого дерзкого приземления?"       Бойцы съехали по пологому склону вниз. Огляделись. Здесь тоже было, где разгуляться. В этой полости также оказались светящиеся кристалллы- породы, этакая естественная подсветка пути. Хотя сейчас путь был один - широкий проход, остальные только сужались в узкие коридоры и тупики.       По пути им попались порядка еще трех капсул разной степени разбитости. Однако первому встречному зверьку повезло конкретно...       К слову, про увидеть, наконец, на живую нового представителя животного мира: прототипного мутанта или мутанта-прототипа... Да какая разница, пусть и искусственного, все так и непомерно хотелось. Во всяком случае лучше, чем разглядывать без конца груды металла.       — Глянь, что то до фига капсул воляется. Парковка у них здесь что ли?У - Угрюмый покачал головой глядя на покареженную о скалы космическую капсулу.       — Да и кто так паркуется. Понабросали, блин, лимита поганая и сдрыснули. Тут внимание Угрюмого привлекло более интересный предмет наблюдения:       — Землю горчицей измазали... - протянул Угрюмый, разглядывая желтый растянутый след, будто кого волокли.       Горчичный след тянулся до лежащего мордой в землю неизвестного черного мохнатого тела в еще большей по размеру горчичной подсохшей луже. Рихтер присел рядом, задумчиво перевел внимание на мохнатое чудо человеческих технологий, лежащее собственными потрахами наружу.       В тишине, бойцы принялись осматривать место зверской смерти несчастного подопытного. Длилось это не долго. Картина походила на то, если бы несчастного Прототипа пожевали и выплюнули.       — Свои же схарчили, - не долго думая высказал версию Угрюмый. — Следы лап видишь? Следы от укусов еще, так волки кусают и им подобные. Рихтер продолжал молчать и вскоре, поиграв желваками, умозаключительно произнёс:       — Сдается мне, это и есть зверинская кровища. Вытек наш зверек, только и лапы к верху. А что до следов, так староваты они. Только зверушки заземлились, а уже что-то не поделили... Глаза диверсанта продолжали внимательно изучать характер ранений: края ран обширные и рваные, черная шерсть ворсинами слиплась желтые грязные лоскуты. Одной рукой взял его лапу и развернул когтями-пальцами к себе.       На когтях чужой крови нет.       "Не похоже, что бы он сопротивлялся" - пришел к выводу Рихтер.       Удивительно было и другое - не было (пока что) замечено падальщиков из числа насекомых. Хоть подобие какое-нибудь мух.       "Однако, и не обычная у тебя морда" - Рихтер коснулся рукой вытянутой головы темного Прототипа и, оторвав от земли, повернул влево-вправо.       — Ты бы долго не ковырялся, вдруг бациллу какую или бешенство таскал он.       Рихтер отмахнулся. Он всегда работал в перчатках. Взялся руками за челюсти, раздвинул. Ага, точно, как у семейства волчьих каких-нибудь. И уши были. "Деформированны" не много на генно-инженерном уровне, но отростки ими и оказались, будто вросшие в уродливый элипсоидный череп.       Рихтер посмотрел на Угрюмого, кивнул головой в сторону продолжения витиеватого туннеля.       Сеть пещер угляблялась вниз, снова. Склон становился круче, пока резко не стал обрывом.       Диверсанты остановились уставившись в черноту провала. Умная встроенная оптика в очках эхо-локатором показала пятнадцать метров до следующего пола.       Рихтер скинул через голову веревку. Распустил и зафиксировал, обернув вокруг сталагмита. Подергал. Нормально, можно спускаться.       Спустившись поочередно на веревке в естественную шахту, бойцы заметили следующего "счастливчика": этот экземпляр сидел сгорбившись, прижавшись спиной к валуну, будто понурив голову. В этот раз "горчицы" уже не было.       Почти...       — Представился уже.       — Не совсем, вроде шерсть на загривке колыхается, - с сомнением ответил Рихтер, прищурив один глаз.       — Это сквозняк колыхается, - отмахнулся Угрюмый.       — А ну, дай...       Рихтер присел еще ближе к мохнатой туше.       — Алё, боезный! Слышишь меня?       Тормошнул его за голову.       — Ме... фе... не... - проворочало что-то заплетащим языком темное существо еле разлипив один желтый глаз и посмотрел измученно на человека. На большее сил у Прототипа не хватило. Он и так по собственной тупости лишился всего, особенно жизни.       — Не понятно, - прицокнул языком Рихтер. На морде Прототипа виднелись небольшие желтые подтеки, ровно в том месте, которое больше всего походило на нос.       "Подкололся, чем что ли..."       — Да чего тут не понятного, ты на лапы глянь его - разбиты все. Что за блятская порода - всё бы им со скал сигать в бездну, - буркнул Угрюмый. — Им наверно всем давали слушать одну старую панк-группу, "КиШ" называется. Нормальные герои всегда идут в обход! А они...       — Любят они ходить короткими путями, экстрима в жизни не хватает, - закончил иронично Рихтер. — До ветеринарки не дотянет. По дороге дуба врежет. Пульс очень слабы, во лбу жилка бьется.       Он вытащил из ножен диверсантский нож. С тенью сожаления посмотрел на еле живого Прототипа, которому, может быть, остались считанные минуты, а они подоспели к самой кульминации.       — Пожалеем зверушку, чтоб долго не мучился.       Рихтер загнал его в шею зверьку. Провернул. Вытер желтые следы на лезвии о шерсть Прототипа и посмотрел на Угрюмого.       — Погнали дальше.

***

       Сидеть на каменном полу было жестко и неудобно. Постоянно затекала то одна, то другая половинка задницы, и соответствующая ей нога. Менять положение приходилось осторожно и тихо, так, чтобы не издать ни малейшего звука. Расположившись за грудой сталлактита чуть в стороне, Рихтер, не мигая, смотрел в прицел рейлгана.         Могучая оптика воспроизводила мелкие детали наблюдаемого черного существа, именуемого здесь Экспериментами. Под тонкими волосками перекрестья и рисок красными угольками тлели цифры часов, а под ними весело бежали зеленые циферки дальномера.       Когда-то просмотренная очень старая передача больше столетней давности о мире диких животных с очень западающей в душу настольгической мелодией, где харизматичный диктор с добрым и отеческим баритоном, будто своему сыну, раскрывает тонкости животного мира.       "А сейчас, дорогие друзья, мы рассмотрим одного очень удивительного и уникального представителя не местной фауны — "Чернолапого зверька подземного" или "Атер лисохвостый".       И дело не только в том что создан он был искусственно, а тот факт, что наше сафари начинается с подземелья Under Stone, в котором собрался целый ареал обитания данного непонятного представителя отряда хищных. В нашем случае: "Зверька Прототипного". Данный представитель повадками не блещит, а примечателен своей абсолютной пугливостью на абсолютно все внешние раздражители окружающего мира, а также излишнее паникерство и аутогрессию, черезмерную склонность к внутренним переживаниям и самокопанию, всегда готовым прогрессировать в депрессию и жуткую апатию.       А теперь давайте понаблюдаем за этим несуразным зверьком"... - про себя проговорил Рихтер. Зверек, ростом со среднего человека, не торопливо осматривался по сторонам, пока его внимание не привлекли отсветы от геодеревьев.       Черношерстный, хищные кошачьи глаза со светящимся желтым белком и немного желтого на конце хвоста. Пятипалые лапы. Ни под одно известное описание живых и известных тварей, оно не подходило. Какой-то гибрид, чего-то с чем-то. Примечательным особенно была элипсоидная форма хищной морды, было что-то и крысиное, и волчье. Ушей не видно или генная деформация такая...       "На кого же ты похоже..."       Рихтер все продолжал разгадывать кровных прародителей этих тварей.       "Однако, пока что мы видим, что умом и сообрадительностью наблюдаемый зверек не блещет, поэтому он на верном пути".       Рихтер мотнул головой.       Также была оперативная информация и про белый вид испытуемых.       Экперимент остановился мордой к геодереву. Через прицел было видно, как его желтые хищные глаза, похожие на две иглы, беспорядочно бегают по плодам, висящим на ветках. Снова принялся прыгать в попытках уцепится за заветные подземные фрукты. Досада.       "Ну, давай, дотянись уже.. Ветку, чтоли сорви какую..."       Словно прочитав мысли, Черныш принялся оглядываться ища чем бы сковырнуть ставшие уже ненавистными плодны. А в животе уже порядком урчало.       Шлем сидел на голове как влитой, и его веса диверсант не замечал. Установленные на нем стерео микрофоны чутко улавливали любые звуки, а встроенная в шлем акустическая система их многократно усиливала и точно воспроизводила. Воспроизведение было бинауральным, и стоило закрыть глаза, как создавалось впечатление, что ты висишь в середине беспредельного, наполненного шорохами и звуками, пространства.       К тому же прилагалась еще один девайс - термальный сканер с функцией прибора ночного видения в форме простых очков.       "Жрать хочешь... Я знаю, точнее слышу".       Черный зверек все продолжал шарится промеж ветвей кучки геодеревьев, образующих своеобразную полянку, в попытке нарвать себе еды. Подпрыгивал, пытаясь дотянутся мохнатыми лапами до ветвей повыше и что-то безсвязное бурчал себе под нос.       Помогать зверькам в планы диверсантов не входило совершенно. Оговорок по части жертв среди местного сброда не содержалось.       Рихтер поскреб затылок.       За спиной тихо заерзал Угрюмый.       — Кто там среди ночи шарится по подвалу?       — Известно - кто, - не отрываясь от прицела ответил Рихтер. — Черныш.       — Обратно рыскает. Пожрать бы что ищет. Прям, как в "Мире животных". Если сейчас еще подругу найдет, самое интересное будет.       Угрюмый гы-гыкнул и подполз к тому месту, где сидел Рихтер.       Красные рисинки перекрестия продолжали следить за каждым движением Эксперимента.       — Может зверюгу схарчим? - предложил Угрюмый. — Такой дичи я еще не пробывал.       — Здрастье - проснулся, ты ж мне не давно втирал, что он заразный.       — Да я шутя, - отмахнулся боец. — Между прочим, паек не резиновый.       — Тоже верно, но что-то с этой желтухой пока не морока. Пока есть, чем.       Угрюмый пожал плечами.       — Можно конечно, только выглядеть будет не солидно. Если б простая кровища, то ладно. А то скажут еще, в горчице перепачкался, вся дивизия на смех поставит. Жрут еще, что не попадя... Поди, и сами себя тоже.       Меж тем, Черныш, как обозвал про себя очередного увиденного зверя Рихтер, продолжал упрямые попытки достать до веток с фруктами геодерева повыше.       — Думаешь, дотянется? Рихтер сомнительно хмыкнул.       — Ставлю стакан красного, что бросит и дальше пойдет.       Заколебавшись прыгать, бедный Черныш опустил лапы и раздосадованный безуспешной попыткой надыбать очередной "фрукт" побрел куда-то в сторону.       — Ты вот так его отпустишь?       — Спакуха! Все под контролем.       Шоркая задними лапами по гравию Черныш приметил металлический предмет и присел на корточки с интересом протянув лапу к предмету.       Цилиндрическая продолговатая банка без этикетки. Черныш покрутил ее в лапах, разглядывая с разных сторон. Принюхался. И принялся трясти перед тем местом, где у него были уши.       — Че за ботва? Я не понял, это ж наша банка! Он ж ее щас..       — Тихо ты! Не успеет, - тихо, но уверенно ответил Рихтер, поправив приклад на плече.       Зверек замер, будто фибрами своей звериной души, что-то почувствовать. Он отвлекся от сотрясания банки и повернул голову на тихий звук в направлении того места, где в темноте сидели бойцы. И как оказалось, напрасно...       Бздынь! – Взвизгнул рэйлган, терпимо лягнув Рихтера в плечо.       "Запаздало встревожился". И пробил мгновенно во лбу Черныша сквозную дырку. Больше человеческих, желтые глаза закатились. Ноги эксперимента подкосились, медленно унося мохнатую тушу мордой на гравий.       Рихтер посидел не отрываясь от прицела и не шевелясь еще минуту. Вроде без "подружек".       Привычка, мать её...       Тишина.       "Хороший карамультук! Жаль, что всего один дали, и то - экспериментальный." Экспериментальным оружием убивать экспериментальных зверюг - прикольно!"       — Пораскинул мозгами, а ведь мог еще пожить..., - протянул досадно Угрюмый с нотой жалости.       — Правда, не долго - ответил Рихтер вставая с импровизированного лежака. Затем медленно встал, шипя сквозь зубы и разминая затекшую ногу, потому как ее невыносимо кололо изнутри.       — Как сам-то? – полуобернувшись, спросил Рихтер.       —Поспал чуток, – хмуро улыбнулся Угрюмый. — А ты?       —Жрать хочу. И спать. Пошли назад, там удобнее.       Доев сублимированную пайку и запив из фляги, Рихтер сыто развалился на камнях, заложил руки за голову и, блаженно улыбаясь, уставился в темный пещерный потолок.       — Ну-с, топаем дальше.       Собрав не хитрые пожитки диверсанты двинулся дальше по витиеватым и похожим местами на дыры, как в большом сыре, проходы.       — Обязательно было безобидную зверушку мочить? - с нисхождение спросил Угрюмый.       Они остановились рядом с телом Эксперимента.       — Один - до поры особой угрозый не представляет, а не ровен час их толпа собирется? Ты на лапы его глянь и клыки проверь, те еще хищники будут!       — А на фотках он поменьше казался.       — Этот, где-то метр-семьдесят будет. Вроде и не такой дрищ... Мясистый.       — Еще не успел, вот пожил бы с месяцок здесь - стал бы походить на урку с каторги.       Диверсанты с интересом оглядели темную шерсть. На звере были "наклеяны" не понятные листья, вероятно с того же геодерева. Интереса - никакого, а вот фонарик...       Угрюмый сорвал с импровизированного ремня фонарик и отстягнул батарею. Спрятал к себе, обернулся на рядом лежащий с лапой Черныша светящийся шар. Поднял, недолго повертев его в руках и, не найдя интересным, установил его на полу поустойчивее. Встал, отошёл на несколько шагов. Взял короткий разбег, набежал, и умелым, мощным ударом ботинка послал светошар дальше по полутемному туннелю, где тот и скрылся точкой-светлячком, где-то дальше в глубине подземелиья.        Оба диверсанта, наклонив головы и замерев, внимательно слушали, как кувыркается по камням и неровностям зафутболенный шар. Шар перекатами и препрыжками, не найдя препятствий звонко ударился и затух. Металл, поняли оба. Далеко.        — Топать – будь здоров, - хмыкнул Угрюмый. Рихтер понимающе кивнул и мотнул головой в сторону пологого спуска вниз.       Тишина. Никакой реакции. Заодно путь-тропинку просветили. Обрывов пока не намечалось.       Светящийся шар лежал возле стенки разбитой капсулы.       Снова никого.       Только следы грязных лап на металлическом полу.       — Сдается мне, что зверек из этой коробки будет. Тут как раз относительно не далеко, - изложил версию Угрюмый.       — Стало быть. Всё так и рано мы его грохнули - он бы вьючным мулом успел у нас поработать. А там, если бы дожил, отдали бы его в приют какой или Московский зоопарк, для опытов.       — Точно. Ничего, камрад, другого зверька сыщем...

*Двумя днями раннее*

      Рихтер стоял в кабинете командира дивизии            Жилистый генерал Карабас, абсолютно седой в свои пятьдесят лет, говорил медленно и тихо:       — Мы оба солдаты, и я не стану тебе тут заливать про долг, Отечество и Карающий Меч Империи, но обстановка...       Он сделал паузу.       — Сам знаешь, не простая. Экспериментами эта контора промышляет не простыми, а архи не здоровыми, и доложу я тебе, что они тебе не шибко то понравятся, Сергей Николаевич.       Старшее командование крайне редко обращается по имени, значит дело крайней важности, подумал Рихтер.       Одна западная корпорация в моменте решила, что может Бога за бороду взять и решила поиграть в творцов. Наплодили они гибридов примитивно- разумной твари. Помесей разных и, конечно же, не забыли добавить человеческого генногоматериала. Теперь они с этими своими зверушками собираются дальше науку двигать, особенно - в космосе. Вот, посмотри...       На стол перед Рихтером легли снимки темных существ из камер содержания. Следом, еще один снимок с похожими, но белыми. Аналогично, только полная противоположность по белой меховой раскраске.       Карабас продолжал:        — И еще, девяносто процентов падают безоружные. А вот десяти процентам "особо одаренных" раздарили бесплатное оружие, ну чисто посмотреть, не передохнут ли еще раньше времени. Но и ты со своими пацанами тоже голой жопой на танк не попрете. Берете все, что сможете унести. Кто знает, что там живет внутри.       — Есть мнение, и не только мое, что живыми их брать не обязательно... Ну или в поликлинику - для опытов. Только не доживут нихрена. Есть секретная расшифровка их черного ящика, что это свалился у них блок-модуль с суперкомпютером. А вот в нем- то – капсула с элементом холодного синтеза. Эта "батарейка" способна все колонии на планете очень долго питать энергией. Похлеще термоядерного реактора. Короче, тебе понадобится добраться раньше их науськаных зверьков и завладеть элементом. Без пленных и без свидетей, сам знаешь, чтоб долго искали. Рихтер, уходя – мочите всех! - особенно сурово изрек последнее Командир и ударил кулаком по столу.       Рихтер повел плечами с ширь.       — Доставка "пятеркой" под прикрытием тюремного челнока с околоземной орбиты. От туда уже скрытно отпачкуетесь и выдвинитесь на задачу.       — Не мало? Пещеры там - будь здоров какие.       — Помимо твоей еще три группы заброшены в тыл. Может даже с кем-то и пересечетесь.       — Вопросы?       — Откуда? – хмыкнул Рихтер. — Сходим, конечно. Распашем безотвальным способом.       — Тревога будет объявлена через час. Прощай. Рихтер молча кивнул, развернулся и вышел. ***       Зверек замер и резко повернул голову на подошедших до него в паре метров людей. Вытаращился от нахлнувшего, как снег летом удивления и страха. Совсем одно, когда люди были "там" - в белом и лабораторных отсеках, а здесь... Внутренняя тревога его все больше усиливалась.       Рихтер приблизился еще на пару шагов и присел.       — Шу-шу-шу, - он присвистнул губами, так обычно привлекают собаку. Присел на колено, а одну руку скрытно положив на рукоять ножа за спиной.       — Или как там тебя...По-русски понимаешь? - произнес он сдержанно и спокойно. Рихтер не торопился.       Звериный прототип насторожился, застыл не моргая, пристально глядя на сидящего перед ним человека. Морда внимательная.       "И как я его не заметил?" пронеслось в голове Прототипа. На момент он понял, что страх его сковал. Своими звериными усилиями он кое-как отогнал тревогу. А человек перед ним никуда не спешил, и это он понял.       "Нужно вырваться"...- пролетела шальная мысль в черной голове. И он ничего лучше он не придумал как резко дать деру в темноту пещеры, лишенной всякой подсветки от кристаллов и чего бы-то ни было другого.       — Стой, сука! Там же обрыв... - крикнул досадливо в догонку Угрюмый, махнув рукой в сторону бездны. Будто после сказанного послышался шум падения и крик перешедший в животный раздирающий вопль. Он прервался уже в темноте глубин обрыва.       — Э-эх, кто ж без света ночью гоняет. Угрюмый дошел ровно до того края, где сгинул зверек и осторожно заглянули через край вниз. — Ни себе, ни людям.       — Может у них зрение как у кошек? Глаз такой же.       — Не похоже, камрад, - скептически ответил Рихтер. — Кошак приземляется на лапы, а они - на голову.       Диверсанты дружно посмеялись и двинулись дальше по темноте. В данном случае фонари им не требовались, оптический визор позволял также спокойно как и днем ориентироваться в темноте.       Начиная примерно с километровой глубины все подземелья этой планеты имели огромные размеры. То, куда они вышли, не было исключением.       Схъехав по веревке вниз отыскали мертвого Черныша.       — Разбежавшись прыгну со скалы-ы... - протянул не громко Рихтер, разглядывая неудачливого прыгуна, напоровшегося всей тушкой на острый сталагмит, как на вертел. Под ним уже успела накапать-набежать приличная горчичная лужа.       Угрюмый присвистнул.       — Чем это от них всё время таращит? В воздухе воняло засаленной и мокрой собачьей шерстью.       — Собачатиной какой-то. Может из собак вывели? Те к людям труться, а этот - наоборот, - кивнул Рихтер на лужу.       — Пугливый какой-то оказался, человеческого языка не понимает совсем. И чему их только учат в их спецшколах. Не похоже, что они обратно к людям тянутся стали, после ссылки.       — Вспомнили условия содержания, камрад, и передумали.       — Точно. Били, наверное, и все такое.       Рихтер не сильно пнул подвернувшийся под ноги камень и тот через пару метров полетел снова вниз. Послышались глухие удары.       Обрыв.       Рихтера что-то напрягло. Они переглянулись.       — Сдается мне, здесь ущелье. Крутое. Надо разведать.       Он скинул рюкзак и вынул из бокового кармана дрон, размером с ладонь. Эта модель отличалась бесшумностью и оптико-электронным модулем, расчитаным под любые условия. Подбросив легко дрон в воздух, тот сразу включился и бесшумно взмыл вниз, скрывшись в темноте. Умная вещица.       Пощелкав на шлеме парой кнопок, Рихтер переключился на прямое управление. Управление осуществлялось поворотами головы и голосом.       — Еще один зверек ошивается внизу. Пытается аккуратно спустится. Умный зверек - снисходительно произнес Рихтер.       Деловито съезжая по горной породе на собственных когтях и при этом держа в пасти фонарик Зверек не заметил как попал в кадр. Подсветки на дроне не было и как-либо заметить темно-серый небольшой предмет в темноте, та еще мука.       Рихтер шепнул команду и во всех деталях начал наблюдать проецируемый и передаваемый с камеры дрона физиономию зверька - скалолаза. Сосредоточенным взглядом на морде, Прототип, что-то высматривал, бегая лучом фонаря по сторонам.       Высмотрел.       Свет лёг и блестнул на углу какого-то контейнера торчащего из-под камней.       Звериный прототип обрадовался, как ему показалось, долгожданной находке и рванул к ящику. Оглядел выступ с разных сторон и приступил уверенно к откапыванию, как охотничья псина, когда нору с зайцем раскапывает.       Вскоре закончив, уже уселся на ящике внимательно ища куда тыкнуть или повернуть, чтобы открыть. Привычных ручек и тому подобного не наблюдалось.       Мгновение не выдержав, Прототип начал скребстись, пытаясь стесать, одну из сторон контейнера.       Рихтер задорно ухмыльнулся, глядя на это безобразие: "Ну-ну, ты бы еще на клыки его попробовал, мать твою".       — Коробку всё шлифует? - поинтересовался Угрюмый, взяв рейлган в руки выбирая позицию поудобнее.       — С мягким знаком, комрад.       Угрюмый многозначительно кивнул и все таки примастился. Вложился в оружие и перекрестие легло на Черныша. Тем же моментом Рихтер решил подлететь еще ближе к этому безобразию, проверить как поведется он на "такое"...       Зверек отстранился от бесполезного карябывания корпуса ящика и полностью переключился на возникший перед мордой в отсвете фонаря в паре метрах дрон.       Дрон покачался в воздухе плавно влева-вправо. Прототип смотрел на него завороженно и удивленно. Рихтер понял, что с механикой Зверек дело не имел. Ему никогда прежде не приходилось видеть подобное, а тем более как себя с "этим" вести.              Он привстал, выпрямился, пытаясь лучше разглядеть в луче фонаря летающего "визитера". И вдруг дерзким прыжком он попытался лапами поймать зависшую над головой искусственную птицу. Прыгать оказалось высоко, да и фонарь помешал. Зверек с досадой упал на задницу.       Дрон резко дал вираж в сторону и взмыл вверх, обратно зависнув в десяти метрах над Прототипом. Зверь наклонил голову на бок не моргая и не спуская взгляда с того места, куда ушел дрон. Медленно перешагивая с лапы на лапу и прислушиваясь сделал круг.       — Козлина мохнатая... - выругался Рихтер, мгновенно выведя дрон на вираж подальше от лап звериного Прототипа. Тот медленно, пошел кругами. Взгляд на морде сосредоточенный. По звериному напрягся. Взгляд стал игольчатый.       — М-дэ, не выйдет у нас с тобой диалога. Угрюмый, давай!       —Даю.       *Бдзынь!*       Рейлган толкнул Угрюмого в плечо и Черныш с дыркой в груди завалился назад. Включенный фонарик упал рядом, подсветив половину его тушки. Ни за кем бегать по туннелям в задачу диверсантов не входило.       — Лапы тянуть к чужому не хорошо, статья 158 называется, - назидательно произнес Рихтер, расцепляя ледорубы.       Вернув дрон обратно в карман, и бойцы, орудуя ледорубами, спустились по крутому склону к делянке с ящиком. Угрюмый остановился у ставшего безжизненным тела и подобрал фонарик. Отщелкнул батарею, а корпус метнул в сторону.       Они сгрудились над металлическим ящиком.       Стандартных кнопок на корпусе не было. Зато было кое-что другое. Динамик.       Бойцы переглянулись.       — Голосовой?       — Голосовой. Ломаем. А этот мохнатый дурачок по-любому искал пароль. Собака сутулая, - укоризненно сказал Рихтер и оттер перчаткой грязь с небольшого динамика.       — Замарал всё своими лапами тут... ага, так тут по-нашенски начиркано!       — Да ну? - с сомнением изрек Рихтер.       — Сам увидь.       Вопросов к ситуации стало еще больше.       — Камрад, а с какого перепугу тут наш ящик оказался?       — Сдается мне, очень скоро узнаем. Что там с открывашкой? - обернулся он на Угрюмого.       — Щас: "Питерская футбольная команда".       — Тупой вопрос какой-то, Зенит, конечно. Крышка ящика с небольшим скрипом открылась явив свое нутро бойцам. Приветливо моргнул зеленым светодиод.       *Клик*       — Ну-с? - пробурчал Рихтер.       — Так, посмотрим... огурчики, помидорчики, хлебушек с отрубями...       — Что серьезно? - скривил бровь Угрюмый.       — Нет, блин, пять банок каких-то консерв и батарейки. Хоть бы для приличия этикетки наклеили чтоль... - осадил того Рихтер, слабо подсвесивая своим красным фонарем внутренность ящика. — Чай, не в магазине.       — Тоже верно.       Они разделили между собой по половине содержимое и обратно накинули на плечи рюкзаки.       Рихтер посмотрел на часы, потом куда-то в сторону.       — Всё, чапаем дальше. Спереди горелым тянет.