Ночной кошмар

***

В комнате Лололошка сидел на кровати, обхватив колени руками, и смотрел на стену. Шарф висел на спинке стула. На тумбочке лежал камень — тот самый, который нашли в его кармане. — Хороший день, — повторил он одними губами, как будто пробуя слова на вкус. И в темноте комнаты, в чужом мире, на чужой планете — ему впервые за долгое время не хотелось исчезнуть. Но это было не надолго.

***

Как только он заснул, прошлое накрыло его с головой, безжалостное и живое. Сначала — просто путешествия по мирам. Знакомство с разными существами. Лица мелькали, как страницы перевёрнутой книги: добрые, злые, равнодушные. Он почти забыл их. Почти. Затем — встреча с Джоном. Архей. Архей.... Лололошка во сне сжался, но сон не отпускал. Оно приближалось — то место, в которое он ни за что не вернётся. Хотя если бы он там остался, можно было бы что-то изменить. Но нет. Как назло, искра сработала в самый неподходящий момент и запихнула его в новый непонятный мир. Архей.... После смерти Эграсы всё пошло наперекосяк. Райя, Джодах, Окетра — и ещё Дилан, непонятно откуда взявшийся. Они нашли их. Они оказались в Архее и уже хотели все вместе уходить, как тут объявился Тадмавриэль со своей армией нечести. Он пробрался в сон Джона. Начал превращать выживших в заражённых. Сначала Окетра... Потом Райя.... Лололошка во сне задышал чаще. Пальцы вцепились в простыню. Остальным пришлось бежать. Куда угодно — но главное выжить. Маленькая группа — не больше десяти человек. Дети. Старики. Те, кого нужно было защищать. Две недели в бегах. Две недели страха, холода и потерь. Две недели, чтобы понять: отца не победить в открытом бою. Они нашли укрытие. Начали продумывать план. Но Тадмавриэль нашёл их. Снова... Одного за другим.... Одного за другим.... Лололошка во сне застонал — тихо, почти беззвучно. Ло, Джон, Джодах и Дилан отбивались как могли. Ничего не выходило. Тадмавриэль должен был терять силу — но каким-то образом она становилась только больше. Решающая битва. Почти все заражены или выдохлись. Четвёрка стоит на передовой. Дилан — автомотон, но тело не супер прочное. Ранен. Райя нанесла удар. Своя. Бывшая. Та, кого он знал. Окетра отрезает часть крыла Джодаха. Да, он бог, но барьер и бега отняли силу. Предвиденье почти не работает. Джон и Ло пытаются слиться. Не дают... Джон прикрывает собой Ло от смертельного удара. Лололошка во сне дёрнулся, будто удар пришёлся в него. Но это был не его крик — это был крик воспоминаний, застрявших в рёбрах, как заноза. Психика к тому моменту ослабла совсем. Увидев всё это, он не сдержался. Вспышка... Яркая. Ослепительная. Такая, что могла сжечь всё вокруг. Последнее, что он увидел, была улыбка Джона. Или усмешка? Лололошка так и не понял. А потом — пустота. И вот после срыва он оказывается здесь. Один. В чужом мире. Без друзей. Без врагов. Без цели. Скорее всего, они все мертвы. Лололошка во сне замер. Дыхание стало поверхностным, почти остановилось. И в этот момент — когда кошмар дошёл до своей самой тёмной точки — в комнате что-то изменилось.

***

Сначала воздух стал тяжелее. Потом в углу, у самого потолка, начала сгущаться тьма — не та, что от выключенного света, а живая, текучая, похожая на дым, только слишком плотный для обычного пламени. Сгусток чёрного тумана бесшумно скользнул по стене, обогнул люстру и опустился к кровати. Он не душил. Не давил. Не причинял боли. Он просто окутал Лололошку — медленно, осторожно, как одеяло, которое накидывает мать на замёрзшего ребёнка. И кошмар отступил. Лицо Лололошки разгладилось. Пальцы разжались. Дыхание стало глубже, ровнее. Впервые за долгое время — возможно, впервые с Архея — он спал без снов. Никаких. Ни прошлого. Ни боли. Ни лиц тех, кого уже не вернуть. Просто тьма. Тёплая. Спасительная. Ледяная. Но такая знакомая. Камень, лежавший на тумбочке, на секунду засветился — слабо, тускло, фиолетово-чёрным светом, похожим на отблеск далёкой грозы. А потом погас. Туман задержался ещё на несколько минут — будто проверяя, вернутся ли кошмары. Будто охраняя. И растворился.

***

Питер проснулся от того, что что-то было не так. Не паучье чутьё — нет. Просто внутреннее ощущение, которое появляется, когда слишком тихо. Он сел на кровати, посмотрел на телефон: 6:47 утра. — Пятница, Лололошка проснулся? — Мистер Паркер, Лололошка всё ещё спит. Его жизненные показатели в норме. Однако я зафиксировала необычную аномалию в его комнате около трёх часов ночи. Питер мгновенно проснулся окончательно. — Какую аномалию? — Кратковременное появление неизвестной энергетической субстанции. Мистер Старк уже уведомлён. — Он в опасности? — Нет. Субстанция не проявила враждебности. Она исчезла через несколько минут. Мистер Лололошка спал на протяжении всего времени. Питер выдохнул, но напряжение не ушло. Он быстро натянул толстовку и вышел в коридор. Дверь в комнату Лололошки была закрыта. Он постучал — тихо, чтобы не разбудить, если тот всё ещё спит. — Ло? Тишина. Питер осторожно приоткрыл дверь. Лололошка лежал на боку, свернувшись клубком, как делают люди, которые привыкли спать в холоде. Волосы разметались по подушке. Одна рука свисала с кровати, почти касаясь пола. Шарф остался на стуле — не тронутый. Но лицо... Питер никогда раньше не видел его таким спокойным. Без тёмных кругов под глазами. Без морщин на лбу. Без той вечной настороженности, которая стала частью его лица. Кто сделал это с тобой? — подумал Питер. Он закрыл дверь так же тихо, как открыл, и прислонился к стене спиной. Телефон завибрировал. Нед: братан, ты чего в 6 утра в сети?

Питер: не спится

Нед: че случилось?

Питер: не знаю пока

Нед: это связано с тем парнем? Питер помедлил.

Питер: да

Нед: он в порядке?

Питер: сейчас — да

Нед: а раньше? Питер посмотрел на закрытую дверь. Вспомнил шрамы. Светящийся шрам над сердцем. Историю о том, как он пытался перерезать себе горло.

Питер: не знаю. наверное нет

Нед: бро... ты только аккуратнее. и не лезь куда не надо

Питер: не буду

Он убрал телефон и пошёл на кухню — варить кофе. Две чашки. Для себя и для того, кто, возможно, сегодня проснётся впервые за долгое время не разбитым.

***

За несколько часов до этого, в глубокой тишине, когда туман уже рассеялся, а Лололошка спал без снов, камень на тумбочке снова мигнул. Слабее, чем в первый раз. Но в его глубине — там, куда не проникал свет из окна — что-то шевельнулось. Не живое. Не мёртвое. Что-то, что ждало.

***

Тони смотрел на показатели сенсоров уже полчаса. Пятница зафиксировала аномалию, но не могла идентифицировать её природу. Ни один известный тип энергии не подходил. — Магия? — спросил он у пустоты. — Вероятность восемьдесят три процента, — ответила Пятница. — Рекомендую проконсультироваться с доктором Стрэнджем. — Отлично. Ещё один волшебник в моей жизни, — Тони потёр лицо руками. — Ладно. Запиши. Но не сегодня. Он посмотрел на экран, где отображалась комната Лололошки. Парень всё ещё спал. — Кто же ты на самом деле, Лололошка? — тихо спросил Тони. Монитор не ответил. Только камень на тумбочке — если бы Тони мог его видеть — снова блеснул, как кошачий глаз в темноте.