Часть 14

Поутру следующего дня кортеж нового босса мафии Пьера, подъехал к загородной резиденции мэра Омикрона. Здесь раньше тусовались мажоры. Журчали фонтаны, сверкали бассейны, наполненный кристально чистой родниковой водой, а у ворот гулял одинокий павлин. На пальмах гнездились ярко-жёлтые птицы с огромными банановидными клювами. Пьер первый вышел из машины и кивнул своему консильери. - Я ненадолго, - сказал он, окидывая взглядом снайперов на крыше резиденции. Его не обыскали, а сразу пропустили. Тихо журчал искусственный ручей, который тёк из глиняной бочки. Над ним стоял сундук сокровищ, как будто из пиратской сказки. Над воротами висели огромные оленьи рога, украшенные позолотой. - Проходи, - кивнул один из бойцов Омикрона. - Тебя ожидают. Пьеру не слишком нравилось то, как с ним общаются обычные солдаты. Ему вообще не нравилась новая власть. Но приходилось с ней мириться. В конце концов поднялся он лишь благодаря таким как Маршал и Полковник. Пьер вошёл в зал, где было множество пустых столов. И к нему тут же подскочил скучающего вида официант. - Чего изволите? - У меня встреча, - ответил Пьер и сняв очки от солнца вошёл в следующий зал. Где по пути он головой задел свисающую с потолка лиану воскового плюща. Здесь суетилась официантка. Увидев Пьера, она растаяла в улыбке и указала на закрытую дубовую дверцу. - Вас ожидают вот там. - Уже последние мухи знают, что я сюда приехал, - процедил Пьер, поражаясь отсутствию нормальной конспирации у новых хозяев Омикрона. Босс мафии вошёл в небольшую комнатушку, где за огромным столом сидела здоровенная детина. Полковник был под метр девяносто, косая сажень в плечах, со здоровенными ручищами, квадратной челюстью и штыковой осанкой. Он усиленно пережёвывал что-то похожее на куриную косточку. Но увидев Пьера, вскинул брови и по-быстрому вытерев едва не об скатерть свои жирные руки, радостно протянул ладошку. - Рад нашей встрече, присаживайся, утка по-пекински с имбирным соусом, груздь в мариновке, пчелиные соты, сладкий перец под кляром… - он так рассказывал о блюдах, стоящих на столе, что даже у полностью сытого Пьера потекли слюнки. - Я бы хотел перейти сразу к делу, - сухо проговорил мафиози. А Полковник отломал огромную утиную ножку, макнул её в кисло-сладкий соус и закинул в свой огромный рот. И пока он пережёвывал, наслаждаясь вкусом, то не мог ответить. - Надо сюда почаще захаживать, - проговорил Полковник дожевав. Он взял пару салфеток и стал активно вытирать ладони. Потом достал стаканы и разлил по ним саке из глиняной бутылки. Себе и Пьеру. - Будем, - сказал Полковник и они чокнулись. Он сам не пил, а только пригубил. – Свежайшее саке местной перегонки, - объяснил он мафиози. Бандит бахнул рюмочку под хорошую закусь. И голове его загудело, а на устах сверкнула довольная улыбка. Теперь он был не против чего-нибудь поесть. Но Рома как назло наелся и теперь был в настроении рассказывать. - Ты с Маршалом в каких отношениях? - Нахмурив брови, спросил он. - Товарищеских, дружеских… - не знал, что врать Пьер. - Да не пизди, хэ-хэ. Тоже мне нашёл друга. Он расхуярил весь квартал, поубивал твоих людей. И мне он, честно говоря, как кость под жопой, - Полковник хлопнул по столу ладошкой. - Ну-у-у-у, не знаю, - ответил Пьер, не понимая, как реагировать на откровения одного из военных лидеров Омикрона. - Да говори, как есть… - Ну есть немного. - Что есть? Конкретнее скажи. Ты как, хотел бы от него избавиться? Скажи мне по душам, хотел бы расквитаться с Маршалом!? - Ну да! - Ну блядь, чего мне за язык тебя тянуть приходится? - Он вновь долил саке бандиту и поднял рюмки. - Выпьем. Они опять чокнулись и Рома опять не пил. Зато закусывал он за двоих, грибочками и маринованным чесночком. - Мне вот что от тебя надо, - он говорил с набитом ртом. - Сам понимаешь, я этого сделать не могу по разным причинам. В конце концов Маршал мой друг. Но он достал и не только тебя. Вот я и решил обратиться к мафии. Ты же не подведёшь? - О чём собственно речь? - Да всё о том же, мне этот Маршал хуже, чем тебе, творит бесчинства, сеет беспредел. Ты помнишь, Омикрон был до него нормальным городом. Ну да, постреливали маленько, убивали было дело, не без того. Но не было вот этого смертоубийства. - Я чёт не понимаю куда ты клонишь, - замялся Пьер. - Короче, этот Маршал метит на моё место. Мы с ним друзья, но он маньяк и псих. Я думаю, что Омикрону лучше без него. - Он Омикронский мясник. - Да, да, мясник, ты всё отлично понимаешь… нам надо сделать, чтобы он исчез. Я гарантирую тебе неприкосновенность. Только сделать это надо определённым образом. Сам понимаешь если что-то выплывет, нам с тобой не жить. Мне не жить, а если я пойду на дно, то и тебя с собой… ты понимаешь… - Я всё отлично понимаю. - За Маршалом стоят простые вояки, для них он вроде как герой. И надо сделать так, чтобы в его смерти обвинили не тебя. Ну разве только ты планируешь бежать из Омикрона. - Нет, не планирую пока, - отнекивался Пьер. - Вот и отлично. Его надо подловить и передать в лапы рейдеров Хаттаба. А те уж разберутся что с ним делать. Хэ-хэ. Они с радостью всё на себя возьмут. Награду за него поделим мы с тобой по-братски 60 на 40. - А почему мне 40? – Законно возмутился Пьер. - Тебе вообще-то 60, за риск. Я скажу тебе где Маршал, а ты отвезёшь его к Хаттабу. Ну что, по рукам. Пьер взял бутылку со стола, налил себе и выпил, а после стал хлебать саке прям из горла. - По рукам, - опустошив бутылку выдал он. Полковник наклонился так, чтоб их никто не слышал.             - Маршал на лечении в больничке, он там совсем один, проходит терапию, а значит без сознания, эт сто процентов. Я сниму охрану, а ты его заберёшь. Всё что надо, это подъехать к назначенному часу, скажем к полуночи, и вытащить бесчувственное тело из палаты. Справитесь? - Пьер кивнул. - А дальше вези его в пустыню, к Хаттабу на стрелу, мне похуй. Лишь бы он исчез. Они в очередной раз чокнулись и выпили. В назначенное Полковником время несколько машин подъехали к воротам больницы. Пьер волновался, но делал вид, что всё в порядке. Они подошли к чёрному ходу, который оказался вдруг открыт. «Полковник не обманул», подумал Пьер и первым вошёл в тусклый коридор. Здесь на первом этаже было несколько палат, пахло медикаментами, кругом стояли капельницы и пикали медицинские приборы. Пьер посмотрел на запись в своём смартфоне и подошёл к необходимой двери. - Ломай, - он приказал громиле, и тот изо всех сил толкнул плечом тонкую дверцу. Та вылетела словно щепка, перепугав и разбудив всех пациентов. - Что происходит? – Испуганно спросил один из них. - Всё в порядке, - ответил Пьер, - я доктор. И кто-то же ему поверил. В палате было четверо, лежачих трое, четвёртый же сидел на стуле при параде. Его глаза были закрыты, а сам же он слегка покачивался как от ветра. А руках держа солдатский вещмешок с торчащей из него лопаткой. - Кто Маршал?! - Злобно прохрипел Пьер. Один из инвалидов испуганно ткнул в сторону Райана костылём. Но Пьер и без того его узнал. Ему не верилось, что будет так легко. Он подошёл поближе и помахал рукой перед глазами Маршала. Те были не до конца прикрыты, хотя на свет никак не реагировали. - Эй! – Он пощёлкал пальцами перед лицом Маршала. Тот что-то бормотал беззвучно, словно наркоман, но глаз не открывал. - Походу он под кайфом, хэ-хэ, - проговорил громила. «Полковник вновь не обманул», подумал Пьер и дал команду. - Забирай его. Двое здоровяков подхватили бесчувственное тело Маршала на руки, а Пьер забрал его вещмешок. - Эй! - Кричал им вслед больной на костылях. Он жал на кнопку вызова сестры, но мафиози успели покинуть палату прежде, чем та прибежала на помощь. Она была такой тщедушной, что даже будь она на месте, ничего бы не смогла противопоставить костоломам Пьера. Маршала вытащили через чёрный ход и забросили на заднее сиденье пустынного вездехода. Сам Пьер сел за руль, а громила с автоматом должен был охранять Маршала, на случай если тот очнётся. Но он не просыпался. Он сидел с закрытыми глазами и даже улыбался сам себе во сне. Пьер вжарил по газам и вылетел на ночную автостраду. «Неужели Полковник не обманул, интересно, какие у них там возникли тёрки с Маршалом», подумал Пьер, когда они покинули город и окунулись в ночную пустыню под светом лун Альсары. - Эй, босс, - сказал громила, толкая Пьера в плечо. - Чё там? – Не отвлекаясь от дороги несся по барханам Пьер. - Он просыпается, по ходу. Пьер посмотрел на Маршала. Тот приподнял левое веко, и удивлённо оглядывался по сторонам. - Мы где, ик, - вяло спросил он. - В пустыне, - ответил громила, тыча в него автоматом. - Нормально, ик, - ответил Маршал и тут же захрапел. - Эй босс, - вновь говорил с Пьером здоровяк. - Походу он дебил. - Ты рано радуешься… как бы чего не вышло, - пробормотал Пьер себе под нос. Они ехали целую вечность навстречу южной звезде, когда, наконец, первые лучи рассвета окрасили небо в серый цвет. Пьер притормозил у небольшого холма и посмотрел на карту. - Вроде здесь, - сказал он и кивнул громиле. – Вытаскивай. Пока он выбирался из машины его люди буквально за шиворот вытащили Маршала на песок. А тот по-прежнему храпел. Один из бандюков похлопал его по щекам, но в сознание привести не смог. Другой бросил рядом с ним его походную сумку из которой торчал черенок сапёрной лопатки. - Обыскать, - прошипел Пьер. Они его вновь обшманали, но так ничего и не нашли. А в этот момент на радиостанции заиграла знакомая мелодия и сердце сжалось. «Хаттаб, - подумал Пьер. – Пи-пи-пиздец». Рёв моторов доносился издалека, через несколько минут из-за холма вылетело сразу несколько рейдерских багги, утыканных пулемётами как дикобразы. На них сидели накачанные бойцы Хаттаба. За ними подъехал вездеход, укрытый бронепластинами, как черепаха. «Это он», подумал Пьер и сделал пять шагов вперёд. Открылась боковая дверца вездехода и оттуда вылез бородатый барон рейдеров. Его чёрные глаза сверкали от ненависти. - Где он? - Злобно прошипел Хаттаб. Пьер обернулся, указывая на валяющуюся на песке тушку Маршала. Хаттаб презрительно сплюнул на песок. - За мёртвого больше 300.000 не дам. - Так он живой, но под кайфом. Приведите его в сознание! - Приказал Пьер. Один из бандитов поднял Маршала за грудки, а второй изо всех сил вмазал его кулаком в ухо. И Райан рухнул на песок, так и не проснувшись. - Вижу, что живой, - улыбнулся Хаттаб и положил руку на плечо Пьеру. – Забирайте! – Приказала он своим парням. Десяток вооружённых рейдеров окружили несколько боевых джипов мафии. Они ни о чём не спрашивали просто забрали Маршала и весь его хлам с собой. Пьер опомнился лишь когда тушку Райана уже затащили в бронированный транспорт барона Хаттаба. - А как же мои деньги? - Внезапно он осознал, что его сейчас кинут. Пожилой рейдер вновь исподлобья глянул на босса мафии. - Я не люблю, когда меня кидают, - тихо прошипел Хаттаб. – Хочешь получить деньги – поедешь с нами. Несколько вооружённых рейдеров окружили Пьера, оттеснив его людей в сторону, и сопроводили до вездехода Хаттаба. Они любое слово барона воспринимали как приказ. Пьер взвесил за и против и решил не сопротивляться. - Всё в порядке, - сказал он своим людям. – Возвращайтесь в Омикрон. Если не вернусь до заката – вы знаете где меня искать. - Да не волнуйся ты так, Хаттаб своё слово держит, это знают все, - злобно ухмылялся старик. - Если ты меня не наебал, получишь свой миллион и даже сверху на непредвиденные расходы. Они забрались в вездеход и, развернувшись всей толпой, направились в сторону восходящего солнца. А несколько растерянных мафиози просто развернулись и поехали домой. - Босс сказал, что всё будет в порядке, Хаттаб гарантирует безопасность, - сам себя убеждал громила. Но почему-то был уверен, что видел Пьера в последний раз. Райан сидел на заднем сидении бронетранспорта Хаттаба, он ничего не чувствовал, кроме давления в затылке. Его там пару раз прикладом приложили, несколько раз в дыхалку и в лицо. Ещё, похоже, у него был сломан палец. Но боли он не чувствовал. А зубы предательски ныли, после вынужденного визита к стоматологу. Пришлось сделать сразу несколько имплантаций, чтобы рейдеры не сразу догадались где спрятан передатчик. «Я ничего не чувствую, как будто умер». Думал он. Ему нравилось наблюдать за тем, как его бьют. Ничего не болело, боль ощущалась как лёгкое неудобство. «Охуенный аттракцион напоследок… смерть под пытками, это как прыжок без парашюта, чувство свободного полёта заменяется ультранасилием». Райан знал, что скоро навсегда уснёт, и он давно был к этому. Но в этот миг он вспомнил о Жазире. И сердце его сжалось вновь. «Какого хрена… ну какого хрена», думал он. Он представлял, как они вместе растят сыночка или дочку, и счастливо гуляют втроём по пляжу. Как он бросает камни в воду и случайно подбивает чайку. «Этого не будет никогда… не в этой жизни… может в следующей… в одной из бесконечности вселенных, где мы наконец-то будем вместе, но не здесь». Райан хотел открыть глаза, но их закрывала плотная ткань мешковины. А рядом о чём-то бубнили рейдеры, но он их не слушал, а думал о своём. В какой-то момент он почувствовал, что вездеход остановился. «Последнее пристанище», подумал он, надеясь, что Омикрон запустит поскорей ракеты. «Мы все умрём. Вот только я войду в историю, а эти просто сдохнут». Райан представил себе заголовки завтрашних новостей. «Маршал погиб, прихватив с собой Хаттаба». «Герой пожертвовал собой». «Быть может мне повесят памятную доску. И через сотню лет школьники к ней будут приносить цветы в день нашей победы. Но много ли я для неё сделал? Неважно, главная, что жизнь моя была не напрасна. Пусть даже завтра обо мне забудут». Один из рейдеров стянул с его головы мешок и Райана в лицо ударил яркий свет. - Вот полюбуйтесь на красавца, - он грубо схватил Маршала за горло и посмотрел ему в лицо. Но Райан всё ещё не мог открыть глаза. Один скрывала гематома, другой же заливала кровь. - Приведите его в чувства, - послышался грубый голос рейдерского барона. Райан долго вслушивался, пытаясь понять кто говорит. Его мысли путались, перед глазами всё плыло, а тело получило колющий удар электрошоком. Он почувствовал боль и даже сквозь гримасу улыбнулся. - Хэ-хэ-хэ, кх-кх, - отхаркивал он кровью, когда внезапно получил острый как скальпель удар в сплетение. Райан попытался осмотреться. Вокруг он видел лишь сарай, через бревенчатые стены которого проглядывался белый песок и яркое дневное солнце. «Я в пустыне», подумал он и улыбнулся. А здоровенный рейдер не останавливаясь, меся его своими кулаками в грудину и в живот. Райан чувствовал, как ломаются рёбра. Кровь заливала альвеолы и брызгала из носа и изо рта. Он продолжал улыбаться, даже получая скользящие удары чьих-то кулаков в висок. Он почувствовал, как железный кастет опустился на череп. - Он что, под кайфом? - Предположил стариковский голос, который Маршал приписывал Хаттабу. - Естественно, - ответил знакомый голос Пьера. Мафиози подошёл к Маршалу и посмотрел в его едва открытые глаза. Райану пришлось напрячься, чтобы узнать лицо нового босса мафии. - Мы забрали его из больнички, его там только накачали, - проговорил Пьер и хлёстким ударом сломал Райану челюсть. - Это тебе за моих друзей, Омикронская сука, - прохрипел Пьер. - Не убейте его раньше времени, - послушался грубый голос и Маршал, наконец, встретился с Хаттабом взглядом. Невысокий коренастый мужчина с густой чёрной бородой и проседью, с таким ненавистным взглядом, что ему только злодеев в детских мультиках играть. Он смотрел на него с нескрываемой злобой, как будто был готов загрызть собственными зубами. - Вот мы и встретились, - проговорил Хаттаб. – Помнишь, я обещал, что я тебя убью. Что ты будешь ползать у меня в ногах и умолять о смерти. Как видишь, я всегда выполняю свои обещания. - Хаттаб влепил ему хлёсткую пощёчину. Но заметив, что Маршал не чувствует боли, приложился посильнее. Он несколько раз ударил его в лицо. После последнего удара Маршал почувствовал, что ему выбили зуб и улыбнулся. - Хэ-хэ, тьфу, хэ-хэ-хэ, - засмеялся Маршал, глядя ему в глаза, и сплюнул зуб. - Это не тот зуб. Хаттаб схватил его за горло и злобно прорычал. - Что ты сказал, уёбок!? Но Райан не боялся ни Хаттаба, ни его людей, он даже самой смерти не боялся. Его уже и так превратили в боксёрскую грушу. «Хуже уже не будет», подумал он и посмотрел в глаза своему врагу. - Я говорю, не тот зуб, передатчик в другом, - и в этот миг Маршал увидел страх в глазах Хаттаба. В сарай забежал какой-то рейдер и прокричал: - Они запустили ракеты! Нас вычислили и запустили по нам ракеты… Сваливаем! Хаттаб осуждающе зыркнул на Пьера, но тот испуганно отступил, подняв перед собой ладони. - Клянусь, я ничего не знал, мой информатор сообщил мне где его искать, я не знал, что это ловушка. Клянусь. - Уходим, - прохрипел Хаттаб и поспешил к двери, попутно фыркнув Пьеру, - с тобой мы позже разберёмся. Один из рейдеров достал свой автомат и приставил холодное дуло к виску Маршала. - А с этим что? Убить? – Спросил он у барона. - Конечно, но не так. Хочу, чтоб изверг осознал на какие страдания он обрекал честной народ пустыни, - ответил Хаттаб. - Он же под наркотой, - подал голос Пьер. - Он сдохнет раньше, чем начнёт страдать от боли. Хаттаб застыл в дверях и злобно прошипел. - Я заставлю его страдать! Тащите его за мной. У Маршала опять закрывались глаза. Он осознал лишь как его схватили и потащили по песку в каком-то неизвестном направлении. Его уже не били, хоть чувства потихоньку возвращались. «Держись, осталось ведь совсем недолго», он успокаивал себя, когда почувствовал, как двое здоровяков подняли его обездвиженное тело и сбросили с огромной высоты. Маршал пролетел несколько метров, прежде чем стукнуться об холодный камень, как тряпичная кукла. Райан чувствовал, как хрустели позвонки. Он явно свернул себе шею. У него спёрло дыхание, но он всё ещё пребывал в сознании. «Вот это у меня запас здоровья, - думал он. – Другой давно бы сдох, наверное». С трудом открыв один глаз он обнаружил что лежит во тьме на пересохшем дне колодца. - Я жив! – Он изо всех сил рвал голосовые связки. В этот момент один из рейдов вырвал чеку из гранаты и бросил вслед за ним. - Уходим! - Проговорил он и побежал в сторону вертолёта, на котором улетал Хаттаб. Граната упала на дно колодца рядом с Маршалом. Он закрыл единственный открывающийся глаз и приготовился к худшему. Но тут произошла осечка и взрыва не последовало. Хаттаб уже был в вертолёте, готовился ко взлёту, когда заметил: - Граната ж не взорвалась! - Босс, вы думаете, что он выжил? После падения с такой высоты невозможно выжить!? – Пожал плечами рейдер с татуировкой на лице. - Конечно! – Яростно выпучил глаза Хаттаб. – Этот Маршал живучая падаль. Он зыркнул на своего бойца, как будто приказывая: «Добей». - С радостью, босс, - тот вынул из-за пазухи гранату. Но тут внезапно его остановил Пьер. - Аллаш, позволь я это сделаю, - он обратился к Хаттабу по имени, как к другу, словно хотел загладить перед ним вину. - Что-о-о-о-о, хочешь запомниться, как убийца Маршала, хэ-хэ-хэ-хэ, - злобно улыбнулся барон. - Я думаю он мёртв, но нужен контрольный, - проговорил Пьер и направился к колодцу. Рейдер с гранатой прихватил вещмешок Маршала и сопровождал Пьера до самого колодца. С каждым шагом мафиози чувствовал приближение ракет, как будто становилось жарче. У самого колодца песок был настолько раскалённым, что Пьеру показалось, что он умер и попал в ад. «Хаттаб в ловушке, его окружают и убьют, Омикрон победил», Пьер это чётко понимал. «Да кто такой Маршал, что добровольно захотел пожертвовать собой. Он умер за наши грехи». В этот миг рейдер, идущий рядом с ним, проговорил. - Все омикронцы – пидарасы, - он сплюнул на песок, во всём его поведении чувствовалось презрение. - А как же я? Я тоже омикронец, - внезапно выдал Пьер он протянул руку и взял у рейдера гранату. Они встретились на мгновение взглядами, и Пьер всё осознал. «Для них я такой же как Маршал, только трус и предатель Омикрона». Он посмотрел на небо, а после вырвал чеку гранаты и бросил её в колодец. Следом он сбросил туда вещмешок Маршала с торчащей из него сапёрной лопаткой. - Что за!.. - не понял рейдер, когда увидел гранату, висящую на его ремне, чека была выдернута. «Как ты это провернул?» Подумал он за секунду до взрыва. «Ловкость рук», мысленно ответил Пьер и скрылся за колодцем. Раздался оглушительный взрыв и рейдера разнесло на куски. От него осталась лишь пара сапог, да изуродованная тушка на песке.             Пока все пребывали в замешательстве, Пьер поднял раскалённый автомат рейдера, стряхнул с него остатки плоти и открыл огонь по вертолёту.             - Держись, брат! - Крикнул он в колодец, - наши на подходе. Он шёл вперёд, безостановочно паля, в надежде подстрелить Хаттаба. - Ты думаешь меня купил!? А может ты решил, что победил?! Вам никогда не победить! Потому что стоял и вовеки стоять будет! За Омикрон! - Хрипел Пьер, меняя магазины От звука взрывов очнулся Маршал. И первое что он увидел перед собой – свою сапёрную лопатку. А рядом с ней в контейнере хранился шприц стимулятора, наполненный адреналином. Он потянулся искалеченной рукой, схватил шприц и изо всех сил вогнал его поглубже в своё сердце. Удар был такой силы что жидкость сама выплеснулась, мгновенно оживляя умирающее тело. У Райана открылись глаза. Прилив энергии был жуткий. Он чувствовал себя живым, таким он никогда не будет после. «Сейчас», подумал он, схватив лопатку двумя побитыми руками и стал карабкаться со дна колодца. Он вбил её между больших булыжников и подтянулся из последних сил. Он слышал выстрелы и взрывы, ему на голову посыпались осколки. А он всё полз и полз наверх, цепляясь лезвием лопатки за стенки колодца. Дыхание прерывалась, кровь заливала лёгкие, болели переломанные пальцы и выкрученные суставы. Жуткая зубная боль растекалась по всему телу, оглушая его непрерывным писком. А он всё полз и полз на свет как таракан. «Раз», мысленно приказывал себе Маршал, вбивая лопатку между обкатанных камушков, из которых был сложен колодец. Опираясь на неё как на ступеньку, он подтягивался выше и упирался спиной и ногами в стенки колодца. «Два», он подтягивался выше, неумолимо приближаясь к просвету, казавшемуся далеким, как луна. «Три», просвет становился всё ближе. Хотелось отдохнуть. Хотелось отпустить руки, упасть одно колодца, и наконец-то сдохнуть. «Не умирай, живи, это приказ!» Карабкался он последних сил. Там наверху не прекращалась перестрелка. Первые ракеты уже долетели. Одна из них попала в БТР, вторая взорвала сарай. Третью и четвёртую удалось сбить рейдерскому ПВО, которое методично перегружалось правильным залпом из всех орудий. - Нам пора уходить! - Орал рейдер с татуировкой на ухо Хаттабу. - Убейте предателя, убейте эту суку! - Зверел Хаттаб, укрываясь за спинами своих бойцов. Пьер отстреливался, воспользовавшись колодцем словно баррикадой. Один из рейдеров незаметно подошёл со спины, и короткой очередью изрешетил мафиози. Пьер не поверил, что его убили. Он развернулся и открыл огонь, сжимая автомат в слабеющих руках. Он выстрелял патроны до гашетки, но всё же подстрелил своего убийцу. И лишь потом упал. Пьер лежал на песке, захлёбываясь кровью, и думал, что жизнь его прошла не зря. «Мафия бессмертна, как и Омикрон», навеки закрывая глаза, думал он. К нему подошёл рейдер, приставил к виску пистолет и прострелил ему голову навылет. Обмякшее тело Пьера больше никогда не поднялось. - Этот готов! – Рейдер с улыбкой крикнул Хаттабу. Он подошёл к колодцу, но заглянуть не решался. Вместо этого он направил туда ствол и отстрелял пол обоймы. Достал гранату вырвал чеку и забросил внутрь. Но едва он отвернулся и закрыл уши, чтобы не быть оглушённым взрывом, как из колодца высунулась кровавая рука. Она схватила его за шиворот и утащила внутрь. Рейдер даже не осознать не успел, что случилось, когда взрывом гранаты его разнесло на куски. - Он живой! - Заорал Хаттаб. – Маршал жив! Убейте его! Убейте! - Ракеты близко, нам пора лететь… - пытался вразумить его рейдер с татуировкой на лице, но барон не хотел даже слушать об этом. - Я хочу, чтобы пидар сдох! – Орал Хаттаб. И все, кто был на вертолёте открыли огонь по окровавленной фигуре Маршала, медленно поднимающейся из колодца. - Нам надо уходить, - решил пилот, и вертолёт стал медленно поднимать в небо. А Райан стоял над каменной кладкой, залитый кровью, а в руках сапёрная лопатка. Он чувствовал дыхание смерти, пули свистели у его виска, но чудом ни одна не попадала. - Аллаш Хаттаб! – Он заорал, срывая глотку. И тут они встретились взглядами. Залитое кровью лицо Маршала и наполненный ненавистью взгляд Хаттаба. Из последних сил Маршал вскинул лопатку и метнул её в сторону вертолёта. Та пролетела метров 30 и с огромного расстояния попала точно в голову барона. Боец с татуировкой в страхе обернулся, когда увидел, что лезвие лопатки рассекло череп его босса ровно между глаз. Хаттаб мгновенно умер, его пожилое тело зашаталось, рейдеры даже не успели его подхватить как он рухнул с вертолёта, с десятка метров прямо на песок. Рейдер с татуировкой на лице с недоумением всё это наблюдал. Другие же смотрели на него, как на нового босса. - Что прикажете!? - Спросил один из них. - Ему уж не помочь, уходим! - Печально проговорил рейдер и глянул на Маршала. Весь залитый кровью тот всё также стоял у колодца опустившись на одно колено. Внизу, под вертолётом, лежал труп его заклятого врага. А в небе сверкали ракеты. И всё кругом покрылось адским пламенем. - Уходим! Уходим! - Заорал рейдер и вертолёт взмыл вертикально вверх.            Райан смотрел на поле огня и улыбался.             «Сегодня даже лучше, чем вчера, - подумал он, - а интересно, что же будет завтра?» И всё стемнело. А в голове «играла» старинная мелодия: «Не-важ-но. Это уже не-важ-но, важ-но, я улетаю в све-е-е-ету…» Он испытал жуткое чувство де жа вю. «Когда-то я уже здесь был», крутилось в его голове. Всё что он видел вокруг себя – какие-то мутные силуэты, невнятные звуки, непознанные ощущения. Его окутывала мгла и проникала внутрь. «Ведь я здесь не впервые», эта мысль не давала покоя до такой степени, что он начинал сомневаться в своём атеистическом мировоззрении. «Я мыслю, следовательно – существую. А где ж обещанная тишина?» Но вместо тишины его дух крутила и окутывала мгла, казалось, что он заперт в каком-то чистилище, откуда его не выпускают. Хотелось света или тьмы, хотелось тишины, но не хотелось больше мглы. Хотелось завершения страданий. Но вместо этого страдания усиливались с каждым часом. Потом вернулась боль, и тошнота, и рвота, и жуткое желание пить. Всё это вместе и одновременно. «Походу я в аду, раз здесь есть столько боли». «Неважно. Ведь я это заслужил». Райан открыл глаза. Вокруг было тихо-тихо. Под потолком мерцала лампа, дрожала, словно подмигивала ему, гудела как назойливая муха. «Так жив я или мёртв?» Подумал он и испытал жутчайший спазм. В его живот входило несколько трубок. Одна из них торчала из его руки. Где-то над ухом пикали приборы. По трубке капельницы стекала жидкость красноватого оттенка. «Переливание крови», сообразил Маршал и улыбнулся. Улыбка перекосила его лицо. Болела кожа, кололи открытые раны. Он чувствовал все свои органы и суставы, всё было исколото и изорвано, а к каждому его нерву был подведён отдельный электрод. «Я всё ещё живой, валяюсь в сраном госпитале. Они никак мне не хотят позволить умереть». - Сестра, кх-кх, сестра, - откашлялся Маршал, вытягивая из пищевода трубку, которая мешала говорить. Во рту почувствовался мерзкий привкус соляной кислоты. - Сестра, - последний раз крикнул он и попытался встать. Его руки были истыканы датчиками. Райан их сорвал, не думая о последствиях. Но едва он поднялся, как ощутил все трубки, которыми был проткнут его живот. - Же-е-е-е-е-есть! - От боли прохрипел он. Райан скатился с кровати и чуть не рухнул на кафельный пол, но вовремя подставил ногу и потому сумел удержаться. Он буквально стянул с кровати вторую, и, не обнаружив тапочек, отправился в коридор босиком. - Сестра! - В который уже раз повторил он. Каждый шаг отдавал жуткой болью в животе и пояснице. Но Райан улыбался. «Я заслужил, за всё то горе, которое принёс другим. За всех убитых мной, за всех погибших по моей вине». Внезапно перед ним возникла медсестричка. - Вам же нельзя вставать! Давайте помогу вам лечь обратно. Вот судно! - И она сунула ему в руки пластиковый кувшин. - Мне что, сюда нассать?! – Злобно промычал Маршал и, не став дожидаться ответа, медленно поплелся по коридору в сторону толчка. Сестра куда-то убежала. А Райан шёл и тяжело дышал. Ведь каждый шаг давался ему сложно, и каждый раз он сам себя хвалил за этот шаг. - Оно того стоило, ведь жизнь моя теперь не напрасна, - улыбаясь процедил он, толкая перед собой не закрывающуюся дверь. Та отворилась, но Маршал не увидел писсуаров. Поэтому переступил порог и медленно поплёлся дальше. Там впереди в одной из кабинок капала вода. Там кто-то был, но Райан слишком утомился после проходки. Боль от проколотого живота отдавалась в макушке и в ушах. Он закрывал глаза, чтоб меньше её чувствовать, но всё же заставлял себя идти. Когда он открыл дверцу душевой кабинки, то увидел перед собой совсем юную девушку. Она стояла обнажённая, вся в мыльной пене, словно Афродита, а по её бледной, идеально чистой коже стекала тёплая вода. Её волосы были белыми, как песок в пустыне. А глаза имели едва заметный раскос. Райан застыл, разглядывая её пятки, они были идеально гладким как у Томы, а изгибы казались таким желанными, что у него стала кружиться голова. Тут девушка заметила, что не одна. Схватила полотенце и прикрылась: - Простите, извините, - она залилась краской и так наивно застеснялась, что Маршал мог бы любоваться ею вечность. - Да ничего, бывает, - улыбнулся солдат, сверкнув своими белыми зубами. Он отвернулся и поковылял в направлении писсуаров. Через неделю его выписали и отправили следователем в колонию на узловой станции железной дороги. Одним из первых Маршалу досталось дело проститутки, которая пристрелила своего сутенёра и, испугавшись, видимо, мести подельников, сдалась властям. Одного взгляда на это дело было достаточно, чтобы понять суть вопроса. Но всё же он решил с ней пообщаться, тем более она сама на том настаивала. «Посмотрим, что ты будешь говорить, хэ-хэ», подумал Маршал, заходя в кабинет. Он прочитал её фамилию на папке и с трудом сдержал улыбку. Малышка держалась достойно, и выглядела слишком юной и невинной для этого мрачного места. Но Райан точно знал, какой обманчивой бывает ангельская внешность. - Юля Зуева, хэ-хэ, ох и дурацкое у тебя имечко. Тебе что родаки совсем не любили? – С ухмылкой проговорил он.