Часть 1

Время четыре часа утра. Лиззи и Крис еле заснули, натерпелись сегодня. Весь дом на ушах стоял. После не большой ссоры, Майкл ушел гулять, и пока что не вернулся. Уильям стоял на балконе и нервно курил уже четвертую сигарету за вечер. Клара тихо и аккуратно зашла к нему на балкон, и Уилл отошел подальше, что бы на неё не попадал дым., —Успокойся милая, он вернет, если в шесть не появится, позвоним в полицию, хорошо? —Мгм, —Та протерла глаза, и вернулась в дом. Выкинув сигарету в пепельницу, Уильям вместе с женой спустился вниз, в гостиную. Уильям на секунду замер. Он чувствовал себя виноватым, что не смог предотвратить ссору Майкла. Молодость, гормоны, упрямство – все смешалось в гремучий коктейль. Уильям опустился в кресло напротив и невидящим взглядом уставился в камин. Огонь давно погас, оставив лишь груду углей. Тишина в доме была давящей, нарушаемой лишь тихим тиканьем часов в коридоре. Внезапно раздался скрип открывающейся двери. Все трое подскочили, устремив взгляды на вход. На пороге стоял Майкл, бледный и осунувшийся. Он снял грязные кеды, и быстро направился в свою комнату. Клара встала и пошла за ним. Уильям было хотел взять руку жену в свою, и хотел её остановить, но та пошла дальше. —Милая.., —Шепотом сказал Уилл, и быстро встав побежал за ней, и они вместе вошли в комнату. —Ну и что это, молодой человек!?., —Сказала она, и недовольно посмотрела на сына. Тот молча уставился в стену, со злым лицом. —Не кричи., —Произнес Афтон старший. —Как не кричать Уильям? Как?. Он ушел, не сказав куда, и вернулся в четыре часа утра! — Клара, прошу, дай мне поговорить с ним, — тихо попросил Уильям, стараясь сгладить острые углы. Он чувствовал, что сейчас любое резкое слово может лишь усугубить ситуацию. Клара, хоть и с видимым недовольством, вышла из комнаты, оставив отца и сына наедине. Афтон взял стул, и повернув его на против сына, сел на него, свесив руки на спинку стула стараясь установить зрительный контакт с Майклом. В комнате царила тяжелая атмосфера. — Объяснишься? —А чего мне объясняться то? —Свое опоздание, например., —Недовольно сказал он., —Время, четыре часа утра, в у тебя время до двенадцати, или максимум до часа. Опоздал ты, на четыре часа, к тому же не сказав куда. Майкл продолжал буравит взглядом стену, словно там была написана разгадка всех его проблем. Уильям вздохнул, понимая, что легкой беседы не получится. —Майкл, я твой отец, и я беспокоюсь о тебе. Я не требую отчетов, но я хочу знать, что с тобой все в порядке. Просто скажи мне, где ты был. В голосе Уильяма звучала усталость, но и твердость. Он хотел достучаться до сына, понять его, но Майкл словно воздвиг вокруг себя неприступную стену. —Тебе все равно не понравится, — пробурчал Майкл, наконец оторвав взгляд от стены. —Попробуй, удиви меня, — ответил Уильям, стараясь сохранить спокойствие. Он понимал, что сейчас главное – не давить, а дать сыну возможность выговориться. Майкл колебался, словно собираясь с духом, и наконец произнес: —Я был… с друзьями. Просто гуляли. Уильям нахмурился. Это звучало натянуто и неправдоподобно. Он знал, что Майкл лжет, но решил не давить. Сейчас главное было установить хоть какой-то контакт. Понимая это, Майк вздохнул и произнес шёпотом., —На речке был, я хотел побыть один. —Уже лучше. Помолчав минуту, Уильям неожиданно произнёс.,—Знаешь что бы сделал мой отец, если бы я опоздал на четыре часа? Майкл вопросительно посмотрел на отца, ожидая продолжения. Уильям усмехнулся краешком губ, вспоминая свое собственное детство. —Он бы наказал как минимум бы на месяц, а потом еще и выпорол бы ремнем. Уильям замолчал, давая сыну время обдумать его слова. Он не собирался применять к Майклу отцовские методы своего отца, но хотел донести до него важную мысль: поступки имеют последствия. —Отец был настоящим уродом, и ублюдком. Ужаснейшим человеком. Я бы мог тебя наказать, но я ведь оличен от него., —Он повернул голову в право., —Как думаешь почему? Пару минут молчание, и старший вздохнул., —Майк, я же вопрос задал. Майкл пожал плечами, избегая взгляда отца. —Не знаю. Может, ты просто добрее. Уильям покачал головой. —Не только в этом дело. Я видел, как жестокость разрушает людей, как она калечит души. Я не хочу, чтобы это случилось с тобой. Я хочу, чтобы ты вырос хорошим человеком, Майкл. Чтобы ты умел сочувствовать, помогать другим. Он встал и подошел к окну, глядя на темнеющее небо. —Я не собираюсь тебя наказывать, Майкл. Но я хочу, чтобы ты понимал: твои поступки важны. Они формируют тебя, определяют твою судьбу. И если ты будешь врать мне, скрывать что-то, ты в первую очередь обманываешь самого себя. Уильям обернулся к сыну. —Я всегда буду рядом, Майкл. Чтобы поддержать тебя, помочь. Но я не могу прожить твою жизнь за тебя. Выбор всегда остается за тобой. Майкл молчал, переваривая слова отца. Он чувствовал себя маленьким и виноватым, хотя Уильям и не повышал голоса, не кричал, как это делал иногда. В этой тихой, спокойной беседе было больше укора, чем в самой громкой ругани. —Я понимаю, — пробормотал Майкл, опуская голову. Ему хотелось, чтобы этот разговор поскорее закончился. Он не привык к такому вниманию к своей персоне, к такому серьезному разговору о морали и ответственности. Ему было проще убежать, спрятаться за играми и бездельем. Уильям подошел и положил руку на плечо сына. —Я знаю, это трудно. Но это важно, Майкл. Очень важно. Помни об этом., —Они помолчали, и вдруг Уильям наклонился к нему, и поцеловал в макушку, и потрепав ему волосы, пожелал доброй ночи и ушел. Майкл остался один в комнате, чувствуя тяжесть отцовских слов. Он поднялся и подошел к окну, вглядываясь в темноту. В голове крутились обрывки фраз, смешиваясь с неясными образами. "Жестокость разрушает", "твои поступки важны", "выбор за тобой". Что он выбрал? Каким он будет человеком? Он не знал. Ему было страшно от этой неопределенности, от груза ответственности, который возложил на него отец. Он привык жить сегодняшним днем, не задумываясь о последствиях. Но теперь все изменилось. Отец открыл ему глаза на другую реальность, где каждый поступок имеет значение, где нужно выбирать между добром и злом. Майкл вздохнул и вернулся к кровати. Он лег, но сон не приходил. В голове продолжали роиться мысли, смешиваясь с обрывками дневных впечатлений. Он пытался разобраться в себе, понять, чего он хочет от жизни, каким человеком хочет стать. Постепенно тревога отступила, уступая место смутной надежде. Может быть, он действительно сможет стать лучше. Может быть, он сможет избежать участи отца, стать хорошим человеком, достойным уважения и любви. Эта мысль согревала его душу, дарила ему силы. Засыпая, Майкл тихо прошептал: "Я постараюсь, папа. Я постараюсь". И в этот момент он почувствовал, что между ним и отцом возникла невидимая связь, основанная на доверии и любви. Связь, которая поможет ему пройти через все трудности и стать тем, кем он должен быть.