Тоннель

Мы шли за закатом. Солнце садилось очень быстро, и мы боялись не успеть сделать красивые фото на фоне алого неба. Наконец мы подошли к железной дороге, но нам предстояло еще взобраться на бугор. Было очевидно, что сделать этого мы не сможем: слишком крутой подъем. Тогда мы и заметили тот канализационный тоннель. Ничем не примечательный, он находился недалеко от детской площадки и скейтпарка, где было много подростков. Я спустился вниз и заглянул в тоннель, он был достаточно короткий и узкий. Там лежали доски, поэтому можно было спокойно перейти на другую сторону. Что мы и сделали. Выйдя из тоннеля, мы оказались в гаражах, и перед нами предстали четыре дороги. Выбрав одну из них, мы зашли в заброшенное здание. В нем не было ничего, кроме мусора и валявшихся в проходах дверей, как будто их специально выбили одну за другой. Покинув здание, я устремил взгляд на горящее пламенем небо, и пошел за ним. Над нами, крича, пролетели чайки. С одной стороны были частные дома, обнесенные высокими заборами, с другой - одноэтажное здание и поле, а перед нами оказался тупик. Мы подошли к полю, и я заметил маленький деревянный скрытый за ветками деревьев домик, на котором висела табличка с надписью «УБЕЖИЩЕ». – Кажется, это поле заминировано. Послышался тихий голос моего товарища. Он всматривался в бетонные плиты, но я не увидел в них ничего подозрительного. Я достал камеру, чтобы запечатлеть заинтересовавшую меня постройку. – Ты слышишь это? Товарищ остановился рядом со мной. Я мог слышать, как он дышит, но вдруг он затаил дыхание. Капли воды стекали по водосточной трубе и разбивались о бетон. Я решил, что они и стали причиной беспокойства товарища. Мне хотелось лишь сделать парочку фото и по-быстрому уйти отсюда. – Ты не слышишь шаги?…Как будто кто-то гремит ключами. Мы с товарищем переглянулись. Теперь и я не дышал. Он оказался прав: в следующую же секунду к нам вышел мужчина в возрасте. Мне показалось, что выглядел он растерянно, но старался сохранять строгость и некую враждебность. – Что вы здесь делаете? Вас не должно тут быть. Я не хотел паниковать, но что-то подсказывало мне, что зря мы сюда пришли. Товарищ извинился и поспешил назад, а я только опустил голову вниз, будто совершил что-то незаконное, и поплелся следом. Хоть на этой территории и не было никаких ограждений, она вполне могла быть частной. Вдалеке за сухими ветками мы заметили, как открылась дверь машины, но человека так и не удалось разглядеть. Я захотел как можно скорее дойти до тоннеля и вернуться обратно в город. – Не нравится мне все это. Здесь явно есть люди, но они как будто прячутся. Только от кого? – Или от чего… Солнце уже село, и начало темнеть. Мы зашли в тоннель, и я наконец почувствовал себя в безопасности. Даже как-то удивительно. Сколько себя помню, я всегда боялся замкнутых пространств. В тоннеле стены давили, и приходилось наклоняться, чтобы не удариться головой. Под ногами текла вода, а доски сильно проседали под ногами. Однако я ощущал, что спасение близко. Мы прошли больше половины, как вдруг товарищ прошептал мне в спину. – Обернись. Кожа покрылась мурашками. Я не хотел оборачиваться. Я не хотел знать, ЧТО он там увидел. Я сорвался с места, выбежал из тоннеля и остолбенел. Серые облака висели низко, резкие порывы ветра царапали лицо, было слишком тихо. Возвращались мы той же дорогой, но я ее едва ли узнавал. Город будто вымер. – Лучше бы мы остались там. Голос товарища дрогнул, и я понял, что он знает больше меня. То, что он увидел в тоннеле заставило его так думать. Однако я не хотел его слушать. Меня разозлили его слова, и я бы с удовольствием его ударил, чтобы привести в чувства. – Нет, нам нужно найти людей. Расспросим их, что произошло. Вдруг товарищ остановился, и я посмотрел на него. Это был безумный взгляд, полный отчаяния, но скорее он принадлежал зверю, нежели моего давнему другу. Инстинкт самосохранения подсказывал мне, что я должен бежать, но вместо этого я попятился. – Мы должны были остаться там. Проговорил он сквозь зубы и указал в том направлении, где находился тоннель. Мне не хотелось возвращаться. Однако товарищ явно что-то знал. – Но нас больше не впустят. Предателей не прощают. Я впервые видел, как мой товарищ заливался безудержным истеричным смехом. Больше не в силах этого слышать, я зажал уши руками и зажмурился. Меня начало шатать из стороны в сторону, я пытался держаться на ногах, даже схватился за близ стоящее дерево, но все равно рухнул на землю. Смех товарища становился все тише, а перед глазами плыло. Последнее, что я видел, - двое мужчин в черных костюмах и масках. – Город полностью уничтожен.