Зазеркалье и розовая плесень

      Дом шерифа Свона, который всегда был оплотом простоты и безопасности, теперь ощущался как склеп. Воздух в коридорах стал липким, а лампочки мигали, издавая звук, похожий на предсмертный хрип.       Гарри и Эдвард ворвались в комнату Беллы. Зрелище заставило Эдварда издать звук, полный нечеловеческой боли. Белла сидела на полу перед своим туалетным столиком. Её глаза были широко открыты, но зрачки превратились в две узкие вертикальные щели. Она механически проводила расческой по волосам, и с каждым движением на ковер падали клочья каштановых прядей. — Nihil est... Nihil erit... — шептала она на искаженной латыни. — Это «Глаз Фантома», — Гарри мгновенно вскинул палочку, направляя её на зеркало. — Министерство использует её отражение как якорь. Если я просто разобью стекло, её разум осколками разлетится вместе с ним.       Гарри подошел к Белле сзади и прижал ладонь к её холодному лбу. — Эдвард, мне нужно, чтобы ты вошел в её мысли. Я создам мост, но вытаскивать её будешь ты. Твоя связь с ней — единственный ориентир в этой пустоте.       Гарри закрыл глаза, выстраивая сложнейшую структуру окклюменции. — Легилименс! — выдохнул он.       Эдвард почувствовал, как реальность Форкса исчезла. Он оказался в бесконечном лабиринте из розового тумана и звуков плачущих котят. Это было сознание, отравленное магией Долорес Амбридж. Повсюду висели таблички с «Декретами об образовании», которые впивались в стены, как когти.       Он увидел Беллу в центре этого хаоса. Она была скована цепями, сделанными из черных чернил. Над ней склонилась призрачная фигура в розовом костюме, чье лицо постоянно расплывалось, превращаясь в жабью морду. — Ты должна слушаться, дорогая, — квакающий голос Амбридж разносился эхом. — Порядок превыше всего. Гарри Поттер — лжец. — Оставь её! — Эдвард бросился вперед. Его вампирская сила здесь не имела значения, важна была только воля. Он представил их первый поцелуй на лесной поляне, запах её кожи, тепло её крови. Этот свет прорезал розовый туман, как солнечный луч. — Белла, посмотри на меня!       В реальности тело Беллы выгнулось дугой, а зеркало на столе покрылось черной изморозью. Гарри тяжело дышал, удерживая заклинание. — Еще немного... Давай, Эдвард!       С оглушительным звоном зеркало лопнуло. Но осколки не упали вниз — они превратились в черный песок и растворились. Белла обмякла на руках Эдварда, её дыхание выровнялось.       Пока Гарри спасал Беллу, на окраине города Рон Уизли и Эммет Каллен отрабатывали самую странную совместную операцию в истории.       Рон держал в руках модифицированный «Вредноскоп» Гермионы, который теперь выглядел как сложный прибор с кучей линз. — Если стрелка дернется вправо — значит, там скрыт пост наблюдения, — пояснял Рон, пробираясь сквозь папоротники. — А если я просто вырву то дерево, за которым они прячутся? — предложил Эммет, которому явно не хватало терпения.       Внезапно Вредноскоп издал пронзительный визг. Из-за вековой ели выскользнул человек в темно-серой мантии аврора-ликвидатора. Он был под чарами дезиллюминации, но в Форксе, где магия была «густой», его контур дрожал, как марево над асфальтом. — Петрификус... — начал аврор, но не успел закончить.       Эммет, чей рывок был быстрее любого заклинания, врезался в него на полной скорости. Раздался хруст — аврор отлетел на десять метров, ломая кусты. — Живой? — спросил Рон, подбегая к поверженному врагу. — Вроде да, но ребра я ему подправил, — Эммет поднял с земли выроненную палочку аврора и с явным удовольствием переломил её пополам. — Вторая в мою коллекцию зубочисток.       Рон обыскал аврора и вытащил из его кармана странный жетон — розовую брошь в виде котенка. — О нет... — прошептал Рон. — Только не она. Если она здесь, значит, Министерство перешло к фазе «полного искоренения».       На следующее утро к дому шерифа Чарли Свона подъехал безупречно чистый черный автомобиль. Из него вышла женщина, чей облик вызывал у любого мага Британии приступ тошноты. Долорес Амбридж, одетая в ярко-розовый шерстяной костюм, поправила шляпку и одарила Чарли самой фальшивой улыбкой в мире. — Добрый день, шериф Свон, — пропела она, её голос был похож на патоку, смешанную с ядом. — Меня зовут Долорес Амбридж. Я специальный инспектор из ООН по делам... культурного обмена. Мне поступили жалобы на странных иностранцев, поселившихся в вашем прекрасном городке.       Чарли, который за последние дни видел слишком много странного, нахмурился. — У меня нет никаких жалоб, мисс Амбридж. — О, дорогая моя, — она коснулась его руки, и Чарли почувствовал резкий укол холода. — Иногда мы не замечаем болезни, пока она не убьет нас. Я здесь, чтобы помочь. И я начну с посещения дома вашего... племянника. Гарри, кажется.       Появление Долорес Амбридж в Форксе было подобно капле чернил в стакане чистой воды. Она не просто шла по улице — она оставляла за собой шлейф удушливого аромата сухих духов и страха. Каждое её движение было выверено, каждая улыбка — оскал жабы, почуявшей добычу.       Когда черный автомобиль Амбридж затормозил у особняка «Мрачная Тень», Гарри уже стоял на крыльце. Рядом с ним, наполовину скрытый тенью колонн, застыл Эдвард. Рон и Гермиона наблюдали из окна второго этажа, держа палочки наготове.       Амбридж вышла из машины, её розовый костюм выглядел дико на фоне мрачного готического фасада. Она раскрыла маленький кружевной зонтик, хотя дождь почти прекратился. — Гарри, дорогой мальчик, — пропела она, поднимаясь по ступеням. Её каблуки цокали по камню, как копыта. — Как печально видеть тебя в таком... запущенном месте. Министерство очень беспокоилось о твоем здоровье. — Моё здоровье в порядке, Долорес. Чего не скажешь о вашем, — Гарри не шелохнулся. — Я думал, кентавры научили вас манерам.       Лицо Амбридж на мгновение дернулось, а в глазах вспыхнула такая ненависть, что даже Эдвард невольно напрягся. Но она быстро вернула себе маску вежливости. — Я здесь официально, мистер Поттер. Инспекция по надзору за магическими миграциями. И я вижу, вы уже завели себе... питомцев? — она перевела взгляд на Эдварда, брезгливо сморщив нос. — Существо класса XXXX, не поставленное на учет. Это серьезное нарушение Статута.       Пока Амбридж рассыпалась в угрозах, Гермиона в своей комнате зафиксировала странную активность. Её магические приборы — медные сферы и весы — начали вибрировать. — Рон, смотри! — прошептала она. — Она привезла «Подавитель».       В багажнике машины Амбридж лежал артефакт, похожий на огромную железную розу. Он пульсировал анти-магией, которая медленно, сантиметр за сантиметром, разъедала края Купола Фиделиуса. Это была тонкая работа: купол не лопался, он «подгнивал», пропуская внутрь сигнал министерских радаров. — Если она не уберет эту штуку, через два дня Министерство сможет аппарировать прямо к нам в гостиную, — зубы Гермионы выбили дробь.       На следующий день Амбридж явилась в школу Форкса. Она представилась «консультантом по вопросам дисциплины». Директор был очарован её рекомендательными письмами, но ученики почувствовали холод.       В столовой она села за отдельный стол, поставив перед собой чайную чашку с изображением котенка. Её взгляд был направлен на столик Калленов.       Эдвард чувствовал её мысли. Это был не поток образов, а вязкое болото. «Неправильно... Нечистокровно... Обуздать... Наказать...» — эти слова пульсировали в её мозгу, как удары молота. — Мистер Каллен, — она подозвала его жестом.       Эдвард подошел, чувствуя, как Джаспер за соседним столом едва сдерживается, чтобы не впасть в ярость от её ауры. — Я заметила, что вы и ваши... родственники... держитесь особняком, — она пригубила чай. — В Англии мы ведем учет всех отклонений от нормы. Я бы хотела взять у вас пробу крови для... школьной медкарты.       Эдвард улыбнулся — медленно и опасно, обнажая зубы чуть больше, чем следовало. — Боюсь, моя кровь вам не понравится, мисс Амбридж. Она слишком холодная для такой теплой женщины, как вы.       Амбридж не испугалась. Она достала из сумочки розовое перо — то самое, которое Гарри узнал бы из тысячи. — О, не беспокойтесь. У меня есть способы получить то, что мне нужно. Возможно, завтра вы задержитесь после уроков?       Вечером того же дня на границе резервации Ла-Пуш собрались все: маги, вампиры и вожаки стаи. Сэм Адли был в ярости. — Эта женщина... она пахнет так же, как те дементоры. Лес умирает там, где она проходит. Мои люди не могут охотиться, их тошнит от одного её голоса. — Она использует «Магию Порядка», — пояснил Гарри, вертя в руках обломок палочки Долиша. — Это самая темная форма бюрократии. Она не убивает тело, она ломает волю. — Нам нужно уничтожить Подавитель в её машине, — предложил Рон. — Но если мы это сделаем, она поймет, что мы знаем. — Эммет сделает это, — подал голос Эдвард. — Он может инсценировать «автокатастрофу». Случайное падение дерева, грузовик, потерявший управление... В Форксе случается всякое.       Эммет уже предвкушал веселье. Он нашел старое бревно, которое весило около тонны, и начал прикидывать траекторию.       Но пока они планировали диверсию, в густом тумане за их спинами соткались фигуры в серых мантиях. Авроры-ликвидаторы не ждали приказа. Они установили портативные порталы по всему периметру города.       Амбридж, сидя в своем номере в мотеле «У Чарли», гладила котенка на блюдце. — Скоро, — прошептала она. — Сначала мы отрежем им выходы. Потом мы заставим их написать правду. Своей собственной кровью.