Акт вандализма и новые знакомства

Выйдя после уроков из школы, я обнаружила что кто-то сломал мой любимый велосипед. Не украл, а именно сломал. Совершил акт вандализма во имя хаоса. Принес его в жертву первозданной тьме. Не удивлюсь, если это кто-то из местного «белого мусора» — уж очень подозрительно они наблюдали за мной издалека, когда я пыталась понять, что здесь вообще случилось. До этого, в Филадельфии, у меня уже спёрли достаточно дорогой велик; я плакала целый вечер и еще больше времени провела в бессильной злобе. Но уже в следующую субботу папа купил на распродаже другой, подержанный, и установил на него дешевый китайский трекер чтобы я могла в любой момент отслеживать его местоположение через свой смартфон. Вы не поверите — через неделю и его угнали! Мы моментально обратились в полицию, и уже через час они были у дома незадачливого воришки. Дальше — больше: при задержании у этих уродов обнаружилось оружие и наркотики; обдолбанный метом старший брат ворюги вообще не понимал что происходит пока копы его вязали. Жаль что мой старый велик так и не нашли, да и новый я получила не сразу: несколько месяцев он полежал на складе улик, а затем вернулся ко мне. Нет, я понимаю кражи ради денег, но просто взять и поломать что-то, не получив для себя никакой выгоды? Что это, жертва темным богам? Реднеки, кучковавшиеся вокруг старого «бьюика» футболиста по имени Стив МакМастерс, продолжали смеяться и поглядывать на меня. Велосипед у меня складной и свободно помещался в багажник нашего семейного минивэна. Кто-то вынул фиксирующий болт и срезал другой, служащий осью. Интересно, как? Случайно не достали из того «бьюика» болторез? Не представляю себе как вообще можно это сделать иначе. И что мне теперь делать? Отец на работе, у мамы нет второй машины. Лучше чтобы мама вообще ничего не знала, только нервничать начнет и бояться что это повторится, будет бесконечно причитать по поводу белых расистов. Может, Энни Уэверли подвезет? Нет, у нее сегодня дополнительные занятия, и за ней приедут позже. Будь самостоятельной, Ханна. Тебе не нужна ничья помощь. С этими мыслями я воткнула в уши «эйрподсы», взяла две половинки велика в руки и угрюмо потащилась в сторону дома. По пути я размышляла, что делать дальше. Может, подобрать самой в магазине мамы подходящие болты и самой все починить? Как же не хочется придавать это дело огласке даже внутри семьи — только больше нервов и никакого конструктива, плюс появится новое топливо для бесконечных разговоров о расизме: мама определенно подумает что это было сделано исключительно из расистских побуждений… Пройдя всего треть пути до дома, я почувствовала что изрядно подустала, что неудивительно — последним уроком у нас была физкультура, основательно высосавшая из меня энергию. На дворе — осень, весь месяц было достаточно прохладно, но я уже начала потеть. Я была настолько сильно поглощена злобой и самосожалением, что даже не услышала шума от подъехавшего сзади гигантского пикапа, за рулем которого была Таня Манн — та самая не особо одаренная умом блондинка и подруга чирлидерш. Наверное, она пыталась меня позвать, но я была так зла что не заметила этого, пока пикап не поравнялся со мной и не издал сигнал, по громкости сравнимый с пожарной тревогой — не удивлюсь, если раньше эту машину и правда использовали пожарники. От испуга я даже выронила обе половинки велика из рук. — Эй, новенькая! Что случилось с твоим великом? — бодрым голосом спросила Манн. «Новенькая». Я живу здесь уже полгода, и они до сих пор меня так называют. Бесит! Я молча подняла велосипед и потащилась дальше, игнорируя её. — Ханна Тран Нгуен! — выкрикнула она вдогонку. От удивления я остановилась и вытащила «эйрподсы» из ушей: она что, правда знает мое полное имя? Не думала что популярные блондинки запоминают имена каких-то «гиков-азиаток», с которыми они изредка пересекаются на уроках. — Вау. Так ты все это время знала как меня зовут? Что я не «эй», не «новенькая» и не «косоглазка» и только сейчас решила раскрыть эту тайну? Таня затормозила, вышла из машины и быстро обошла ее спереди. Она была одета в потертые джинсы «Левис» и темно-фиолетовую, почти чёрную, кожаную куртку, под которой была футболка цвета хаки с надписью «Forever awesome» между распустившихся бутонов пионов. Вынуждена признать — она и правда чертовски привлекательна, если вам, конечно, вообще нравятся белые блонды. Хотя любители и любительницы анорексии, приравнивающие красоту к «сорока килограммам» сочли бы ее пышноватой, я считаю что это более чем глупо. В моменте я даже немного испугалась, подумав что она захочет мне врезать, но вместо этого она лишь дружелюбно ухмыльнулась. — Ты-то мое имя вообще знаешь? — спросила она. Я обратила внимание на ее брови: то ли они были специально выщипаны «галочками», то ли она сейчас скептично удивляется, ожидая чего-то. — Хм, дай-ка подумать… Манн? Та которая «Манникюрщица»? Она радостно усмехнулась. — Верно, правда кличка банальная и давно устарела. — «Новенькая» — совсем другое дело, да? Свежо и креативно, — подметила я. Она покривила лицом, на пару секунд приподняв брови еще выше. Видать, быстро поняла что я права. — Что случилось с твоим велосипедом? — Да откуда же я знаю? Вышла после уроков, а он вот в таком состоянии, — ответила я, подняв обе его половины в разных руках. — Что же за мудак это сделал? — удивленно воскликнула Таня, а затем быстро достала из кармана кожанки «айфон» и, расположив его горизонтально, сфоткала обломки велика в моих руках. — У тебя есть «инста»? — быстро спросила она. — Нет, — соврала я в ответ. Конечно же, у меня есть аккаунт в Инстаграме, но он целиком посвящен моему хобби — настольные игры и крафт, и мне не нужен поток не-целевых подписчиков из числа чирлидерш и футболистов, которые напишут в комментариях что-то наподобие: «гыгык, косоглазка, тебе же восемнадцать, нафига ты до сих пор играешься в солдатиков?». Таня призадумалась. — Давай я подвезу тебя до дома! Грузи свой велик в пикап и поехали! Если честно, то я все еще не отпускала мысль что это какой-то розыгрыш, и она планирует как-то высмеять меня перед подругами, поэтому не спешила соглашаться. — Не стоит, я живу недалеко… — До твоего дома на Мейн-стрит еще полчаса идти, прекращай скромничать! Пока я удивлялась тому что она, оказывается, знает где я живу, Таня неожиданно быстро выхватила у меня из рук переднюю часть велосипеда и аккуратно уложила в багажник, а затем открыла дверь. — Кидай велик назад и поехали! — весело сказала она. Ладно, давайте сделаем это. Я подошла к пикапу и уложила в него другую половину велика, предусмотрительно оглядев открытый багажник повнимательнее: нет, болтореза или ящика с инструментами здесь нет, да и вообще нет ничего кроме моего велосипеда. Я заскочила в салон машины, и в ноздри мне сразу ударил насыщенный запах «Рексоны». Мда, кому-то явно не знакомо чувство меры. — Ты в курсе что не обязательно использовать весь флакон «Рексоны» за раз и можно растянуть его, скажем… на несколько месяцев? — саркастично подметила я, пытаясь захлопнуть дверь старого пикапа. — Правда? А я думала она одноразовая… Что ж ты раньше не сказала? Сэкономила бы столько денег! — рассмеявшись, ответила Манн и добавила, — сильнее хлопай, не бойся, не рассыпется! Будто послушавшись приказа своей госпожи, пикап наконец пошел мне навстречу, и дверь защелкнулась. — Именно этого я и боялась. Ты эту машину у Беллы Свон купила что-ли? — Угораешь? У нее «Шевроле» 57-его года, а это — «Форд» F-150, ему лет тридцать от силы. Манн нажала на газ, и с передней панели на меня упала небольшая коробка, вся в печатях и наклейках Почты США. Я повертела её в руках. — Подержи, пожалуйста, пока едем. Заскочила на почту вместо физры и забрала вот это… заказала кучу всякой фигни для маникюра пока были скидки! Таня радостно помахала пальцами правой руки, демонстрируя длинные ногти, в этот раз накрашенные сравнительно скромно, в телесный свет с белыми кончиками. Кажется, такой маникюр называется французским? Видя что я никак не отреагировала на это, она решила сменить тему. — Напомни, откуда ты переехала? — Из Пенсильвании. — А, Новая Англия… круто! Надеюсь после окончания школы переехать куда-нибудь на восток, например в Нью-Йорк. Она что, и правда такая тупая или просто интересуется как я отреагирую на чушь? — Пенсильвания — не часть Новой Англии. Восточное побережье — да, но не Новая Англия. Секунд десять Таня выглядела так будто ей сейчас объяснили сложную формулу из алгебры, и она пыталась ее понять. — Ясно… А где там жила? В Питтсбурге? — Родилась там, дед с бабушкой до сих пор там живут. Затем переехали в Филадельфию, потом ненадолго в Уэст-Рединг, затем опять в Филли, а теперь вот сюда. И без того приподнятые брови Манн поднялись еще выше, а улыбка стала шире, будто она услышала что-то крайне приятное. — Это же городок где родилась Тэйлор, правильно? Я не сразу поняла, кого она имеет в виду; я что, должна знать всех Тэйлор в Америке? — Ты о ком? Какой еще Тэйлор? Брови и губы Тани вернулись в исходное положение. Нет, при встрече они определенно были приподняты. — Тэйлор Свифт, конечно же. Улыбчивая блондинка является одной из «свифтис» — и почему я ни на секунду не удивлена? Жду «забавных историй о бывших». — Вообще-то известных людей с таким именем или фамилией больше одного человека: Тэйлор Момсен, Тейлор Лотнер, Кори Тейлор, Роджер Тейлор, Джеймс Вернон Тейлор… Я развела руками. — И все они из Уэст-Рединга??? Вау… этот город породил кучу знаменитостей! Она изобразила невероятное удивление и посмотрела на меня с настолько глупым выражением лица, что я не сдержалась и рассмеялась. Выходит, она все же не такая тупая как мне показалось вначале. — На дорогу смотри! — с улыбкой на лице ответила я. Хотя мы уже и выехали на Мейн-стрит, здесь было настолько пусто, что врезаться в другую машину было весьма затруднительно. — А ты сама местная? — спросила я без особого интереса, вспомнив что при знакомстве вроде как полагается задавать ответные вопросы. — Девять лет назад переехали сюда из Атланты. Получается пол-жизни прожила там, другую половину — здесь. Пол-жизни в Джорджии, пол-жизни в Кентукки — идеальный бэкграунд для того чтобы вырасти быдлотелкой, не обременённой излишним мозгом, подумала я. Но… возможно, Таня знает того, кто повредил велик, и я все же решилась на вопрос. — Насчет велика… как думаешь, это мог сделать тот футболист с «бьюиком»? — Стив? Нет, я уверена что он не при чем. Он сейчас активно пытается захмурить твою подругу Тихоню Энни, а подобный поступок ей бы не зашел. А вот за его дружков не ручаюсь… да и какая разница! Мы уже практически подъехали к моему дому, как на Таню словно снизошло озарение. — Слушай, у меня появилась отличная идея: поехали ко мне в гости! — Прости, но я не особо в настроении болтать после сегодняшнего, — быстро ответила я. Да и не только после случившегося: мне вообще не очень-то и хочется ехать в кукольный домик этой «Барби» и вести там натужные дискуссии про новые коллекции одежды, маникюр и её бывших. Но Таня не сдалась: — Кстати, парень моей маман — автомеханик, причем очень хороший: благодаря ему эта машина до сих пор в идеальном состоянии. Наверное, это единственное позитивное качество Рона… вечером они с мамой приедут домой, и я могу попросить его починить твой велик! Интересное предложение. Я правда не хочу расстраивать родителей: мама разнервничается так, что мы с отцом будем вынуждены долго её успокаивать. Да и вроде как Таня не такая уж непутёвая блонда, как мне показалось вначале. Дам-ка я шанс этому знакомству, а дальше уже посмотрим. Не так уж и много у меня друзей здесь… Хотя я не думаю что мы сможем стать друзьями, но и просто знакомая лишней не будет, рассуждала я про себя пока Таня сбавила скорость: мы и правда уже почти подъехали к моему дому. — Ну ладно, давай, — ответила я, не особо предвещая что-то хорошее. — УРАААА! — воскликнула Таня, победно подняв руки вверх, а затем свернула налево и прибавила скорости, — как насчет того чтобы сделать тебе клевые ноготочки? Я как раз купила кое-что на Али… — Нет! — отрезала я. Не хватало мне еще длиннющих ногтей. Как я вообще смогу работать на клавиатуре с ними? — Никакого наращивания, обещаю, — она будто прочитала мои мысли. — Кстати, а где ты вообще живешь? И откуда знаешь где я живу? — Вообще-то была в вашем магазине, закупалась кое-чем для ремонта комнаты… сейчас все сама увидишь. Таня продолжала ехать в восточную часть города. Сравнительно ухоженные дома сменились старыми лачугами времен Второй Мировой Войны, и дальше по направлению был трейлерный парк. Дэд-Энд, или просто Тупик — худший район и без того далеко не самого лучшего города Америки. Место проживания белой рвани и алкашей. — Постой… ты живешь в Дэд-Энде? Зря я на всё это согласилась.