.

Душный спёртый воздух тяжелым комом оседает в лёгких, дышать становится тяжелее с каждым шагом. Эхо, ударяясь о стены подземного лабиринта, распадается на множество звуковых осколков. Хочется зажать руками уши, упасть на пол и ждать, пока кто-нибудь наконец не придет на помощь, потому что одному справляться уже не получается. Но каждый в Мафии знает негласное правило – научись спасать себя сам или умирай. Тачихара минует очередной поворот. В который раз его заносит на углу, но, больно ударяясь о грязную металлическую стену плечом, он не останавливается, силой заставляет себя бежать дальше. Он бывал в этих лабиринтах подземной тюрьмы уже много раз. Память не должна подвести, проход уже совсем рядом. Лёгкие горят от долгой погони. Нет, скорее от продолжительного бегства. Мичидзо преодолевает последнюю перекрестную тропу и выбегает на прямую к выходу. Вот он – свет. Остается каких-то триста метров до заветного выхода из проклятого подземелья. Лицо Тачихары растягивается в победной улыбке человека, который смог выиграть в догонялки у самого прекрасного явления природы и её самой большой ошибки одновременно. Но не успевают его глаза привыкнуть к яркому пятну впереди, как он видит – решетка, разделяющая внешний мир с затхлым, душным миром тьмы и одиночества, быстро закрывает свободное для выхода пространство. Тачихара не останавливается, он не может остановиться. То, что преследует его из самого сердца подземной тюрьмы неумолимо приближается со спины, готовится напасть в любой момент. И, о Боги, Тачихара не сомневается, что оно это сделает. Без особых надежд, не имея времени перевести сбившееся к чертям дыхание, Мичидзо хватается за нижнюю, самую безопасную перекладину входной клетки и тянет, пытается поднять, старается хоть как-то расшевелить вышедшую из строя систему регулирования. Он замахивается на невозможное – активирует способность, чтобы наконец выйти их этого отвратительного места серости и отчаяния и... Ничего не происходит. Его собственная способность, которая обычно срабатывала на всех видах сплавов, не действует. Он взаперти. А враг – собственный дар, пришедший убить его. Тачихара поворачивается спиной к острой решетке – меньшему злу из того, что может сейчас причинить вред – и ждёт. Гулкое эхо металлических шагов разносится по бездонным лабиринтам. Тачихара не сомневается, эта тварь нарочно тянет время и сознательно заставляет своего обладателя считать секунды до того, как он начнет сходить с ума от осознания своей беспомощности. Тачихара простой человек, и он боится ее. Из-за поворота наконец появляется белая, холодная в темном освещении тусклых ламп рука, и Тачихара не видит, интуицией чувствует, что нужно увернуться, что не может быть темная сторона его некогда великолепной способности настолько великодушной, чтобы не постараться убить его прямо на месте. И Тачихара уворачивается. И как раз вовремя, ведь мгновением позже на место, где только что находилось его лицо, с лязгом натыкается кинжал. Тачихара опускает взгляд и совсем не удивляется находке – это его кинжал, тот самый, который был при нем на каждой миссии при Портовой Мафии. Подобрав оружие, Тачихаре осознает кое что ужасное – ему не остается ничего, кроме как встать в боевую стойку и ждать следующего удара. Металлическая кукла, как чертова собака, готовность его чувствует сразу и мгновенно приходит в движение. Она нападает сама, напирает на Тачихару спереди, впечатывая его спину в острые внутренние края решетки. Режущие пики, которые изначально были спроектированы для предотвращения побега смертников, сильно давят на позвоночник, разрывают верхнюю жилетку, а затем и нательную футболку. Заточенные края впиваются в голую кожу, разрывают плоть и мышцы. Больно так, словно полоснули мечом по спине, словно лезвие вогнали в самые кости. Тачихара с громким шипением замахивается и наносит первый режущий удар. Но ни одного пореза, ни одной царапины не остается на внешней броне металлического монстра. Сердце Тачихары падает вниз – грубой силой ему никогда не победить. Но что тогда делать, если сама способность – и есть воплощение грубой силы. И если бы была хоть секунда, но даже этой милости не дает вышедшая из себя способность, замахивается снова. Колющим движением металлический макет опускает руку прямо в центр лба. Тачихара еле успевает отвернуться – кинжал цепляет висок и ниже – рассекает щеку. Тачихаре нужно остановиться, смертельно необходимо отдышаться, он уже просто не выдерживает, но следующий удар едва ли не приходится в левую часть груди. Больше не смешно, становится воистину страшно. На едва гнущихся ногах Тачихара резко садится вниз и избегает смертельного удара. Но в этот момент уставшее в конец тело внезапно подводит – нога подкашивается и он падает на пол. Ему удается откатиться в сторону прежде, чем очередной удар не достигает своей цели – его жизни. Тачихара медленно поднимается за спиной самой смерти. Впереди – выход и способность, сзади – снова петляющие стены лабиринта поземной темницы. Выбор очевиден. И тут происходит то, чего Тачихара не смел ожидать даже в самых кошмарных сценариях. Металлические стены приходят в движение! Все пространство становится личной площадкой для игр металлического демона. В голову Тачихары приходит план. Это последняя надежда. Либо да, либо смерть. Движущиеся друг на встречу другу стены определенно наткнутся на решетчатую дверь выхода. Какой бы прочной не была клетка, под действием стен она несомненно согнется, ведь так? Тачихара делает шаг назад – когтистая лапа куклы едва ли не проходится по лицу. Сил почти не остается, нужно лишь продержаться последнюю минуту. Но мечтам, видимо, не суждено сбываться, и в следующую секунду из тела куклы появляется пистолет. Первый выстрел приходит в левую ногу, Тачихара не успевает рвануть в сторону, ногу прошибает разрядом боли. Он громко кричит и падает на холодную землю. Такими темпами его изрешетят раньше, чем он успеет продумать отступление. Но мерзкий звук гнущегося металла прерывает дурные мысли – решетка начинает гнуться. Тачихаре не остается ничего, кроме как идти на рожон. Он делает резкий рывок вперёд, хватается за дуло нацеленного на него пистолета и рывком поднимает его вверх – пуля ударяется о потолок и рикошетом отбивается в тело демона. Ещё одна секундная задержка будет стоить Тачихаре свободы. Он наконец достигает заветного выхода, ползком пролезая снизу выгнувшейся вверх решетки. И как только металлическая фигура начинает ползти за ним следом, Мичидзо резким ударом здоровой ноги обрушивает на неё еле держащуюся на петлях дверь и давит, давит, давит вниз, разламывая металлическое тело пополам. Кукла прекращает движение и с тихим хлопком превращается в пыль, оседая на входе в темницу. Тачихара падает на землю. Кровь и пот заливает глаза, верхняя часть спины ужасно горит, а нога не работает. У Тачихары уходит не меньше десяти минут, чтобы привести дыхание в норму и справиться с ужасной болью в ноге. Пули обходят его стороной благодаря способности почти всегда, за исключением того, когда в него стреляет его же способность. Он кладет ладонь на место, куда вошла пуля и сосредотачивается на своих мыслях. Силы активируются мгновенно – пуля легко выходит из ноги, вырывая из горла Мичидзо рык боли. Он медленно встает на ноги и устало вытягивает руку вперёд. Кинжал, оставленный на полу демонической способностью, с легкой вибрацией опускается в руки. Его способность оказалась на редкость сильная. И очень глупая. Но если бы не ее решение со сдвигающимися стенами, Тачихара просто не покинул бы это ужасное место. Живым.