Глава 8

Она спала тяжело, без сновидений – только тьма и тишина. Но остаточное беспокойство ещё цеплялось за край сознания. Все остатки сна тут же улетучились, как только Гермиона увидела рядом со своей постелью спящего Малфоя. Он был здесь всю ночь? Она нахмурилась, но дышала едва-едва, не желая его разбудить. Провела взглядом по его волосам, упавшим на лоб – таким светлым, почти белыми у корней. Даже сейчас, во сне, в каждой пряди чувствовалась идеальная порода. Его лицо было разглаженным. Ни единой эмоции, только умиротворение. Гермиона видела его таким впервые. Тень от опущенных ресниц легла на щёки – впалые, обострившиеся скулы. Кажется, он совсем не ел в последние дни. Она поморщилась от этой мысли. Какое ей до этого дело? И всё равно не могла остановиться. Взгляд то и дело притягивали его губы. Расслабленные. Не изрыгающие гадость. Не сжатые в привычную насмешливую линию. Хотелось провести по ним пальцем. Кому ты врёшь? Языком. Гермиона тут же облизала свои. Дыхание стало чуть прерывистее. Сердце колотилось где-то в горле, и она ненавидела себя за это. Что он тут делал? Пришёл опять на меня наорать? Это было бы вполне в его духе. Наорать на пострадавшего. Совершенно не контролирует свой яд и распрыскивает на всех вокруг. Её выводит из себя только он... – мысль пришла внезапно и обожгла. – …или она – только его. Эта мысль отозвалась тихой, тягучей грустью в груди. Мыслеформы менялись, перетекали из одной в другую. И в какой-то момент, Малфой показался ей таким… беззащитным? Она прикусила губу, и не сразу поняла, что он проснулся и смотрит на нее. Его грудь вздымалась чаще. Не так глубоко, как пока он спал. Она понимала, что выдала себя с головой. Зрачки расширились. И не зная, что сказать, ты ли это, Гермиона? Мерлин, тебя, побери! Она просто смотрела в ожидании тирады, которую он выдаст. Она упрямо вздернула, по привычке, подбородок. Так, как делала всегда, когда Малфой был рядом. И тут же внутренне сжалась. Его взгляд раздевал ее, но не снаружи, не снимая одежды, а изнутри, добираясь до самого дна. И некуда было деться. Дышать было трудно. Ощущение, что воздух будто застыл. Молчание слишком затянулось. Ей хотелось ерзать на кровати, под его уничтожающим какую-то защитную часть ее взглядом. Спрятаться под одеяло. «Уйди!» - так хотелось кричать. Но она молчала. Только сжимала и разжимала кулаки под одеялом, впиваясь ногтями в ладони. - Что ты здесь делаешь, Малфой, - наконец, вернув себе обладание, произнесла Гермиона. – Пришел наорать на меня? – ее зрачки сузились. В теле стала разрастаться привычная, за эти дни, ярость. Единственная защита, которая срабатывала на весь тот спектр эмоций, что он вызывал одним лишь своим видом. - Ты, идиотка. Грейнджер. – отчеканил Малфой. – Какого черта, ты полезла на этого дракона, без… - он осекся. – Ты хоть, понимаешь, сколько проблем создала своим гребаным геройством? Ах, вот в чем дело. Я создала ему неудобство. В глазах защипало. Гермиона отвернула лицо к стене, рядом с которой стоял стол с приборами и зельями. Обида клокотала в груди и пожирала ярость, так не кстати, уступившую ей место. Кожа на ладонях, ещё не зажившая после вчерашнего, не выдержала давления – саднило под ногтями. Но его слова все равно ранили сильнее. - Ты можешь, оставить меня одну, - проговорила она склянкам. Еще чуть-чуть и предательские слезы хлынут из глаз. И он увидит меня слабой. Ни. За. Что. Звук отодвигающегося стула. Задержка возле кровати. Удаляющиеся шаги. Звук открывшейся двери. Тишина. И в тот же миг, вся боль, вся ярость вырвалась наружу потоком горячих, колких слез. Вот это я попала. Кто угодно, но только не Малфой! - - - Ближе к обеду она вернулась в дом. Целитель заповедника знал свою работу. И она быстро пришла в себя. Физически. Заглянув в столовую, потянула ноздрями. Запахи еды раздразнили зверский аппетит. Она попыталась вспомнить, когда ела в последний раз. За столом сидел Гарри и Малфой. Как будто незнакомцы. Такие равнодушные друг к другу. Даже здесь, в драконьей глуши, он умудрялся есть так, будто сидел за столом в родовом поместье. Каждое движение – выверенное, плавное, бесящее. И такое чуждое этой реальности. Она силой перевела взгляд на Гарри и заставила себя улыбнуться. Тот тут же вскочил со своего места, как увидел ее в дверях. - Садись, тебе, наверное, нужно больше отдыхать? Тебя отпустили из лазарета? – он стал беспокойно кружить вокруг нее. – Что тебе подать? Гермиона рассмеялась. На это было забавно смотреть. И тут же осеклась, словив на себе угрюмый взгляд слизеринца. - Все в порядке, Гарри. Я не сбежала, - взяла себя в руки. – Я проголодалась. Вздох – тяжелый, жёсткий, слишком громкий. Гермиона подняла на него глаза. Сердце тут же участилось. Он снова смотрел на неё так, как смотрел ночью в купе. Оценивающе, вальяжно. Взгляд собственника? - Какие-то проблемы, Малфой? Ещё не всё сказал? Или я снова причиняю тебе неудобство своим нахождением рядом? - каждое слово – вызов, каждый взгляд – как хлыст. Она больше не могла сдерживаться и впервые осознанно ступила на эту тропу войны. - Простите нас, простолюдинов. Мы тоже иногда едим. И здесь нет ресторанов вашего уровня. – Ее было уже не остановить. – Так что сделай одолжение, потерпи ещё немного. Скоро мы вернёмся домой, и я обещаю: буду избегать тебя так долго, как только смогу. Он встал из-за стола и навис над ней. Она тут же вскочила со своего места и зло впилась в него глазами, нахмурив лоб, отчего морщинка меж бровей прорезала глубоко кожу. - Грейнджер, я не собираюсь с тобой драться, - Малфой прошел к двери. Обернулся на нее. – Поешь, а то выглядишь как скелет. Засунул руки в карманы брюк и вышел из домика. Гарри некоторое время молча смотрел на дверь, потом перевёл взгляд на неё. - Я, конечно, не эксперт по Малфою, но... кажется, он только что назвал тебя скелетом и ушёл, потому что не хотел драться. Это мы об одном и том же Малфое говорим? Они переглянулись и расхохотались. Гермиона смеялась громко, скидывая все напряжение сегодняшнего дня через смех. Рядом с Гарри всегда было тепло и спокойно. Его непоколебимое дружелюбие передавалось и ей. Ненадолго. Она с жадностью набросилась на еду, которую Гарри поставил перед ней. Мясо казалось восхитительным. Зверский аппетит заставил забыть о правилах приличия, и она хватала куски из тарелки руками. Гарри сделал вид, что читает газету, лежащую на столе. - Что с драконом? – насытившись, Гермиона вспомнила события вчерашнего дня. – И где Чарли? Гарри отложил газету, посмотрел на неё внимательно, чуть прищурился – и ничего не сказал. Только кивнул, будто что-то понял. Она не стала спрашивать что. - Чарли сказал, чешую забираем завтра утром, вместо этого сказал Гарри. – Малфой всё оформил. - Хорошо, - ответила она. И они замолчали. Каждый о своём. - - - Гермиона металась из угла в угол в своей спальне, не зная куда себя деть. В голове бесконечно прокручивались все сцены столкновения с Малфоем. И кожа на щеках пылала от негодования. Он, определенно, не хотел здесь находиться. И, видимо, решил всем испортить настроение своим паршивым характером. Спустя время, усталость повалила ее на кровать. Но даже там она не могла перестать думать об этом блондине, с жесткой сухой усмешкой и его напряженных глазах, постоянно приводящих ее в смятение. Она резко вскочила и направилась к Гарри. Он был у себя. - Что-то случилось? Ты плохо себя чувстуешь? – Поттер взволнованно засыпал ее вопросами. - Как мило, - Гермиона не смогла сдержать улыбки. – Нет, ты можешь принести контейнер с чешуей, хочу провести первичный анализ. – она потупила глаза на свою обувь. Чтобы перестать думать о Малфое!   - Ты уверена, что тебе не нужно быть в кровати? – спросил он осторожно. - Мне надо работать, - ответила она, не поднимая глаз. Гарри помолчал, потом вышел, прикрыв дверь. Чешуя лежала у нее на столе через 10 минут – темная, переливающаяся, размером с её ладонь. Гермиона провела пальцем по краю. Острый. Опасный и такой прекрасный. Из-за неё я чуть не умерла, - подумала она. И тут же отогнала мысль. Она достала лупу, пинцет, пергамент. Начала записывать: структура, плотность, особенности края. Цифры, термины, сухие наблюдения. Всё, что могло пригодиться для зелья. Работа успокаивала. Возвращала её туда, где она что-то могла контролировать и решать, где она была нужна. Через час, когда начало темнеть, она отложила лупу и посмотрела на чешую ещё раз. «Оно того стоило, - сказала она себе. – Оно того стоило». И почти поверила. Визуал https://disk.yandex.ru/i/A9TmKb_K4k2H2w