Глава 2. Сказ про Манютку и ягодки.

девочку, - присоединяйся. - Давай, слезай оттуда - дома поедим! – скомандовала Манютка и тщетно стала пытаться залезть за своей сестрёнкой, не сумев взобраться на ветку, она немного отошла назад и продолжила: - заканчивай вредничать уже, поиграли и хва… - Манютка оборвалась на полуслове от того, что увидела следом. От страха у неё затряслись ноги, сжались губы и расширились глаза. Позади Алёнки на пригорке Манютка разглядела зловещую пасть клыкастого большого и серого волка. - Алёнка, сзади! – только и успела крикнуть Манютка, но волк прямо на её глазах одним лишь прыжком настиг, так ничего и не успевшую понять Алёнку. Девочка увидела, как блеснули волчьи глаза, сверкнули зубы, ствол дуба окропило красным, ягодки вместе с корзинкой посыпались дождиком. Сестрица упала с облюбованного ею места - безжизненное лицо на её свёрнутой голове было устремлено в Манюткины очи. В следующий миг Манютка бросилась прочь. Не помня себя от переживаемого шока, она бежала и бежала, пока совсем не обессилила, не сбилась с ног и не упала наземь. Так она лежала с минуту, пока не увидела небольшую землянку перед собой. С трудом превозмогая слабость в ногах, поднялась и тихо потопала к входу в землянку. Вход перегорожен ничем не был. Она вошла в покосившийся дверной проём и стала осматриваться. Внутри было на удивление тепло, впрочем, видно ничего не было из-за отсутствия света. Девочка прошла немного вперёд и наткнулась на что-то большое и пушистое. Как раз к этому моменту глаза уже свыклись с темнотой и во мгле деревянной землянки стали проступать очертания большого бурого медведя, спящего на полу. С тех пор прошло немало времени. Манютка и Ваня не сразу, но все же, смогли наладить контакт и стали жить вместе. Манютка сама не знала почему, но она не хотела возвращаться домой. Хоть и понимала, что расскажи она всё это отчиму с матерью, они её таки простят, ведь, в конце концов, они же её родители, как минимум мама бы точно рано или поздно простила. Но что-то внутри ей подсказывало не делать этого. Жили не плохо. С голоду не страдали: Мишка Ваня раз в две недели ходил на охоту, а Манютка каждый день собирала ягоды. Затем она готовила варенье и жарила добытую Ванюшкой дичь. Ваня сам никогда ничего не ел, девочка спрашивала, почему это он ничего никогда не кушает. Разве медведи не наедаются перед зимой? Но как не старалась Манютка понять немые намёки медведя, так и не смогла. Как-то раз они наткнулись на четверых людей в лесу. Трое из них выглядели по-богатому - здоровые лбы, а четвёртый совсем ещё мальчишка, ну оборванец оборванцем. Те трое били мальчика. Ваня-то было уже хотел пройти мимо, дабы в пелене деревьев и ёлок их с Манюткой не увидели, но девочке видимо стало жаль того парнишку потому она и попросила медведя спасти его. Ваня пожал плечами, вышел из кустов, да разорвал первого, второго, а третьего трогать не стал - мальчишка, втоптанный в грязь, еле живой, с трудом приподнявшись, крикнул: «Стой», и стал умолять медведя пощадить этому человеку жизнь. Они принесли мальчишку в дом. Манютка обработала его раны и позволила тому остаться, покуда раны не заживут. Сама же она с Ванькой отправилась дальше собирать ягоды. Почему же она оставила незнакомого ей человека одного в доме: Манютка на тот момент даже и не задумывалась. Всё-таки её цель собрать как можно больше ягод была превыше всего. Медведь же Ванька не стал возражать против такого решения, потому как упёртая девчонка всё равно бы его не послушалась. А сам он не остался сторожить пацана, дабы чего плохого не случилась с Манюткой. Так они и оставили маленького воришку в их доме без присмотра. Манютка с фанатичным упорством искала землянику, а как только находила усеянную ею полянку, принималась долго по ней ползать, собирая спелые ягоды, да так чтобы ни одной не пропустить. Её корзинка наполнялась красными, сочными, прелестными плодами земли русской. Девочкой двигало странное чувство вины перед сестрой и выражалось оно в стремлении искупить его таким вот странным способом. Укладывала она каждую ягодку аккуратно, одна к одной и к вечеру она набирала целую корзинку. После вся грязная, потная, но такая радостная и довольная, она с Ванькой возвращалась домой. На этот же раз она рассчитывала угостить и их гостя. Запасов у них уже было много, так что растрат она не боялась. Но по возвращении Кешу они не обнаружили, разве что лапти его остались там, где она их положила. Манютка подумала, что мальчик куда-то отошёл ненадолго погулять, но спустя достаточное время, он так и не объявился. Манютка огорчённо посмотрела на медведя, а тот понимающе посмотрел на неё. Девочка уже давно не видала других людей, тем более ребят её возраста и вот у неё появился шанс подружиться с кем-нибудь, и она дурёха такая упустила его. Медведь огляделся, что-то увидел и боднул Манютку, намекая на то, чтобы та взобралась на него. - Не хочу, Ваня, я кататься. Устала. Пойду спать ложиться. Но медведь упорно от неё не отставал. Он ухватил зубами девочку за рукав и потянул на себя. - Ну что тебе? – спросила Манютка, - ладно, идем, раз так хочешь. Манютка всё же вскарабкалась на Ваню, и тот подошёл с ней к поломанному кустику. Понюхал его и направился дальше, затем, чтобы найти ещё одно неестественное изменение в ландшафте. Так они отправились по Кешиному следу. Только к ночи они заметили небольшое свечение меж деревьев. Осторожно они обошли источник света по дуге и стали выглядывать из-за кустов. На небольшой полянке горел костёр. Рядом с ним никого не было, зато чуть поодаль, за противоположными деревьями слышалась какая-то возня. Внезапно там что-то вспыхнуло и лес стало охватывать пламенем. Манютка с Ванькой, не теряя ни секунды, бросились в ту сторону. Пока бежали, увидели такую сцену: Последний не добитый купеческий сын, тот за которого заступился Кеша, угрожающе нависал над своим же спасителем, одновременно пытаясь того задушить и заколоть ножом. Медведь изо всех сил спешил на помощь, но судя по расстоянию, никак не успевал. Хотя мальчик и сам помощи никакой не ждал. В последний момент он схватил с земли какой-то булыжник и что есть силы, ударил по своему обидчику. Тот отшатнулся, но не упал и тогда паренёк стал забивать того насмерть. Манютка не помня себя, смотрела на это и словно бы что-то в её памяти для неё открывалось. Что-то в этом убийстве было такое, от чего она оказалась в замешательстве. В тот момент, когда Ваня расправился с первыми двумя братьями она не испытала какого-то шока, но сейчас в её голове картинка была куда ярче. Толи от того, что так на неё повлияло пламя в свете которого казалось, что этого мальчика с каждым его новым ударом всё больше обволакивает зловещая аура, толи от того что ей эта сцена казалась немного знакомой - её небольшой ментальный блок, который создала её психика, потихоньку стал ломаться. Она стала вспоминать момент смерти своей сестры. Вот она говорит ей, чтобы та слезала с дерева, вот она тщетно пытается добраться до ветки, где та сидит, вот у неё не выходит этого сделать, вот она… «Погодите», - подумалось девочке. Она не старалась взобраться на ветку, она старалась снять с неё свою глупую сестрицу. Именно этот момент и именно тот факт, что она забыла это, так и шокировали её в данную секунду. Во всём была виновата она и только она - Манютка. Потому всё время её сжигало это чувство. Потому было это неугасаемое желание собрать как можно больше земляники. И именно поэтому она никак не хотела возвращаться домой. Не было никакой крови на дубе, не было никакой волчьей пасти, как и самого волка, была только пустая упавшая корзинка и свёрнутая Алёнкина шея.