***

— Бельчонок, ну пусти, — умоляла Селеста, что есть силы, пытаясь, высвободиться из стальной хватки Динмона, которого вполне устраивало такое расположение его рыжей зайки, находясь под ним. Ибо заму короля ада вполне нравилось, что он вот так крепко приживает Селесту к кухонному кафелю, нетерпеливо расцеловывая ей шею, плечи. И оставляет не мало своих собственнических пометок. — Не пущу, — соблазнительно проговорил Динмон, в этот момент посмотрев на нее с хитрым прищуром, а затем одной рукой начал пытаться расстегнуть ей под черной кофтой лифчик. — Бельчонок, я целую неделю ждала эту распродажу и не могу позволить, чтобы самые опупенные темные шмотки расхватали какие-то курицы! — пыталась пояснить Селеста, чувствуя, как он ее под кофтой нагло лапает, а затем рыжая несколько раз ударила по его шаловливой ручке. На что он еще только сильнее завелся и впился в знойные губы Селесты страстным поцелуем с языком. На это рыжая еще только сильнее забрыкалась, но вскоре больше не смогла сопротивляться, и обвив шею Динмона, начала потихоньку отвечать на его поцелуй. Динмон же довольный тем, что ему удалось добиться того, что Дарк Чарли уже никуда не торопится и только еще теснее прислонил ее к кафельному полу на кухне. А затем, не разрывая головокружительного поцелуя, очень резво стал расстегивать ей каждую пуговку на ее полупрозрачной черной кофточке, которая на Дарк Чарли явно была лишней. Вскоре он сорвал ее и забросил на холодильник. Рыжая чертовка, чувствуя его сводящие с ума прикосновения, ощущая, как он колется своей щетиной, довольно лихо начала избавляться от его джинсов. Ремень на них Селеста расстегнула не сразу, Благо Бельчонок сам им занялся с помощью телекинеза. Когда Динмон закинул его куда подальше, Селеста сорвала с него джинсы и тут же начала стремительно краснеть, ибо реакция Динмона на неё была сквозь его нижнее бельё отчетливо проявлена. Еще больше возбудившись, Дарк Чарли сняла с него бордовую футболку, после чего стала проводить руками по его накаченному торсу. Но Динмон не дал рыжей на него налюбоваться и снова припал к шее Селесты, затем ловко стащил ее кожаные брюки вместе с трусиками. — Бельчонок, а ты затейник! Хочешь со мной поиграть, да? По-жесткому.., — после очередного затяжного поцелуя, выдохнула ему в губы Дарк Чарли, пораженно наблюдая, как Динмон достал какой-то красный шелковый галстук, а затем им крепко перевязал руки Селесты. По похотливому взгляду зама короля ада было ясно, насколько он предвкушал этой игры, ибо ранее они с его рыженькой зайкой такими извращенными любовными утехами не занимались. И зеленоглазому рыцарю ада это просто не терпелось испытать. Дарк Чарли блаженно мыкнула, с приятным волнением наблюдая, как Динмон избавился от последнего элемента одежды, после чего навис над ней, а затем, раздвинув ее ножки, резко в неё вошел. После чего начал очень быстро двигаться, заставляя ее с первых секунд кричать его привычное ей имя от удовольствия: — О, да, Бельчоночек, какой же ты горячий, только не останавливайся! — стонала Дарк Чарли, обхватывая своими стройными ножками его бедра и прижимая Димнона так тесно, чтобы он был в ней еще глубже. На что Динмон в порыве страсти заматерился и еще быстрее стал двигаться. От бешенных толчков у Селесты кружилась голова, ибо ей было настолько охрененно, что просто все её чувства не описать. В какой-то миг она хотела его обнять за шею, но в эту секунду она сразу же почувствовала, как ее обе руки сдавливает крепко перевязанный красный шелковый галстук. Динмон это заметил и его это только еще сильнее завело. Ибо он уже давно был на пределе и в любую секунду был готов наполнить ее спермой. — О да, Бельчоночек, Бельчонок мой, Бельчик, пожалуйста, сделай же это жестко! — орала Дарк Чарли, что только еще больше возбуждало Динмона, который был просто в полном кайфе наслаждения, ибо он был готов уже кончить, но в самый неожиданный момент заметил, что балдежное лицо Селесты резко изменилось, а затем из ее уст раздалось то, что он никак ее ожидал услышать: — Святые сникерсы, Белка, ты что совсем охренел??? Дрыхнуть накануне разборке с этим ушлепком? А ну проснись сейчас же! — рявкнула Селеста не своим голосом. После чего Динмон ощутил, как его кто-то с неистовой силой тормошит за плечи, а затем он резко открыл глаза и вместо своей зайки узрел перед собой очень недовольную рожу Кроули. Ошеломленный зеленоглазый судорожно огляделся по сторонам и вдруг понял, что находиться в квартире ведьминого сына, а точнее — спит у него за кухонным столом на тарелке прошлого века. — Ну что очухался, Белок похотливый, а я уже было хотел идти за святой водичкой, ибо мне осточертело целый час слушать, как ты пыхтишь и стонешь, — выговорил Кроули, а обалдевший Динмон, обломно осознав, что все то, чего он вытворял со своей зайкой — ему просто тупо приснилось. И за это был готов хорошенько втащить ведьминому сыну за то, что тот его наглым образом разбудил и не дал ему досмотреть неприличный сон с его заей. Кроули же в это время продолжал что-то складывать к себе в какой-то чемодан. — Я говорю, подъём, или как бы сказал Люцифер — Доброе утро, Вьетнам, Белка! Давай шевелись к выходу, тебе еще с этим отморозком разбираться, у которого срок сделки истек! Динмон недовольно хмыкнул и стал неохотно собираться, попутно таращась на заставку своего айфона, на которой была изображена Дарк Чарли в шелковом черном купальнике. «Да, херово конечно, что это было всего лишь сном», — пронеслось в голове у бойфренда Селесты, ибо он жаждал так жарко повеселиться со своей зайкой, но тут вдруг сзади него послышалось: — Ведьму мою мать, да куда же делся этот чертовый шелковый красный галстук?! Я же точно помню, что положил его с костюмами… Ворчал Кроули, и прищурив глаза, вопросительно покосился на Динмона. На что тот, нервно хохотнув, шаловливо развел руки, про себя с удовольствием вспоминая свой сон…