Отец и сын

- ...и он шлепнулся в воду! Сколько шуму-то было, когда мы его вытаскивали, а ему хоть бы хны. Правду говорит Галя, жена Васьки-то покойного, что пьяному море по колено, ничего их не берёт. Вот поэтому давай, за здоровье, за нас, ну, - Пётр Евгеньевич, мой старый друг, одноклассник и по совместительству коллега по опустошению алкогольных запасов нашего сельпо, резко выдохнул и, чокнувшись со мной, допил остатки рябиновой настойки. Зажмурившись, я сделал то же самое и огляделся вокруг. - Ты говорил, что взял с собой что-то? Так что ты там хотел мне показать? Учти, если будет опять как в тот раз, то я больше не пойду с тобой на рыбалку! И хрена с два тогда твоя Машка тебя отпустит одного! - я глотнул ещё и продолжил говорить. - То что мы "клятые алкаши" уже и так всё село знает, а то, что ты однажды по пьяни чуть в лесу не потерялся, это уже совсем другое. Да к тому же белку словил, как только не сгинул в чаще, черт его знает. Так что смотри у меня! - я погрозил Пете кулаком. - Да ну тебя. Сколь ты уже раз трезвел и клялся, сколько раз кодироваться ездил, а? А усё равно, опять ко мне идешь. А всё почему - потому что Тамара твоя, тварь, - Петя повысил было голос, но, зачем-то оглянулся, и продолжил уже тише, - к сыну тебя не подпустила и по селу на тебя сплетни наболтала. Все они бабы, язык без костей, а твоя так вообще змеюка паршивая. - Да ладно тебе, Евгеньич, сколько я уже посылал её и материл, и вслух и про себя, к черту её, мне только за Костика обидно, я его уж как 11 лет не видел. А то, что я в город таскался, так это не считается, все одно что я с ним не поговорил, так только. Увидел, что он в компании пацанов идёт, да и соваться не захотел. К тому же Томка мне бы бошку отгрызла за это, если сам Костя вообще захотел со мной разговаривать. Хрен его знает, что ему про меня там наплели, что он ко мне ни разу в гости не заглядывал. Взрослый пацан ведь уже, раз не приехал, значит и не хочет. Одним глотком я докончил свою четушку настойки, выдохнул и спросил: - Ну, что там у тебя, тащи давай! Спустя пару минут Петя, сияя хлеще чем профлист на солнце, вынырнул из темноты, таща в одной руке какую-то палку. При более близком рассмотрении, я узнал в ней металлоискатель. - Я даже не стану спрашивать, где ты его достал, только объясни мне, что мы с ним делать-то будем? Ночь на дворе, ты что искать собрался? - Во-первых, - шатаясь, Петя, аккуратно, как мог, приставил прибор к небольшой сосне около костра, - это сейчас ночь. А когда мы дойдем, уже будет утро. Я хотел было спросить, но Евгеньич властным жестом остановил меня. - Во-вторых, ты слышал про байку о кладе Черемшина, который тут главой села когда-то был? - Петя ехидно посмеялся и едва успел подхватить падающий металлоискатель и похлопал по нему. - Вот за для него-то он нам и нужен. - Ты вообще соображаешь или как? Куда мы по такой темноте сейчас пойдем? Это у реки светлеет, а шагнем в лес и всё, пиши пропало. - я хотел ещё что-то возразить, но резко встал и голову закружило. - На этот случай у меня тут кое-что есть... - друг начал доставать из кармана сложенный лист бумаги, металлоискатель скользнул по стволу дерева и мягко упал в траву. Обматерив всех причастных к созданию этого прибора, Петя начал шариться в траве. Обведя взглядом догорающий костер, две тюльки, на которых мы сидели и ещё одну, заменявшую нам стол, одну надкусанную помидорину и ещё не початую бутылку самопального спирта в нашем запасе, я вздохнул. Если уйти сейчас, то потеряется и Евгеньич, и металлоискатель, и с трудом созданный самогон на меду. В это время ко мне подошёл Петр: - Смотри, смотри что у меня есть! - и развернув помятый кусок бумаги начал тыкать в него пальцем. - Вот здесь река, вот дорога, это которая на Шушары, и между ними, где ещё 5 лет назад чернику собирали, вот там... и будет он. Видимо, на меня так подействовал алкоголь, что я вдруг решил, что пойти искать клад, ночью, в лесу, с бутылкой спирта и будучи изрядно подшофе - это неплохая идея. Да, у меня был незакрыт один кредит и долги перед соседями, но я бы и так справился. И всё-таки какая-то непреодолимая сила тянула меня туда. ***- Слуш-й, Саныч, - язык у Петьки уже начал заплетаться, - ты не мог бы подержать, ик, его? Я по быс-рому, в кустики, подождёшь, ладно? Поищи пока по карте, мы уже близко. Не дожидаясь моего ответа, он, едва держась на ногах, пошлепал куда-то меж деревьев. Я, уже с затуманенным разумом, взял металлоискатель и на автомате кивнув, зачем-то пошёл вперёд. Вокруг уже светало. Вокруг собирался густой как молоко туман, одежда становилась влажной, и от холода меня стало потрясывать. В какой-то момент я вдруг замер, ощутив вокруг полную тишину. Казалось, даже все птицы разом исчезли отсюда. - Евгеньич! Тишина. Чёрт бы его подрал. Ну где его носит, сколько можно уже... Я внезапно понял, что сам не знаю, куда успел уйти и где сейчас Петя. Десять минут окликов не дали результата. Странно. Не мог же я так далеко уйти. Или что, тут аномальная зона и звук совсем на распространяется дальше двух метров? Начала накатывать паника, и я начал метаться из стороны в сторону где-то среди тумана и внезапно появляющихся из него деревьев постепенно редеющего леса. Туман начал редеть и всё вокруг приобрело желтые оттенки. Значит, солнце уже взошло. Внезапно, прибор в моей руке отрывисто пискнул. - И когда я тебя включить успел? Пока я искал, где у него кнопка "Выкл.", металлоискатель еще пару раз жалобно сообщил о находке. Видимо, я дергал его на чем-то маленьким. Ради интереса, я решил проверить, на что он реагирует. Холодными руками ощупывая влажную почву примерно в том месте, где аппарат выдал сигнал, я нащупал какой-то маленький кусок металла. На удивление, он легко достался из земли, будто его туда только что положили. Поковыряв пальцем и потерев об штанину я, сидя на корточках, осмотрел находку. Крестик. Старый, но добротный нательный крест. Без цепочки или говитана, целый и даже чуть блестящий. В этот момент я вспомнил, что носил раньше крест, но однажды, когда изрядно выпив, решил с размаху прыгнуть в пруд, потерял его и забыл об этом. А когда после и вспомнил, решил, что искать или делать новый не стоит, всё равно потеряю. Я погрузился в воспоминания. Туман постепенно рассеивался, открывая вид на старые покосившиеся домики заброшенной деревни вдали, и стоящую прямо передо мной маленькую белую церковь. Отложив металлоискатель, я встал, машинально сунул крестик в карман, подул на руки, пытаясь их согреть и пошёл вперёд. С виду непримечательная церковь встретила меня величием изнутри. Часть настенных рисунков уже отсырела и осыпалась, но то, что осталось, цепляло взгляд. Было ощущение, что после последней службы в этой церкви не было ни единой живой души: ни мусора, ни рисунков, как это часто бывает в заброшенных зданиях. Не знаю, сколько я там пробыл, рассматривая убранство церкви, но в какой-то момент мне показалось, что я слышу звон колоколов. Вдруг за моей спиной что-то зашуршало. Я резко обернулся. На входе в храм стоял пес. Обычная дворняжка, с доверчивым взглядом и одним свешенным ухом. На вид она была очень старая, и, похоже, слепая на один глаз. - Жужа! Жужа! Собака обернулась на скрипучий старушачий голос и выбежала наружу. - Жужа, что там такое? - в дверном проёме появилась бабулька. Я невольно отметил, что она похожа на мою мать, умершую 3 года назад. - Здравствуйте, - я хотел к ней как-то обратится, но не знал как, из-за чего повисла неловкая пауза. - Видать, не случайно я сегодня раньше вышла из дому. Гости у нас, - сказала старушка, обращаясь к собаке. Крестик, как оказалось, был её. Говитан порвался, а со своим зрением и больной спиной найти она ничего не смогла. Живет она здесь, доживает даже, ходит до соседней деревни в магазин. Деревня уже вся почти порушена, но храм бабулька "никому на поругание не отдаст". Хоть она и выглядит худой, но бодрости ей хватает. Говорит, всё равно ей делать больше нечего, так хоть о церквушке может заботиться. В своих мыслях, я пошёл обратно через лес, куда сказала мне эта чудная старушка. Дорога вывела меня на семерку Евгеньича, в которой он мирно посапывал, укрывшись своим плащом. Положив металлоискатель на заднее сиденье, я сел за руль. Удивительно, но голова не болела, хотя, идя по лесу, мы изрядно отпили самогона. Прежде, чем завести машину, я сидел уставившись вникуда, раздумывая о смысле своей жизни. Кажется, я давно его потерял. Наверное, с момента когда начал пить? Или еще с развода... А может, у меня его никогда и не было. С этими мыслями я завел машину, поехал обратно, по пути Петя, наконец, проснулся, и с ужасным похмельем я передал его на руки Машке. Заходя в дом, я увидел подъезжающий к краю села автобус, который ездит из города два раза в сутки, и то, если повезёт с погодой. Зашёл в пустой дом. Удивился, что я раньше не замечал этой тишины. Наверное, привык гонять телевизор круглые сутки. Поставил чайник и сел в кресло. Что я за свою жизнь успел сделать? Построить дом? Так он мне от матери достался. Дерево посадить? Мы, конечно, занимались этим в школе, но её давно уже закрыли, а все насаждения вокруг уже давно засохли после пары жарких лет. Сына воспитать. Смешно сказать. Развод случился, когда ему было девять. А ведь я мечтал играть с ним в футбол. Чтобы пацан гордился своим отцом и мог козырять перед друзьями. К напряжённому тиканью часов, которые словно смеялись надо мной, добавился свист чайника на плите. Выключив газ, я начал искать кружку, как вдруг дверь в дом открылась. На пороге стоял... Костя? - Ну здравствуй, пап. Хоть его тон предвещал непростой диалог, вдруг появилось ощущение, что из тумана сначала под моими ногами появляется земля, а затем я начинаю видеть весь окружающий мир. Те же чувства, что утром, когда я внезапно оказался в заброшенной церкви. Восстановить всё мне одному не под силу, но, возможно, как та старушка, я смогу ещё что-то сохранить... ...и это, может быть, станет моим смыслом