14. Молчащие зяблики

      Утро в Лесу Тьмы отличается от утра в любом другом лесу – это не столько молчащие зяблики и лёгкие заморозки, сколько полное отсутствие звуков и пронзающий ветер. Кэйл выходит из дома только для того, чтобы перезагрузить мозг, ни о чём не думая, пока дети и другие сожители спят.       Он старается не думать, с каким интересом Чхве Чжон Су ходит по ярмаркам и оценивает мечи, постоянно примеряясь и находя что-то уникальное в том, как их куют здесь. Он старается не думать об интересе Ли Су Хёка к здешней культуре, его разговорах с Роном, постепенном погружении в политику и зарождающемся увлечении музыкой.       Кэйл старается не думать о том, что он, кажется, один, кто не нашёл способа. Может быть, это просто очередной период фиксаций, переработок, трудоголизма, который снова повергнет хёнов на дно, но это похоже на хотя бы какое-то движение вперёд.       Кэйл стагнирует. Он не выдерживает и думает, занимался ли этим годы подряд, или никогда даже не пробовал.       – Знаешь, – его обдаёт ветерком от взмаха крыла, – у всех нас пунктик на отрицание, но ты превзошёл самого себя, Рок Су-я.       Кэйл ничего не говорит, действительно запутавшийся в том, кого или что он на данный момент отрицает, прячет от себя.       Может быть, он и есть «молчащий зяблик» этого леса. Почему-то мысль об этом не вызывает даже привычного раздражения.       Кэйл игнорирует взгляд Суй Кхана.