Глава 4

Карина упирается руками парню в грудь, не разрешая ему проникнуть в её личное пространство. Девушка молит, чтобы никто не увидел их, а так же чтобы парень не увидел и не почувствовал её испуг. Сердце бешено колотилось, руки уставали давать отпор, она сдалась, опуская голову, ослабляя сопротивление и чуть ли не плача. Почему-то в этот момент ей захотелось, чтобы их увидел весь мир, чтобы хоть кто-то пришёл и помог ей. В мыслях творился хаос, Карина пыталась думать трезво, но аромат парня, который действовал на неё как стоп-сигнал не давал покоя. Слава крепко держал её за талию, даже не думая о том, что может быть останутся синяки, нет. Ему было всё-равно, и Карина, наконец-то, поняла это. Второй рукой он держал её за подбородок. Омерзительное ощущение, но девушка не могла противиться. Она ощущала, как к глазам приливают слёзы, но пыталась сдержать всё в себе, быть сильной. Парень горячо дышал, и это дыхание она ощущала на своём лице. Мурашки с каждым его выдохом пробегали от макушки до пят, Карина была в оцепенении. — Ты — маленькая девчонка, ты — никто в этом мире, — он говорил ей это почти в самые губы, опаляя ее кожу горячим дыханием. Карина перестала дышать, а ладони постепенно сжались в кулаки, сжимая одежду на теле парня. — Я уничтожу тебя, — она не могла понять, где находился его голос, он будто бы был везде: в каждом миллиметре её тела, он просочился сквозь неё, словно яд, отравляющий душу, — поверь, я сделаю это, — девушка ощущала движение его губ почти на своей коже, он говорил чётко и внятно, мурашки бежали по телу с каждым звуком, исходящим из его рта. Парень на секунду замер, наконец-то, решая поднять свой взгляд на девушку. Их лица находились в экстремальной близости, ещё несколько сантиметров, и их жизни никогда не станут прежними, а души навсегда оставят в себе этот чёрный след боли, этот отпечаток мрака. Глаза в глаза, дыхание слилось воедино, оба жаждали этого: мести, победы, увидеть противника поражённым, но никто не собирался сдаваться и останавливаться. Ещё несколько сантиметров до поражения и вдруг девушка чувствует как их отталкивает друг от друга, словно они — одинаковые полюсы магнита. Между их губами жалкие сантиметры, и именно в этом небольшом расстоянии находилось всё скопление эмоций и чувств, испытуемых ими, ещё несколько миллиметров и произойдёт мощнейший взрыв чувств в истории человечества. — Ты никогда не сделаешь этого, потому что ты жаждешь участия, а не победы, — она закрывает глаза и чувствует, как по щеке катится горячая слеза. Электрический разряд вновь проскальзывает между их душами и парень немного отстраняется, чувствуя, как Карина сильнее сжимает его одежду и ткань неприятно сдавливает тело. Ее тон голоса был стальным, а внутри находился самый настоящий горячий, жаркий, мучительный ад, — считай, что ты победил. Тебе легче от этого? — Слезы на щеках магически исчезли за секунду, словно испарились, наверное, температура внутри девушки была выше нормы. Карина почувствовала, как руки парня больше не держат её, а хватка на её щеке исчезла, оставив после себя недолгое ощущение холода. Парень стоял, всматриваясь в девушку, будто бы скоро он увидит что-то новое, за что можно будет зацепиться, но ничего не происходило. Слава сглотнул мощнейший ком внутри и опустил руки вниз, заставляя их безвольно повиснуть вдоль тела. Он просто смотрел на девушку, точнее на её оболочку, но ему хотелось бы заглянуть глубже. Туда, откуда исходили её слова, туда, где находился эпицентр всех эмоций. Ему хотелось залезть в её душу, выпотрошить все, оставить после себя след. Но он не мог. Всё, что ему оставалось делать это молчать и стоять, не в силах сказать ни слова, не в силах издать и звук.

***

— Считай, что ты победил. Тебе легче от этого? — Её голос вновь раздался в тишине и парень силой сжал волосы на голове, чувствуя боль. Ничерта не легче. Ему казалось, что на его душу взложили новый груз, новую тяжесть, которую он не в силах больше скинуть с себя. Перед глазами все ещё стоял ее облик: испуганный взгляд, но смелые глаза, сильные слова, но еле заметное волнение в голосе, дрожащее тело в его руках, но сильное сердце, чувство сжатых на груди пальцев ее рук. Казалось, что она сжимала не его одежду, а его душу. Черную, пустую, холодную, ничего не чувствующую. Тогда как можно объяснить то, что он сейчас испытывал? Никакие наркотики и прочие вещества не смогут помочь Славе уйти в забытие, отвлечься хоть на пару часов от её взора. Парню казалось, что её образ впечатался в его подсознание навечно. Он провел полдня в своей кровати, пытаясь хоть как-то забыть её глаза, наполненные болью, желанием всё исправить и... просьбой? Какой-то грёбанной просьбой, о которой он даже не догадывается, но ломает себе голову, думая об этом уже который час. И всё из-за неё. Чувство ярости вновь закипело в нем, но парень умерил свой пыл. Он хотел еще раз взглянуть в такие глаза, чтобы наконец понять, что от него требуется, но попытки больше не будет. Он уверен. Электрический разряд. Вот что он еще раз почувствовал, попытавшись вновь воспроизвести у себя в голове её глаза. Он ничего не помнил. Не помнил, что делал, не помнил, как себя вёл. Он лишь помнил, как ощущал себя тогда. Горячая ярость текла по венам и артериям, заполняя собой все пространство, казалось, он был повелителем мира, центром Вселенной, смаковал свою победу, чувствуя, как внутри уже пляшут черти, но вдруг что-то пошло не так. Его пронзила молния, вспышка света, из-за которой он остановился. И этой вспышкой света, этим электрическим разрядом были её слова. Он хотел ее уничтожить. Хотел заставить ее чувствовать себя так же, как и он сейчас. Но сейчас он был бессилен. Абсолютно. Он мог лишь лежать на своей кровати в комнате и вновь по тысячному кругу прокручивать в голове те чувства и эмоции, которые он испытывал. Все смешалось в одну сплошную кучу, он больше не знал где начало, а где конец этой чертовой петли. Слава потерялся в реальности. Перед глазами стоял облик Карины и три слова в её глазах: боль, желание и просьба. Больше внутри него не было ничего. Пустота. Парень спускается вниз, выходя со своей комнаты и видит её. Она сидит, сложа руки и смотря в экран телефона. Раздражает. Только одним своим видом раздражает до пульсации в висках и сжатых челюстей. Парень прошел мимо неё и, видимо, только это заставило девушку оторваться от своего занятия. — У тебя мешки под глазами темнее ночи, ты.. — Я не спал эту ночь, — резко бросает он, не в силах взглянуть на нее. Он боится, что вновь увидит в ее глазах те самые слова, поэтому игнорирует её взгляд как можно сильнее и тщательнее. — Прошло три дня. Ты не спал все это время? — Парень застыл, стоя в нескольких метрах от девушки. Прошло три дня? Она заставила его покинуть реальный мир на целых грёбанных три дня? Слава вновь почувствовал, как ярость заполняет его тело, но он закрыл глаза, проклиная свою вспыльчивость. — Ты почти побил мой рекорд, поздравляю, — Слава открывает глаза и вновь накладывает на себя проклятие. Он сталкивается с ней взглядом, и ему становится в разы хуже. Карина улыбается, а ему хочется стереть эту, будто бы дьявольскую улыбку с ее лица. — Заткнись, — он делает глубокий вдох, украдкой смотря на девушку. Улыбка спадает с ее лица, парень расслабляется, но ненадолго: губы Карины вновь расплылись в улыбке. Как можно улыбаться, когда внутри все взрывается? Когда внутри тебя рвет на части, а ты ничего не можешь сделать? Он подлетает к ней, резко хватает за руки и, казалось бы, говорит четко и спокойно, но на самом деле кричит до хрипоты в голосе: — Как? Как ты можешь улыбаться, когда внутри происходит такое? Сотри это чёртово выражение со своего лица, как же ты мне противна, — голос срывается, ломается, он делает вдох, смотрит на девушку и его вновь прошибают насквозь миллионы молний. Вновь это выражение лица, вновь эти три слова, написанные в её глазах и парень понимает. Он ослабевает хватку на ее запястьях, замечая небольшой синяк на линии челюсти и покраснения на руках девушки и умирает. Умирает морально, больше не желая существовать с этом мире вместе с ней. В её глазах больше нет желания. Желания выиграть, уничтожить, нет этого огня, который разжигал костер и в славиной душе, огня, который давал ему сил, осталась лишь просьба. Тихая просьба оставить все как есть и пустить всю жизнь на самотек. Воображение дорисовывает Карине слёзы на щеках, издевается над ним, хочет его убить окончательно, и Слава вспоминает. Вспоминает, как машинально смахнул рукой солёную влагу с её лица, которая осталась на его ладонях, вспоминает чувство оцепенения, застигшее его врасплох. Парень опускает взгляд на руку, будто бы она и сейчас влажная от девичьих слёз, но не чувствует ничего. Его собственное воображение медленно уничтожает его душу. Карина больше не хотела играть в эту бессмысленную игру, не желала продолжать негласную войну. Она лишь молила о спокойствии. И это всё он прочёл в её глазах, в тех самых трёх словах, которые горели ярким пламенем в её зрачках. Девушка присаживается назад, излучая спокойствие. И это каринино душевное равновесие поразило и его, заставляя его душу отправиться в вольное плавание, находя гармонию и усмирение. Она успокоила его, не сказав ни слова. Не этого ли он хотел? Чтобы она молчала и больше не открывала свой рот, провоцируя его на сомнительные поступки? Именно этого. Но сейчас он желал, чтобы она вдохнула, приоткрыла свои губы и сказала что-то в ответ на его колкие слова, сказала какую-то гадость, уничтожила его. Он не хотел быть победителем, он лишь желал участия. Карина вновь улыбнулась, и парень почувствовал эйфорию. Почти такую же, как он наркотиков, но немного иную. Внутренности не больно сжимались, а расслабленно и приятно покалывали. Ему хотелось навечно остаться здесь, в этом чувстве, которое топит его, а он и не думал сопротивляться. — Тебе нужно поспать, иначе... — Он замечает синяки под ее глазами, которые она тщательно пыталась замаскировать, но это не скрылось от его глаз. В голове возникает куча вопросов, но он не может их произнести вслух . В горле застрял ком, не позволявший ему говорить. Парень слышит её спокойный голос, который постепенно затихает, и ему кажется, что это все было сном. Непонятным, запутанным, туманным кошмаром. Тогда когда же он проснется?