Глава 1: тропинки

Детство она почти не помнила. Знала только, что нелегко было, а все, потому что родителей у нее не стало. К счастью, родная бабушка не оставила её и забрала к себе. В небольшой, но уютной квартире было интересно: много трав и цветов висели на стенах, одни были сухие, другие — живые. Бабушка была травницей. Она могла часами говорить о свойствах того или иного растения, а Ядвига могла часами об этом слушать. В какой-то момент девочка завела блокнот, в который вклеивала травы и своим детским неумелым почерком расписывала их характеристику. Здорово было. Настала школьная пора. Обычно детям легко заводить знакомства, ведь что сложного может быть даже в простом «классный рюкзак с Бэтменом, как тебя зовут»? Однако Ядвига столкнулась с тем, что ей не о чем говорить с остальными. Они ведь даже не знают о целебных свойствах одуванчика! Раньше казалось, что это общеизвестные факты. В общем, друзей у нее не появилось. А время шло, и с каждым годом находить общий язык с другими было всё сложнее. Одноклассники уже разделились на группы по интересам и ни в одной Ядвиги не было. Но девочке было всё равно (хотя в душе и обидно), она считала остальных глупыми и неинтересными. А после одного случая ещё и жестокими… В тот день Ядвига собирала тысячелистник, чтобы вклеить его в свой блокнот. Бабушка говорила, что он относится к лекарственным растениям, а у девочки как раз было ещё несколько пустых страниц про них. Ядвига спокойно собирала листья, уже представляя, как расположит их. Занятие её затянуло, и она даже не заметила, как к ней подошли несколько одноклассников. Они посмеялись над ней, не веря, что их хмурая девчонка может заниматься такими вещами. Блокнот с травами в тот же вечер был закинут далеко под кровать и Ядвига этим больше не занималась. Однако такой случай научил её больше стоять на своём мнении. Знали бы вы сколько конфликтов в следующие школьные годы по этим причинам произошло… Не сосчитать. Но, несмотря на частые походы к директору и школьному психологу, Ядвига себя в обиду больше давать не собиралась. Хотя было стыдно в моментах, когда бабушку приглашали в школу на разговоры. Отсюда выродилось много забавных ситуаций, а все, потому что той рекомендовали отдать внучку на «кружок какой-нибудь, чтобы туда свои силы вкладывала, а не в перепалки». Рисование, музыка, литература и не только — ничего из этого Ядвиге не нравилось, поэтому она приходила чисто посидеть, разыграть бесячего мальчика в туалете и вылететь по причине плохого поведения. Как-то так жизнь и шла. До одного момента. Настали каникулы. Ядвига отправила свой школьный рюкзак далеко на верхнюю полку шкафа и со счастливым вздохом легла в кровать, упав звёздочкой. — Целых три месяца лета и ни одной унылой рожи в школьной форме! Класс… С кухни доносился запах чего-то вкусного, кажется, бабуля вновь купила выпечку в ближайшей пекарне и теперь заваривала свой фирменный чай. — Ну что ты так! Наверняка были и веселые… лица. — Поправила её бабушка, входя в комнату. В руках у нее были две кружки чая. — Не знаю, ни одной не замечала. Тебе помочь? В телевизоре шёл КВН, который бабуля часто включала на фоне. Шутки оттуда зачастую были несмешные, поэтому Ядвига много внимания на него никогда не обращала. Этот момент тоже не стал исключением, весь фокус был на порезке круглого пирога с сыром и ветчиной. Рядом лежало несколько горячих булочек с маком, а чуть поодаль — конфеты в стеклянной тарелке. — Ба, выбирай кусок. С этими словами Ядвига придвинула к бабушке пирог, но как бы случайно именно той стороной, где куски были порезаны большие. Бабушка почему-то никак не отреагировала. Она, не моргая смотрела в одну точку — в телевизор, где сейчас мужчина в цветнистой рубашке рассказывал анекдот. Девочка подождала. Прикол был рассказан и зал засмеялся, но бабушка так и не вышла из своего транса. — Ба, ты чего? — А? — Вдруг «проснулась» она. — Ты уже закончила? — Да. Всё хорошо? — Ядвига с обеспокоенным лицом придвинула к себе чай. Бабушка выглядела уже снова бодрой, поэтому такой момент на миг девочку и напугал. — Я в порядке, просто призадумалась. — Нежно сказала бабушка, взяв один из больших кусков, как Ядвига и планировала. — Сильно же ты задумалась. Расскажешь о чём? Комната погрузилась музыкой из заставки юмористического шоу, а затем рекламой. Бабуля молчала, не зная, как правильно сформулировать свою мысль. — Я о тебе волнуюсь. — Вдруг сказала она, наконец. Сначала Ядвига удивленно подняла брови, потом с раздумьями положила конфету в рот и уже с хохотом поднесла кружку к лицу. — Обо мне? Обо мне не надо беспокоиться, ба! Ты же знаешь, я себя в обиду никому не дам. — Гордо сказала она, а затем сделала несколько глотков чая. — Я знаю, солнышко, но в этом и проблема. Тебе сложно с людьми, друзей у тебя нет. В будущем будет тяжело, если останешься одна. — Бабуль, — начала Ядвига, вытянув указательный палец вперед, — я не виновата, что вокруг одни балбесы. Может быть, я бы завела друзей. Целую армию бы! А дружить то с кем? Бабушка вздохнула, и её взор приковался к телевизору, где началась очередная яркая реклама. Веселый хохот на фоне заинтересовал и девочку, поэтому она развернулась к телевизору, чтобы тоже посмотреть. На экране показывали «лагерь управленческого резерва» среди деревьев. Толпа (явно не подкупленных) детей резвились, ходили на пляже у речки, грелись у костра и всем своим видом показывали как здесь весело. Диктор с манящим голосом рассказывал, как круто быть участником мероприятий, развивать лидерские качества и, что они будут рады каждому, кто захочет присоединиться. — Может, там ты найдешь друзей? — Спросила бабушка с надеждой. Ядвига неловко почесала шею. Ей это было явно неинтересно. — Я ценю твои попытки впихнуть меня в общество, но меня из всех кружков выгнали. Думаешь, уже через неделю меня не выгонят и оттуда? — Ядвига встала с места, чтобы взять пульт и убавить звук до минимума, дабы реклама не задевала за живое. — Ничего нового не случится. Чудес не бывает. — А может, бывают? — Ба… — Ядвижь, может хоть где-нибудь будет твоё место? Дай лагерю шанс. Я сама в молодости любила по лагерям ездить, а если ещё и вожатый красавчик… — Ну, ба! Они обе рассмеялись, однако идея с лагерем сильно засела в голове бабушки. Последние дни она то и дело, что рассказывала о своих «лагерных» приключениях. Особенно интересной вышла та, где они в лесу заблудились и вышли к случайной деревне. Там один из юношей украл курицу и занёс на территорию корпуса, пронеся в собственной кофте. Потом часами приходилось эту бедную зверушку искать, чтобы вернуть хозяину. В какой-то момент Ядвиге так запали эти ситуации, что она даже стала готова поехать, если что-нибудь такое же интересное случится и с ней. Но кто захочет терпеть её непростой характер? Никто. Именно эти мысли возвращали её вновь на землю и отбивали всё желание. В один из дней вновь появилась эта реклама. Бабушка опять намекнула, спросив: — Может, съездишь? — Не знаю, ба. — Вздохнула Ядвига, облокотившись о спинку дивана. Она только что съела котлеты с пюре и целую тарелку салата, так что думать было ещё сложно. — Лагерь — это не кружок. Там по-другому будет, я тебя уверяю. — А если не будет? — А если не будет, то можешь сбежать домой тёмной ночью. На этих словах бабушка задорно подмигнула, а Ядвига от удивления чуть не подпрыгнула с усмешкой. — Ого! Заметь, это не я предложила! — Засмеялась девочка. После этой ситуации сборы и вправду начались. Захотелось ли действительно съездить в этот лагерь? Скорее нет. Но видя, как была счастлива бабушка, пока помогала собирать вещи и с какой надеждой она смотрела на неё, веря, что там уж точно она обретёт друзей, Ядвига уже не могла сказать «нет». Оставалось лишь надеяться, что лагерная смена не пройдёт зря. В любом случае, бабуля сама дала право на побег. Мимо проезжало множество машин. На одной из остановок в конце города уже сидели Ядвига с бабушкой, ожидая нужный автобус. Девочка сидела, сгорбившись, положив голову на ладони и уперев локти в колени. Казалось, что возможные проблемы в будущем не такие проблемные, как ожидание транспорта, ведущего до этих проблем. — Ты готова? — Спросила бабушка. — А? Да-да… — Отмахнулась Ядвига. Старческая рука накрыла руку молодую. Бабуля ласково улыбнулась встречному взгляду встревоженной внучки. — Чтобы ни случилось, я в тебя верю. Ты справишься. Ответа не последовало, потому что объятие сейчас было громче любых слов. Наконец приехал автобус. Когда двери открылись, Ядвига вступила на первую ступень и повернулась к бабушке. — Пока! — Подожди, чуть не забыла… — Бабуля достала из сумки клубок красного цвета. У них дома таких было несколько, несмотря на то, что никто в их квартире не умел вязать. — Держи. Ядвига с удивлением приняла вещь, затем посмотрела, приподняв одну бровь. — Зачем это? — Вдруг пригодится. Больше бабушка ничего не сказала, только улыбнулась на прощание. Автобус тронулся. Девочка села на одно из сидений и с интересом оглядела клубок. В нём не было ничего интересного, но именно из-за этого было интересно, что в нём такого. После нескольких попыток понять бабушкин подвох, Ядвига вздохнула и положила клубок в рюкзак. Поездка планировалась долгой. Спустя несколько часов, за которые девочка успела и поспать, и походить по салону, и даже чуть воробья сквозь форточку не поймать, вдалеке появилась остановка. Ядвига еле встала, ощущая, как затекло всё тело, и оглянулась, выходя из автобуса. Рядом начинался небольшой город, а с другой стороны тропинка вела в лес, рядом с которой стояла табличка: «ОТКРЫТИЕ ЛАГЕРЯ. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!». — Ну, что ж, выбор пути очевиден. В лесу пахло природной свежестью, которой обычно так не хватало в городской суете. Может, бабушка права и всё не так плохо? Вдалеке показалась арка с названием лагеря: «Богатырята». Ядвига ненадолго остановилась, читая название, а затем усмехнулась. "Какое глупое название" — подумала она, проходя дальше. Впереди находился большой старый дуб, на ветви которого весел ржавый старый гонг. Пройти мимо, не стукнув по нему малеттой, было невозможно. Низкий звук разнёсся по поляне, на этом интерес к инструменту пропал. Прямо напротив него стоял идол в виде столба. На его выступающих частях висели ленточки с металлическими пластинами. В ветреную погоду эти пластины должны стукаться друг о друга, напевая звонкую музыку, а также предупреждая о возможной плохой погоде. Удобная штука. — Ну и рухлядь. — Вырвалось из уст Ядвиги, а затем она быстро себя поправила: — То есть, винтаж! Рука сама потянулась к маркеру, который обычно лежит в боковом кармане рюкзака. Встряхнув его, она сделала неприметную, но жизненно необходимую надпись: «здесь была я». Затем Ядвига резко обернулась, чтобы убедиться, что никто не подсмотрел, и быстрым движением ушла прочь, убирая маркер. Далее была ещё одна арка, но каменная. На некоторых булыжниках были нарисованы странные символы, похожие на те, что используют в разных фильмах про магию. Такие же символы были на камнях, которые были чуть поодаль и располагались у костра в форме полукруга, имитируя сидения. — Забавненько. — Бросила Ядвига, обходя их. Она ненадолго задержала взгляд на этой «каменной» поляне, но этого хватило, чтобы врезаться в огромный чан на колёсиках, который стоял посередине тропинки, ведущей к дальним домикам. — Ауч! — Девочка пнула посудину, от чего та в ответ задребезжала. Из приоткрытой от удара крышки вышел запах еды. — А хотя, погодите. — С этими словами она взяла поварёшку и набрала немного пищи на пробу. Это оказалась холодная безвкусная каша, которая была настолько невкусной, что лицо Ядвиги сморщилось как изюм. — Тьфу, кого они тут морят? Тараканов? Я уже скучаю по бабушкиному луковому супу… Она никогда не любила этот суп, но после такого он и вправду казался едой богов. Вытерев губы руками, она отошла оттуда. Крыши зданий впереди казались менее травмирующими. После широкой тропинки была ещё одна поляна. На ней было три долгожданных домика: два двухэтажных по бокам и один небольшой посередине. Судя по всему, вожатого или кого-то ещё, кто тут главный. Ядвига подошла к нему и постучала. — Ау? Тут есть кто-нибудь вообще? Дверь никто не открыл, поэтому она подошла ближе, приложив ухо к поверхности двери. Послышался стук, но потом девочка поняла, что он исходит не из дома, а с улицы и, кажется, рядом. Обойдя дом, она заметила мужчину, который рубил дрова. Он показался ей забавным пухляшём, но орудовал топором он профессионально. С одного раза разрубал брёвна на две части! Мощь. Мужчина был одет в узкие джинсы (видимо, решил вспомнить молодость), белую рубаху, поверх которой была голубая жилетка. На голове косынка. Ещё недолго понаблюдав, Ядвига подошла к нему. А что ещё делать? Он явно тут главарь. — Здравствуйте! А лагерь работает вообще? — О, новобранец! — Мужчина воткнул топор в пень и подошёл ближе. — Давно приехала? — Только что. Миленько тут у вас. — Верно. — Он гордо выпрямился, как будто это была его заслуга. А вдруг и вправду его? — Я здесь вожатый. Меня зовут Соловей Романович. А как тебя как кличать? — Я Ядвига. У вас, где тут вещи положить можно? Соловей повёл её в сторону одного из домиков. Судя по всему, они делились по половому признаку: в левый заселяют девочек, а в правый — мальчиков. Ещё Соловей рассказал, какой этот лагерь великий и берёт своё начало чуть ли не со времён Светогора. Ядвига только незаметно пожала плечами, ведь это место выглядело не так, как обычно выглядит что-то великое и историческое. — Располагайся. Вожатый расправил складную металлическую кровать. Матрас для неё находился в шкафу, как и постельное с подушками. Ядвига вздохнула, глядя на эту картину. Да уж, нелегко будет уснуть на такой штуковине. — Если что-нибудь будет нужно, зови меня. — Бросил Соловей через плечо, уходя на первый этаж. «По крайней мере, дом двухэтажный, есть где разгуляться» — постаралась успокоить себя Ядвига в мыслях. Она пробежалась глазами по комнате. Здесь ей придётся жить… Сколько там лагерная смена длиться? А ладно, много, короче. Первый день ещё не прошёл уже хочется к бабушке. Точно, бабушка! Нужно написать ей, что всё хорошо. Достав телефон, она быстро набрала сообщение и отправила его. Оно шло, шло, шло… Долго шло… — Здесь что, интернета нет? Отсто-ой. — Простонала Ядвига, спускаясь на улицу. Когда догнала вожатого, то вежливо, но предъявила: — Соловей Романович, у вас в лагере, что интернет не работает? — Не работает? — Он удивлённо почесал затылок. — Возможно. Нужно будет посмотреть. Девочка не успела тяжело вздохнуть, как её уже прервали: — Никаких стонотств! Сходи лучше познакомься с Тугариным. — С кем? — Лениво спросила Ядвига. — Тугарин. Он сюда раньше тебя приехал. Вроде на речку ушёл, вот и сходи, проверь, как он там. — Я в няньки не набивалась. — Сказала девочка, сложив руки на груди. — Тогда я не набивался в мастера по подключению интернета. — Серьёзно сказал Соловей. Аргументов не осталось. Бросив краткое «ладно», Ядвига пошла в сторону речки. Туда её привела такая же тропинка, какие были по всему лагерю. А когда запах хвои и дубов сменился запахом влажности, стало понятно, что девочка на месте. Взору открылась река среднего размера. Наверняка и неглубокая, чтобы ни один дурачок не утонул случайно. На берегу на корточках сидел юноша, который наблюдал за плывущими мимо утками. Первая вещь, которая его выделяла — собранные в пучок волосы. На ногах жёлтые штаны, а сверху зелёная кофта и жилетка, по виду похожая на национальную одежду азиатских народов не только видом, но и узорами. — Эй, привет? Ты тут Тугарин? Парниша обернулся. Его удивлённое от неожиданного визита лицо, быстро сменилось лицом радостным. Он быстро поднялся и вытянул руку вперёд. — Да, я! Наконец-то ещё кто-то сюда пришёл! — Ядвига. — Неуверенно ответила она, пожав его руку. — Рада за тебя. — Ты не представляешь, как тут мне было одному скучно! Хотя, я очень рад, потому что это место довольно интересное. — Да? И чем же? Тугарин отошёл в бок, открывая вид на реку. Затем он пригнулся и для драматичности перешёл на шёпот. — Например, это река Смородина. По легендам, она связывает два мира. А ещё Соловей говорит, что на её другом береге находятся всякие чудища, которых богатыри кучу веков назад победили… Монолог Тугарина прервал звонкий хохот Ядвиги, которая отошла, чтобы хорошенько просмеяться. Когда она успокоилась, то повернулась, смешливо уточнив: — Ты сам-то в эти сказки веришь? — Верю! Сказки из ниоткуда не берутся… В конце он опять перешёл на шёпот, отчего Ядвига, усмехнувшись, закатила глаза. — Ладно, ты забавный, конечно, но что-нибудь более интересное здесь есть? Тугарин немного помолчал, раздумывая, потом предложил единственный приходящий в голову вариант: — Я в лес хотел сходить за ягодами. Можешь со мной пойти. Только корзинки нужно взять. — Эх, чувствую больше тут делать нечего, идём. Они быстро сбегали за корзинами, а между тем Ядвига узнала, что здесь есть ещё небольшое здание, которое раньше не замечала — сарай. Он был спрятан среди деревьев недалеко от столба-идола. Больше им ничего не было нужно, поэтому они пошли по одной из тропинок в лес. Трава хрустела под ногами, пели птички, а аромат цветов был вкусно-сладким. Красота. — Что-то не видно тут ягод. — Печально сказал Тугарин. — Ты просто ищешь не там. — Оглядевшись, Ядвига увидела небольшой холм и сразу пошла к нему. Среди травы пряталась спелая клубника. — Гляди. Тугарин удивился, а затем весело хлопнул пару раз в ладоши, показав ей своё уважение. Недалеко, между хвойными деревьями и берёзами, Ядвига также быстро нашла кусты черники. Потом возле небольшого водоёма — голубику. В это же время успела отогнать юношу от волчьего лыка, которое он перепутал с облепихой. Так, под конец ребята смогли набрать достаточно ягод, чтобы удовлетворить свои ожидания. Они ненадолго остановились на одной из полян, чтобы передохнуть от ходьбы. Благо трава мягкая, а юноша заверил, что клещей тут нет. Тугарин в это время (в прочем, как и обычно) часто разговаривал и не мог не нахвалить новую знакомую. — Как ты так хорошо в лесу ориентируешься? Я бы без тебя ничего не нашёл. — Да ладно тебе. — Отмахнулась Ядвига. — Я серьёзно! — Не унимался он. — В чём твой секрет? — Ну, — она не сразу ответила. Взвешивала все «за» и «против», чтобы делиться с малознакомым информацией о своей жизни, но в результате не нашла объективной причины замалчивать, — моя бабушка является травницей. Она мне много о растениях рассказывала. Вот, запомнила. — Травница, говоришь? — Он с интересом осмотрел Ядвигу с ног до головы, о чём-то думая, потом добавил, как ни в чем, ни бывало: — Здорово! — Да, здорово… Скорей бы уже к ней домой. — Вдруг сказала Ядвига. Внезапное напоминание о бабушке заставило её вспомнить все остальные разы, когда её выгоняли с кружков, и не оставалось ничего, кроме как смириться и идти к этой самой бабушке. Тугарин посмотрел на неё расстроено. — Тебе здесь не нравится? — Не знаю. Ты вроде неплохой парниша, конечно, но не думаю, что мне здесь место. — С чего ты это решила? На этом моменте Ядвига решила, что делиться жизненными историями хватит. Это личное. — Да неважно. — Буркнула она. — Надеюсь, что просто смогу уйти хоть куда-нибудь отсюда. Парень грустно посмотрел в сторону. Казалось, только подругу нашёл, а она уже хочет оставить его. Вздохнув, он поднялся с земли и отряхнулся. — Ладно, Соловей скоро на обед позовёт. Надо идти. — Ага. — Ответила Ядвига, а сама повернулась к своей корзинке, дав Тугарину пройти вперёд. Она встала и посмотрела в сторону знакомого, который почему-то сейчас шёл не по тропинке в лагерь, а просто стоял, непонимающе оглядываясь. — Ну, что у тебя случилось? Приступ грусти? — Тропинка… Точнее, теперь уже тропинки. — Чего? Ядвига огляделась. Вместо одной тропинки, которая привела их сюда, теперь было куча других, и каждая вела в разные стороны. — Это ещё что за шутки? Думаешь, если мы в лесу потеряемся, то я домой не уйду? — Я не виноват! Ты же видела, я только встать успел! Правда на его стороне была. Ну и чудеса… — Что ж, что-то же делать нужно, да? — Ядвига осмотрела каждую тропинку, вспоминая, откуда они сюда пришли. — Вроде оттуда мы притопали? — А мне кажется, что оттуда. — Тугарин указал в противоположную сторону. Ситуация накалилась. Ребята выбрали тропинку самым взрослым способом из всех возможных — на камень-ножницы-бумага и пошли по той, на которую указывала Ядвига. Они шли некоторое время, надеясь выйти, но на удивление оказались на той же поляне, где и были. — Ничего не понимаю. Ладно, идём твоим путём. Но ничего не поменялось, и они снова оказались там же. Тогда попробовали совсем другую сторону, которая опять никуда их не вывела. Следующая тоже не показала результата, как и ещё одна. А в какой-то момент вообще показалось, что тропинки поменяли своё направление, так что методом исключения теперь тоже нельзя было понять, куда им идти. — Да что происходит! — Не выдержала Ядвига, пнув камень под ногами. — Застрять в лесу в первый же день! Разве не классно! — Ядвиг, успокойся, застава бы нас специально не путала, тут в другом дело. — Пытался утешить её Тугарин, но его она мало слушала. — Какая застава, о чём ты вообще?! — Крикнула она и, не дождавшись ответа, ушла куда-то в сторону успокаиваться. — Мы никогда отсюда не выберемся. Покачав головой, Тугарин проводил её взглядом, а затем заметил кое-что — тропинок стало ещё больше. В голове появилась догадка, но чтобы понять правильная ли она, пришлось задать вопрос эмоционально неуравновешенному в данный момент человеку: — Чего говоришь? — Не выберемся мы! Будем всю жизнь тут блуждать… Тугарин ахнул, когда появилось ещё несколько тропинок. Теперь он понял, что его мысли по поводу того, кто виноват в них, похожи на правду. — Ядвиг, ты не волнуйся, я не впервые тут запутываюсь. Мы выберемся. Он ещё здесь ни разу не плутал, но момент требовал капельки лжи ради поддержки. — И как же? — Устало спросила она. — Ещё походим часами? — Что ты, нет! — Он подошёл ближе, махнув рукой так, будто эта ситуация была всего небольшим пустяком. — Главное в таких моментах сильно не устать. Давай посидим на дорожку, как говориться, и, может, поймём, что да как. Ядвига недоверчиво посмотрела на него, но делать было нечего, поэтому согласилась. — Ладно, как скажешь. — Вздохнула она, садясь на то же место, где они сидели несколько часов назад. — Знаешь, вообще-то, я очень рад, что застрял здесь с тобой. — Начал он, садясь рядом. После недоумевающего взгляда подруги, он уточнил: — Было бы очень грустно плутать так одному. А с тобой не скучно. Я бы даже сказал, что ты классная! В растениях разбираешься, в ягодах. Если бы ты осталась здесь до конца смены, было бы очень круто. Ядвига молча слушала всё это, не зная как реагировать. Столько комплиментов ни с того ни с сего, подозрительно… — Не подлизывайся, не такая я уж классная. — Отрезала она, отворачивая взгляд. — Я не подлизываюсь, это правда! Не по-богатырски в лицо врать. Девочка усмехнулась. — Пф, богатырь. А я тогда кто? — Не знаю. Если не сбежишь в ближайшие дни, то узнаем. Он ехидно улыбнулся, отчего Ядвига рассмеялась, взявшись за живот. Усталость как рукой сняло. — Ладно, ты победил. Не сбегу я, по крайней мере, не этой ночью. Тугарин рассмеялся, а затем встал, беря свою корзинку. — Отлично, тогда пошли в лагерь? Когда они огляделись, то поняли, что все тропинки пропали, оставив только одну. — Как это? — Удивилась Ядвига. — Я же говорю: нужно просто передохнуть. В лагере их не успели потерять. Соловей Романович собирался ставить кашу на огонь. Увидев ребят с полными корзинками, он гордо поставил руки по бокам и пошёл им навстречу. — Молодцы, новобранцы! Дурью, смотрю, не маялись. Ядвига инстинктивно сморщила лицо при виде чана. Вкус холодной каши всё ещё не покидал её. С другой стороны, теперь у них было целых две огромные корзины ягод, что означало, что, возможно, теперь каша не будет такой безвкусной. — Тугарин, ну-ка помоги. — Соловей налил каши в небольшую кастрюлю, которую подвесил над костром. Оставалось только его зажечь. Пока Ядвига по приказу вожатого отодвигала чан поодаль, чтобы не мешался, её новый знакомый ловко щёлкнул пальцами, от чего появилась искра, благодаря которой костёр разгорелся. День выдался непростым. Только, когда запах каши разлился по «каменной» поляне, ребята поняли, как сильно хотят есть. Каша, кстати, оказалась очень вкусной.