Змеи и зеркало

Здесь Медуза — **жертва божественного цинизма**, чья боль превращена в монструозность. Змеи в волосах становятся метафорой искажённой правды, а каменный взгляд — немого крика. Контраст между её прошлой человечностью («молилась тем же звёздам») и нынешней ролью «урока» подчёркивает жестокость мифологического порядка. Последние строки напоминают, что даже чудовища рождаются из предательства.