Часть 1

Я не помню, что было вчера. Не могу собрать рамсы все в кучу. Как от первого лица эта игра. Чешет дождь. Свинцом на небе тучи. Трасса расхуячена, поля, и по отсыпи текут ручьи воды. Под подошвами ботинок не земля — алый грунт от крови и руды. Непонятно больше нихрена: что за область, город, день и год. Непонятно: осень ли, весна. Я не помню: кто-то меня ждёт? Я не помню, кто я и куда — всё в башке смешалось в винегрет. Кровь в ботинках хлюпает? Вода? Нет попуток, точки… Карты нет. Указатели давно все в решето, и одни руины от домов. Здесь не подберёт меня никто. Это — самый въедливый из снов. Сигареты вымокли к чертям. Горизонт весь от дождя седой. Я не знаю, что меня ждёт там, но плетусь упрямо по прямой. Дождь шуршит мне треском позывных. Шелестят по трассе рядом шины. В Нави я, или пока среди живых? На дороге не было машины… Тормозит пикап, а я дышу — грею пальцы. Замша липнет к коже. У водилы — думаю — спрошу: мы живые, или в Нави всё же. Он распахивает дверь мне изнутри, говорит: «Чё, оба дождались? За тобой я. Не благодари. Третий год ищу. Нашёл. Садись». Просыпаюсь — словно с бодуна — будто пьяный, как обдолбанный, дурной. Как сейчас — во сне была весна. Я не помню, кто был в ней со мной.