Разбились.

Пик сидел за монитором уже второй час. Ему конечно говорили, что если он продолжит прожигать свою жизнь во всяких играх, то к хорошему это не приведёт, но через наушники мало что услышишь. За игрой было весело, чувствовался азарт. Либо же он злился так, что соседи начинали думать, будто несущая стена сейчас сломается от оров. К несчастью, сейчас Пик не чувствует азарта или веселья. Сейчас он чувствует только злость в перемешку с грустью и разочарованием. Вообще он стал часто ощущать именно эти эмоции. Явно пора что-то менять в своей жизни. Вот бы об этом сказали со стороны, а то сам он мало на что жалуется. Деньги, еда и вода есть. Разве для нормальной жизни ещё что-то надо? Пик думает, что нет. Ему 27 лет и ему не о чем особо волноваться. Разве что о его знакомом. Иногда его посещали мысли, что они связаны куда сильнее, но он не хотел вешать ярлыки. Отношения с людьми - это сложно. Кстати о знакомом. Перед глазами то и дело всплывало его сообщение, которое было успешно проигнорировано. Феликс совсем не понимал то, что до него хочет донести Пик. Наркотики - это плохо. Даже если редко. Даже если немного. В любом случае это плохо. И вот они опять пришли к тому, от чего Пик хотел убежать со всех ног, желательно как можно дальше. Он понимал, что не от хорошей жизни Феликс употреблять начал, далеко не от хорошей. Но никогда его этим не оправдывал. Этот наркоман мог и не начинать заниматься тем, чем занимается. Сам виноват. Каждый раз говорит, что бросит, а потом приползает к его порогу и умоляет помочь. Эти его ломки. Ужасное зрелище по мнению Пика. А он видел много дерьмовых вещей за свою жизнь. Новое сообщение отвлекло от раздумий. Пик зашёл в чат и вместо слов увидел набор букв. Феликс и тогда, когда не наркоманит этим грешит, так что это скорее обыденность, чем из ряда вон. Выше висело сообщение, в котором Феликс просил приехать. Пик лишь со злостью закрыл чат и уставился в монитор. - Наркоша. Чёрта с два я снова потащусь ему помогать. *** Вот он стоит в чужой квартире и думает о том, что если он продолжит и дальше бросать слова на ветер, то его станут называть воздуханом, и права агрессивно реагировать у него не будет. Сам ведь виноват. Нечего было даже самому себе врать. Феликс конечно тоже врёт, но он наркоша, в каком-то смысле ему это простительно. К сожалению. Так бы он съездил по этой лживой морде пару раз и даже не шелохнулся бы. Давно уже кулаки чешутся. А пока-что ему остаётся только искать на всех поверхностях квартиры знакомого. И дай Бог найти его. Если он конечно не скинулся наконец с балкона во время прихода. Хотя это будет даже грустно. Но и чёрт с ним. Квартира на удивление была даже чистой. Впрочем Феликс был до мозго костей чистюлей, но это только тогда, когда не принимал. В последний раз квартира была вся в грязи, пыли и очень странном мусоре, к которому даже в перчатках прикасаться не хотелось. Пока Пик рассматривал содержимое квартиры, где-то со стороны балконной двери раздался болезненный стон. Нашёлся живчик. В этот же момент Пик направился прямо в сторону источника звука. В этот раз хоть не приходилось переступать через разного рода вещи. В голове крутилась только мысль о том, что ему начинает надоедать и "Лишь бы этот придурок ничего не сделал с собой". -Ну что, живой хоть? А мама говорила, что не знакомые вещи нюхать вредно. -это были первые слова сказанные Пиком, когда он нашёл причину всех бед, не только в своей жизни, но и в его жизни тоже - Очухался уже, горе луковое? Феликс лежал на полу, в этот раз не в своей блевотне, что хорошо, ведь прошлых разов ему хватило с головой. Пару раз тот мог просто захлебнуться в этой жиже, но хорошо, что у него был такой прекрасный знакомый, и всё обошлось. -Водички не принесёшь? - Феликс поднял глаза на прибывшего знакомого, при этом растянув губы в тонкою полоску - А, и ещё эти, ну как их, ну бля, ну ты понял да? Боже мой, как же хреново. -Не советую тебе Господа упоминать, ты то ладно, я за себя боюсь. Беду ещё на меня накличешь. Водички принесу, куда я денусь. Таблетки тоже... Если найду. -А, и ещё, тазик тоже притащи, на всякий. Будь другом. - речь была заторможенная и невнятная, но разговаривающего это вроде как не смутило. -Принесу, но учти. Блевотину свою сам убирать будешь, мне хватило. -Я в тебе не сомневался. - Феликс попытался выдавить подобие улыбки, но получилась лишь мерзкая гримаса, аж смотреть противно. -Боже, ну и голос у тебя. Будто мелом по доске. Откисай давай, я за водицей. - после этих слов Пик развернулся и, не обращая внимания на копашения сзади, пошёл в сторону кухни. *** Прошло несколько часов с момента, как он пришёл в квартиру. Пик отправил Феликса отсыпаться, а сам сидел на кухне и листал ленту соцсетей. Ужасно хотелось есть, но еды в квартире не было совсем. Разве что молоко, срок годности которого истёк пару месяцев назад. Возникало два вопроса. Во-первых, чем вообще питался Феликс? А во-вторых, не радиактивно ли молоко.? Все вопросы, возникшие в голове, моментально ушли на задний план, когда послышались копошения со стороны дверного проёма. Пик оглянулся назад. Конечно же там стоял Феликс, с чего бы там мог быть кто-то ещё. А жаль, он бы с радостью предпочёл кого-то, кто был бы не наркоманом. -Очухался? - Пик оглядел пришедшего с ног до головы. Выглядел тот херово, но уже лучше, чем прежде, это немного радовало - Я уже подумал, что ты умер во сне. -Да иди ты. - Феликс лишь махнул рукой, при этом улыбаясь, и прошёл к столу, стоящему на кухне. Хорошо, что там стояло два стула, иначе пришлось бы сидеть на полу - Шутник нашёлся. Вот я про тебя никогда так не пошучу. -Я вроде не наркоман со стажем, чтобы ты про меня так шутил. - несмотря на плачевную ситуацию, улыбка сама поползла на лицо. Если Феликс не употреблял, то для Пика он считался самым лучшим человеком в жизни, жаль, что попорченный - Есть хочешь? Я лично да. Я заказал доставку пару минут назад, минут через двадцать привезут. О тебе я тоже позаботился. - Феликс открыл было рот, чтобы что-то сказать, но его перебили -Нет, деньги можешь не возвращать. Считай, что это благое дело. Плюсик к карме так сказать. -Да ты у нас благодетель. А когда ты играешь в свой компютер, ты такой же добрый и бескорыстный? -Конечно, разве это не заметно? - в голосе слышался явный сарказм, который даже не пытались скрывать. -Мои барабанные перепонки так не считают. - улыбка стала чуть шире и в глазах появился намёк на искру -Спасибо. - собеседник хотел уже посмеяться и высказать своё мнение на этот счёт, но его моментально остановили - А, а, а! Я знаю, что ты скажешь, и мне это не нравится. Так что давай опустим твои очень важные мысли и забудем их. -Ну раз уж ты так говоришь, то ладно. Я ж не изверг какой. - Пик хитро прищурился и тихо посмеялся. -Может на балкончик сходим? -Курить что ли собрался? У меня уже весь дом провонял твоим куревом. - Феликс недовольно посмотрел на своего собеседника и всем своим видом пытался показать, что ему это не нравится. -А ты уверен, что это не от тебя воняет? - Пошёл ты, мудак. Я знаю как пахнут мои сигареты и как пахну я. Ты ту не вписываешься со своими пререканиями. -Допустим я поверил. А на балкон-то сходим? -Хрен с тобой, пошли. Только я в комнату за своими схожу. Феликс уже было направился в комнату, но его остановили: - Да погоди ты, я тебе свою дам, только время лишнее тратим. - Как скажешь, мудила. -А это щас к чему было? -Мне нравится тебя бесить. - Феликс с улыбкой и хитрым прищуром смотрел на Пика, а тот лишь тяжело вздохнул и направился в сторону балкона. *** - Всё таки надо было за своими идти. - А чем тебе мои не нравятся? - Пик вопросительно поднял бровь и посмотрел на собеседника, но тот так и продолжал смотреть в сторону горизонта. - Они ужасные. - Феликс после этих слов показательно поморщился и плюнул в пепельницу. - Фу. Свинья. На этом бессмысленный разговор закончился, и каждый уставился в небо. Закат был красивым. Небо озарили огненные оттенки, а солнце слепило глаза. Так слепило, что они начинали болеть. После такой подставы закат кащать красивым перестал. Но разве что только Пику. Феликс смотрел прям на солнце, как ни в чём не бывало. Словно в солнечных очках. Придурок. Ну хоть тишина. Которую Пик сам же и прервал. - Феликс, ты же понимаешь, что надо бросать? - голос был серьёзный и не требовал возражений - Ты такими темпами не доживёшь даже до тридцати. - Сегодня был последний раз, я обещаю. В этот раз я точно брошу. - Феликс старался звучать убедительно, при этом выдыхая сигаретный дым. - Слушай, сказать честно, у меня нет доверия к твоим словам. Который раз ты мне это уже говоришь? - Понимаешь, только у Бога всё получается с первого раза. В этот раз я попытаюсь лучше. Я брошу, обещаю тебе. Я выкарабкаюсь. - Давай я тебе хотя бы помогу. Я знаю хорошие рехабы. У меня есть парочка знакомых психиатров, которые на зависимостях специализируется. - Пик не выдавал никаких эмоций в голосе, но смотрел с надеждой, в глазах читалось искреннее желание помочь, но собеседник всё равно не видел, он смотрел на солнце. - Неа, всё пучком. Я смогу сам. Если уж не ради себя, то ради тебя. Поверь мне, я смогу. - наконец Феликс повернул голову в сторону Пика и ободряюще улыбнулся - Всё у меня будет хорошо. Я тебя не побеспокою. Только обещай, что не перестанешь общаться со мной. - Я... - почему-то в этот раз хотелось верить в его слова, словно в этот раз всё правда получится - Хорошо. И да, я не перестану с тобой общаться. Приелся ты уже что-то. - Придурок. - оскорбление было сказано без злобы, лишь лёгкая улыбка и нежный взгляд - И я тебя люблю. - Пошёл ты. Пошли уже, скоро доставка приедет. Балкон опустел. Пик забыл забрать пачку сигарет, но не оставил надежду на то, что всё теперь станет лучше. *** Ему было так хорошо, всё искрилось и сияло. Он будто был в невесомости. Пик конечно говорил, что так нельзя, но каждый раз возвращался. Надо сказать ему, что так делать неправильно, но позже. Пока всё было хорошо, а значит и говорить ничего не надо. Кажется кто-то сел рядом. Он потянулся к силуэту, но силуэт лишь отмахнулся. Устал. - Феликс, заебал. Умереть хочешь? Это последний раз, когда я помогаю тебе. Завязывай. Кроме меня тебе никто не поможет. Ты всё проебал братан. Феликс не задумывался над этим. Он считал, что Пик всё равно придёт. Всегда приходил. А Пик сидел, смотрел на едва живое тело и ему было мерзко. Он понимал, что больше не придёт. Надежды закончились и разбились о крупицы порошка.