Часть 1

Люди разбегаются в криках. В ушах стоит странный звон. Где то за спиной слышно как восставший разрывает чужие трупы. Слышен скрежет натачивания лезвия гдето за стеной. Перед глазами несколько трупов разъёбаных о стены. Его руки в крови. Стоит мерзкий металлический запах смешивающийся с гнилью. Очередной смельчак решил встать на защиту других, выйдя вперёд угрожая лезвием. Он выглядел весьма ненавистно в его сторону, что вызывало лишь смех. Кидаясь на него, вцепившись в его шею, он ужасно сильно сдавливал её не зная что даже сам так мог. Культист задыхался, брыкался, успел оставить несколько глубоких ран на руках Дэйса. Но тот, вдавив его сильнее в землю, сломал ему шею. Из рта убитого вырвались пару капель крови. Выхватив из его руки нож, он воткнул его ему в глаз, провернув, оставив мессиво. Эта жуть вызывала странное удовольствие. Поднявшись, он направился к другим. Его собственная кровь стекала по запястьям смешиваясь с чужой, создавая сладкий запах смерти. Движения были спокойными. Он не спеша, но по прежнему угрожающе направлялся к остальным с ухмылкой. Его внешний вид не соответствовал эмоциям на его лице. На лице куча ран оставленных другими, руки в крови. Вид мягко говоря потрёпанный, избитый, но тех кто причинил ему боль уже нет в живых. Нагнетающий страх заставил культистов рвануть прочь, но было уже слишком поздно. Дэйс пырнул одного из них в спину, а после потянулся да бы вцепиться пальцами за края раны и разорвать её, обнажая кости. Послышался душераздирающий крик, такой громкий, такой плаксивый, что становилось ужасно приятно. Оторвав кусок отдёртой плоти, он откусил от неё небольшой кусок, пробуя на вкус то, что раньше казалось жутко противным. Этот запах, это сырое мясо, было противным до момента пока не стало приносить удовольствие. Поняв насколько божественен вкус человеческой плоти, он проглотил крупный кусок буквально целиком и даже не подавился. Один из культистов опомнился и попытался оттащить его от бедного парня которого он жрал, но тот сразу же выломал ему руку, а после с угрожающей медлительностью потянулся к его запястью, обнажив острые клыки. Тот пытался вырваться, но хватка была сильной. Проведя языком по гладкой коже запястья, оставляя след из чужой крови, он резко впился зубами в его руку, а после резко отдёрнул голову отрывая кусок и с насмехающимся видом проглотил, на этот раз раскусив и оставив немного. Вернувшись к культисту с обнажёнными костями на боку со спины, он запихнул ему в глотку кусок руки второго, а после закрыл ему рот да бы тот не выплюнул, а сам вцепился ногтями в ключицу, потянув словно пытаясь вырвать её. Вид рыдающей, замученной личности не мог не вызвать смех. Ему удалось выломать ему ключицу, вызывая приглушённый вскрик-мычание, и жалкие слабые попытки сопротивления. Разорвав рану вырыванием кости, он провёл пальцы под его скальп и резко оттянул вниз, отрывая кусок и обнажив кусок рёбер, любуясь видом лёгких под ними. Культист был ослаблен и почти потерял сознание, а Дэйс, встав, резко ебанул ему ногой по рёбрам, разламывая их. Они впились в лёгкое, и ухмыляясь он смотрел на умирающего культиста. Задыхающегося от куска чужой руки в горле, от пробитого лёгкого его же рёбрами, и сильной потерей крови. Второй культист которому он ранее откусил кусок плоти, успел отойти, но не успел скрыться. Синеволосый ринулся к нему, и когда тот обернулся тут же получил сильный удар в челюсть. Пока тот был слегка оглушён, Дэйс швыранул его в землю. Нанеся ещё пару ударов ногой ему по ебалу, он опустился к нему, и вцепившись в его бошку стал прокручивать. Последний вскрик донёсся после хруста, но он на этом не остановился. Прокрутив так ещё пару раз, он оторвал ему бошку, а после взял за щёки в обе руки смотря на то, насколько же прекрасно выглядит оторванная голова умершего культиста. На лице застыл страх, всё лицо в ранах, кровь текла изо рта, даже из глаз. Для него это казалось таким красивым, таким аппетитным, как неизвестный ранее вид искусства. Резкое чувство голода, большее желание насладиться вкусом крови и плоти чужого человека. Послышался звук выстрела сзади. Боль в районе рёбер. Она должна быть ужасной, но сейчас по какойто причине она заглушалась. Обернувшись, он увидел испуганное лицо ещё одного культиста с пистолетом в немного дрожащих руках. С улыбкой направляясь к нему, послышалось ещё несколько выстрелов пока не закончились патроны, которых было меньше чем ожидалось. Каждый раз в него попадали, но его не могло это остановить. Ничего не могло. Никто не посмеет. Каждый попадающийся под его руку умрёт, а тот будет испытывать лишь большую жажду. Впиваясь ногтями в чужую кожу, крики казались прекрасной музыкой, этот вскрик от удара о землю, эти истерически вопли. Запах крови казался таким сладким, заставляя хотеть расправиться быстрее, да бы насладиться вкусом. Вся боль от сопротивлений была ничем по сравнению с жутким голодом. Вид этого страха, этой ненависти на лице культиста. Сжав его горло, он впился зубами в его плечо, заставляя издать того хриплый, но громкий крик. Сожрав кусок который он только что отгрыз, Дэйс снова наклонился к этой же ране прогрызая и отрывая ещё куски, пока жертва могла только пинать его ногами. В какойто момент ему это надоело, и он убрал руку с его шеи, переводя на волосы крепко держа да бы оттянуть назад, и глубоко впился зубами в районе сонной артерии. Снова оторвав кусок, он держал его в зубах, капая культисту на ебало его собственной кровью, пока рукой он пробрался под кожу и схватил за позвонки, выламывая их. Голова кружилась, перед глазами прекрасное созданное им же искусство ввиде пары трупов. На удивление, их плоть оказалась не такой противной как их души. Даже не так. Их плоть казалась самым дорогим мясом из дорогущего роскошного ресторана. Такая сладкая, такая вкусная, что хотелось всё больше.