Глава VI — People fall in love

      Марина разбирала свой чемодан, раскладывала все вещи так, словно дома. Так спокойнее. Последнюю блузку она повесила на спинку стула, место в шкафу уже заканчивалось. Тревога не покидала голову. Этот страх жил с ней долго. Очень. —Марина, надо просто отвлечься — она перебирала свои пальцы, в надежде успокоиться. — Пойду-ка я прогуляюсь по улочкам родным, перекушу может чего. Марина подошла к шкафу и начала выбирать образ. Оливковые, приталенный топ с длинным рукавом и классические коричневые брюки будут хорошо смотреться. В дополнение она выбрала небольшую коричневую сумочку, с которой и приехала. Марина вывесила одежду на дверцу шкафа и направилась в душ. Нарочинская посмотрелась в зеркало и улыбнулась. Она распустила небрежный пучок, завязанный непонятной резинкой и скинула с плеч халат. Теплые струи расслабляли мышцы, позволяя прийти в себя после поезда. Волосы впитывали влагу, теряя тот самый домашний объем. Спустя минут 20, она завершила принятие душа. Укутываясь в белый халат, принялась наносить уход за кожей, сначала нанесла крем на лицо, уделяя внимание лбу, затем руки — работа в перчатках как никак. Как же приятно чувствовать себя ухоженной, красивой и опрятной. Гладкость кожи это, конечно, хорошо, но укладка сама себя не сделает. Марина включила фен на среднюю мощность и начала сушить волосы. Управилась она минут за 15, затем следовала укладка. Постоя у зеркала минут 10, все же решила сделать локоны, струящиеся по плечам. Марина открыла ящик под раковиной и вытащила плойку. Марина вставила её в розетку и отделила прядь. —Черт. — куда же без проишествий. Марина одернула палец от устройства, на нём красовался ожог, небольшой, но все же было неприятно. Смочив его под струями ледяной воды, она продолжила укладку с большей внимательностью и осторожностью. Докрутив несчастные локоны Марина вышла из ванны за стаканом прохладной воды. На тумбе стоял стакан с водой, который она так и не допила. Самое время. Она сделала пару глотков и вернулась в ванную. Следующий этап — макияж. Хотелось чего-то простого и нежного. Взглянув на свой образ, решение пришло само — макияж без макияжа. Марина открыла свою косметичку и начала шаманить. Нанесла базу, затем легкий тон, хотелось естественности. Немного консилера на проблемные места под глазами. Теплые румяна на щеки, а то бледной идти не вариант, закрепила все пудрой. Глаза решила выделить лишь тушью, а губы легким блеском. Нарочинская вышла из ванной комнаты, пошла переодеваться. Быстро справившись, она начала собирать сумочку. Телефон, ключ-карта, деньги, паспорт, салфетки, расческа и куча других вещей, не зря говорят: «Женская сумочка не имеет дна» Марина покинула территорию отеля и решила пройтись по центру города. От Невского она решила пойти к дворцовой площади. Санкт-Петербург всегда будет культурной столицей, потому что он бережет историю и архитектуру. Гармоничные здание заполонили весь Невский проспект, вновь и вновь напоминали о чудесном периоде, когда в Санкт-Петербурге трудились лучшие архитекторы, сидели правители. Первой точкой Марининой остановки стала площадь восстания. В самом сердце расположена колонна, вокруг неё дорожное кольцо, на котором всегда множество машин. Вокзал, откуда она недавно приехала, два торговых центра, где есть абсолютно все. Красивое двухуровневое здание метро с разными колоннами, арками у дверей. Марина прошла площадь и пошла дальше по красивым улочкам Петербурга. Пройдя пару сотен метров её встретил величественный Казанский собор. Округлое здание возвышается в самую высь. Резные колонны в сравнении с человек просто махины, детализированные узоры над ними, словно кружева создают не вызывающие акценты. Центральный вход, им можно восхищаться век. Крыша имеет форму треугольника, в котором расположено золотое палатно, главная изюминка находится за ним. Изумрудный купол, с золотым шаром на вершине. Как такое могли построить в XIX веке. Уникальная колоннада из 96 колонн, представьте себе была вдохновлена собор Святого Петра в Риме. Городом-сердцем архитектуры в Европе. Множество людей была у здания храма, Кто-то создавал снимки на память, некоторые приходили для верованных дел. Марина вновь замерла у собора, сколько лет она прожила в Питере, а все, как в первый раз. Настолько ей была близка история Петербурга и его архитектура. Следующее неприметное во всей питерской архитектуре и остановкой Нарочинской стал Строгановский дворец. Это здание было построено в XVIII веке и является лучшим примером архитектурного стиля барокко. Розовый цвет в основе палитры лёг идеально в гармонии с белыми дополнительные элементами. В центре фронтона гордо замер герб Строгановых: два соболя, поддерживающие щит, напоминают о том, что пышный европейский облик вырос на богатствах суровой Сибири. Мощно выступают ризалиты, теснятся белоснежные колонны. Главным творцом этого шедевра стал великий Франческо Бартоломео Растрелли, придворный архитектор императрицы Елизаветы Петровны. Наконец Марина подошла к знаменитой арке — входу на Дворцовую площадь. Главный штаб, он представлял собой жёлтой здание формой, словно полукруг. Нарочинская прошла сквозь неё и оказалась в самом центре площади. Александровская колонна стоит уже два века. Она величественно возвышается на высоту 47,5 метров. Представьте только, что её ставили в 1834 году. Как? Сзади раскинулся зимний дворец — бирюзовое здание в три этажа, белоснежные колонны добавляли гармонии и маштаюности, золотые львы, карнизы. Резиденция Романовых. Красивая, словно принцесса главного рыцаря; роскошный, словно Елизавета Петровна. Марина пошла к Неве, как в старые, беззаботные времена. Она стояла там с отцом, рассматривала кораблю, идущие под мостом; любовалась Петропавловской крепостью на другом берегу; расспрашивала отца о медицине. Он обнимал её крепко-крепко, рассказывал интересные медицинские случаи, говорил ей что-то на латыни. «Мариночка, я недавно делал сложную операцию на cerebrum. Человек выжил! Помнишь, что такое cerebrum?» Мозг, пап Она ценила каждую минуту с ним, зная, что врач — земной почти Бог. Он нужен всем и всегда. Но ей тоже. Вода была спокойной, как и весь Петербург. Каменные ограды были горячие до покраснения кожи.

***

      Санкт-Петербург окунулся в ночь, если можно так сказать. Начало лета — время белых и беззаботных ночей, свет никуда не уходит, позволяя жить как тебе удобно. Марина стояла напротив зеркала в ванной, аккуратно снимала макияж, точнее его остатки. Рядом лежал её телефон, из которого играла музыка

Talking with my lawyer

She said, "Where'd you find this guy?"

I said, "Young people fall in love

With the wrong people sometimes"

Some mistakes get made

That's alright, that's okay

You can think that you're in love

When you're really just in pain

Строки оглушили её, словно песня про неё. Но в чем же я?

***

      Олег лежал на идеальном белье кровати, расслабленный, в предвкушении прочтения новых страниц книги. Он неспешно взял её с тумбочки и открыл по закладке. Новая глава была интригующий, о том, как человек выбирает себе страдания. Очень интересная и глубокая мысль. Страницы переворачивались сами по себе, как пальцы замерли на строке.

«Если ты не готов страдать ради неё — не заставляй страдать её. Отойди. Дай место тому, кто готов.»

Эти предложения били сильнее любого кнута. Книга, словно знала, что да и как сейчас в его жизни направляла его на путь. Но какой решать ему. Не отойду, не дождешься, Нарочинская. В номере за стеной лежала она, беззащитная и совершенно по-детски красивая. Она ворочалась уже на протяжении часа. Невозможно было уснуть. Панический страх накрывал её, как только она смыкала глаз. Шторы были бы единственным спасением, иначе она просто сойдет с ума. Мысли о том, что за стеклом кто-то есть не давала покоя, ей нужно было контролировать все, а штора бы отрезала то, что она не может проверить. Она так и не сомкнула глаз этой ночью.