*

У нее ничего не осталось. Кира смотрела вниз, на далекую землю, и думала, что один шаг — и все. Кто заплачет по ней? Отец, когда-то бросивший жену с пятилетней дочкой и ни разу даже не поздравивший ни с одним Днем рождения? Вряд ли он даже вспомнит о ее существовании теперь. Даже на похороны матери не пришел, хотя Кира пересилила себя и позвонила. Муж, уставший от ее траура по нерожденному ребенку и с радостью ушедший к беременной любовнице? Вздохнет с облегчением. Коллеги с работы, откуда ее спешно уволили? Подруги, которым совершенно не хотелось возится с ее проблемами? Как-то отдалилась она ото всех. Одна. — Не советую, — спокойно проговорили за спиной, и Кира вскрикнула, чуть не сорвавшись с узкого подоконника. — Да что же ты нервная-то такая? С такими нервами лечиться нужно, а не в открытом окне стоять, — насмешливо проговорила совсем молоденькая девчонка и накрутила на палец рыжую прядь. — От окна отойди. Прыгнешь же. Выживешь, хоть это и удивительно, учитывая высоту. Хотя старый фонд Лиговки — не высокоэтажки Мурино, конечно. А тут… соберут по кусочкам, но будешь парализована и с дикими болями. Муж цветочки принесет, пока его новая жена внизу в такси ждать будет. Подружки поплачут. И будешь два месяца в бесплатном хосписе загибаться. Смерть от болевого шока — такое себе, но там медбрат наркотические обезболы упрет, а тебе уколет физраствор, вот и случиться долгожданная встреча… со мной. — Ты?.. — Жнец, — со вздохом сказала девочка. — Со Смертью не путай. Во-первых, Смерти такой вот персонифицированной — как бы нет. А во-вторых, Ему это не нравится. Учитывая, что вполне возможно Он твое будущее начальство — лучше не злить, как считаешь? — Я умерла? — тихо спросила Кира. — Пока — нет. Через два месяца после жутких мучений. Чем ты слушаешь? — А… если не прыгну? — Ну… как бы тебе объяснить всю эту теорию многомерных миров и нелинейного будущего? — девочка задумалась, потом махнула рукой. — Слушай, я вообще читать училась, уже когда эту работенку нашла. Я лет сто назад жила. Отец, сволочь, расплатился мной — работорговцам продал. Но у нас вообще с женщинами не особо церемонились… о чем это я? А! Не люблю всю теоретическую заумь. Если что — будет у тебя в нагрузку доступ в библиотеку, там сама почитаешь, лады? — К чему в нагрузку? Кира аккуратно закрыла окно, спустилась, цепляясь за мебель, кое-как дошла до кресла и потянула на себя плед. Босые ноги очень замерзли. — О! Это отличный вопрос. Я думала, всю ночь до него идти будем. Но ты меня прямо радуешь… в общем-то ты у нас по-своему уникум, Кира. Маг снов. Необученный и не особенно сильный, но это вообще редкий дар. Пока что это проявлялось лишь в редких вещих снах, в которые ты все равно не верила. — Я знала, что нельзя было в тот день садиться в машину, — Кира обхватила себя руками. — И что отец уйдет — знала, — кивнула Жнец. — Зато с тобой твоя мама могла спать без болей, что с ее болезнью почти невозможно. Ты подарила ей год жизни. — А мой ребенок? — Ну, увы. Судьба и все такое. А еще — маги снов очень чувствительны. И Смерть так близко, по сути — в самой тебе, сильно повлияла на твой дар. Собственно, поэтому Он заинтересовался, вытащил твое имя из списка и послал меня все объяснить. Ты можешь стать Жнецом, Кира. Только очень особенным. Ты можешь уводить людей во снах. — Что-то мне не хочется никого «уводить». — Прямо уж никого? — засомневалась рыжая. — Я, может, во все это ввязалась чтобы отцу отомстить. И братьям — не лучше были. И муженька моего, сволочь редкую, отправить самым жутким способом. А ты прямо — никому. Кира упрямо поджала губы. — Слушай, бессмертных нет. Все рано или поздно умирают, — рассудительно сказала рыжая. — Но ты — особенная. Ты можешь не просто забрать, можешь подарить спокойный уход без боли и страха. Вот смотри, здесь у меня список. Через два дома от тебя живет тридцатилетняя женщина. Она через два дня упадет в яму с разливом кипятка. Мужчина… ну, ему-то я, честно говоря, пожелала бы сдохнуть в муках, но его заколет кухонным ножом жена, уставшая от побоев. Получит срок за превышение самообороны, а дети попадут в детдом. Тут — парень, который наткнется на свору бездомных псов, пожилая женщина с инсультом… — Я поняла, хватит. Мне надо подумать. — Думай. А пока сделай нам кофе. Кофе у тебя в доме есть, надеюсь? ***Сны были разными, Кира уже почти привыкла. У тех, кто испытывал боль — красным бесформенным маревом. У потерявших личность — просто чернотой. Сложнее было с молодыми, полными сил и планов. Они не хотели, упирались, не верили, что еще через несколько дней получат кирпич на голову, взрыв газа или попадут в страшную аварию, где будут умирать часами. Маленькая сухая старушка спала спокойно, чуть улыбаясь во сне. Ей снилась прогулка с покойным мужем вдоль Лебяжьей канавки в Летнем саду. Осенние листья под ногами, ветер, играющий концом шелкового палантина, и букет белых лилий. Муж всегда дарил ей лилии. Кира подошла, приноравливаясь к неторопливому ритму, зашагала рядом по шуршащему ковру сухой листвы. Женщина подняла на нее веселые, неожиданно яркие голубые глаза. — Надо же, какой у меня милый проводник на ту сторону, — улыбнулась старушка. — Как вы догадались? — А я уже такого видела, когда муж уходил. Серьезный такой мальчик был, но хороший. Я с ними хотела, а он сказал: нельзя. Младшая дочь ребенка ждет, если оба уйдем — потеряет и больше привести в мир не сможет. Ну, я и осталась. А теперь пора? Встречусь я, наконец, со своим Витальюшкой, да? — Пора, — улыбнулась ей Кира. — Вот и хорошо, — старая женщина сжала ей запястье сухой теплой ладонью. — Внуков помогла вырастить, даже правнучку вот увидела. Ее в честь меня назвали - Лилией. Что еще желать, а? Хорошая ты девочка, спасибо тебе. ***Кира вышла из подъезда тихая и задумчивая. От запястья еще немного пахло лилиями и осенью. Волосы, растрепанные ветром с Невы, лезли в лицо. Ее рыжая наставница сидела на скамейке и жевала шаверму, облизывая пальцы и разглядывая звезды. — Ну, все нормально? — Да… она сказала — спасибо. Знаешь, я наконец-то поняла, зачем мы это делаем. — Ну и отлично. Поздравляю со сдачей практики. Теперь ты полноценный Жнец! Плащ с косой получишь на складе, читательский билет в библиотеку оформлен… А, вот — твои бонусные смерти, — в руках рыжей сверкнули золотом три жетона. — Что? — Ну, знаешь, как у стюардесс бывают бесплатные перелеты, а медсестрам — приемы у врача? Чем мы хуже. У тебя есть право три раза за век оборвать любую жизнь вне списка. Владей. Кира смотрела на золотые кругляши, и в душе все переворачивалось. Можно… отомстить? Отцу, оставившему маленькую девчонку, которая так безумно его любила. Той разлучнице, что его увела и в результате свела мать Киры в могилу? Мужу-предателю, бросившему в самый тяжелый момент. Его любовнице… — Знаешь… наверное, мне не понадобятся. — Знаю, — рыжая вытянула из кармана связку ключей и поболтала в воздухе брелоком — шестью золотыми монетами в прозрачном футляре. — Слушай, кофе хочу — умираю. Третий час ночи, Кира. С вами, магами снов так сложно, приходится работать по ночам, а я солнышко люблю. Пойдем, найдем кофе, а?