глава 37:волшебное перо

Кабинет, где раньше преподавали ЗОТИ, теперь выглядел… игрушечно. На стенах — засахаренные картинки с котятами в розовых ленточках, а в воздухе витал приторный аромат лаванды — такой же фальшивый, как и новая хозяйка этого кабинета. Селена скривилась. Стоило ступить внутрь, как захотелось развернуться и уйти. — Это вообще легально? — прошипела она, садясь рядом с Джинни и сверля взглядом особенно глупый портрет. — Чувствую себя, как в лавке дурацких открыток. — Подожди, — прошептала Гермиона, сидевшая впереди. — Сейчас начнётся. И началось. — Добрый день, дети, — пропела Амбридж, появляясь, будто актриса на сцене. Голос — слишком высокий, приторный, как будто перед ней были пятилетние. — Добрый день. Добрый день! — Добрый день, — хором отозвался класс, вяло. — Что-то не слышу энтузиазма, — её мантия была настолько оскорбительно розовой, что даже Джинни прищурилась. — Мы ведь теперь одна семья, не так ли? Селена медленно повернула голову, как будто только что осознала, кто перед ней. «Семья?» Если это и была семья — то та, где учат молчать, прятать синяки и говорить «спасибо». Амбридж хлопнула в ладоши: — Начнём с того, что вы перепишете цели урока с доски. Это очень важно! — она взмахнула палочкой, и на доске аккуратным каллиграфическим почерком появились строки: 1. Понять значение безопасности в школе. 2. Научиться уважать власть и структуру. 3. Освоить теоретические знания о тёмной магии. Селена прищурилась. — А практика? — бросила она в тишину. — Что ты сказала, девочка? — сладко переспросила Амбридж. — Я спросила, — отчётливо повторила Селена, — где раздел о практике. Или мы будем защищаться от Пожирателей страницами учебника? Класс замер. Амбридж наклонила голову, улыбаясь. Но в глазах — щёлкнуло. — Как тебя зовут? — Селена Блэк, — без тени сомнения. — Блэк… — Амбридж будто смаковала имя. — Ты, должно быть, родственница того… — Я здесь не для обсуждения родословных, — отрезала Селена. — Я здесь, чтобы научиться защищаться. — Мои занятия направлены на воспитание сознательных, послушных волшебников, а не на… — она сделала паузу, — …боевые тренировки. — Тогда вы ведёте не тот предмет, — спокойно бросила Селена. — Нам не лекции нужны. Нам нужно уметь выживать. — Сколько тебе лет, мисс Блэк? — Пятнадцать. — Значит, достаточно взрослая, чтобы понять, — голос стал ниже, — что несогласие с Министерством — опасная игра. Селена наклонилась вперёд, опершись локтями о парту. Говорила тихо, но голос был натянут, как струна. — Я уже видела, что бывает, когда не умеешь защищаться. Видела, как умирают. Как бьют, и ты даже встать не можешь. И вы будете втирать мне, что теория — достаточна? Тишина. За окнами барабанил дождь. Амбридж подошла ближе. — Кажется, ты склонна к агрессии, девочка. — Только рядом с фальшивыми диктаторами в кружеве, — отрезала Селена. Класс зашумел, кто-то тихо охнул. — После урока, мисс Блэк, — голос Амбридж зазвенел льдом. — Мы с вами поговорим. Наедине.

***

Кабинет Амбридж — тот же. Те же котята, розовые шторы цвета пережёванной жвачки. Воздух — душный, как в шкатулке для духов. Селена вошла молча. — Закрой дверь, милая, — голос капал мёдом. — Мы должны… обсудить твоё поведение. Селена ничего не сказала. Дверь закрыла. Остановилась. — Садись, пожалуйста, — Амбридж кивнула на стул. — Я рада, что ты пришла. Это значит, есть надежда. Селена не двинулась. Амбридж продолжала улыбаться, но пальцы, сжимающие перо, побелели. — Ты ведь понимаешь, что твоя дерзость недопустима. Министерство не прощает подобного. А я — его голос. — А я — не глухая, — рявкнула Селена. — Что дальше? Нотация? — Всего лишь строчка. Совсем немного, — Амбридж извлекла квадратный пергамент и изящное серебряное перо. Чернил не было. Селена села, взяла перо. — Что писать? — Я не должна выказывать неуважение к власти. Селена посмотрела на неё, потом — на перо. И написала. «Я не должна выказывать неуважение к власти.» Боль. Острая, как укол лезвием. Каждая буква — словно вырезалась на коже. Она не вскрикнула. Только вдохнула сквозь зубы. Вторая строка. Боль усилилась. Тонкая, как чернила, кровь выступила из пор. Третья. Губы — в нитку. Четвёртая. Веки дрожат. — Это особенное перо, — почти с нежностью прошептала Амбридж. — Оно помогает понять… последствия. Очень эффективно. Селена писала. Снова. Снова. Кровь теперь капала на пергамент. Боль жгла всю руку. Амбридж смотрела, довольно. — Думаете, я сломаюсь? — голос Селены был тихим, но твёрдым, как гранит. В глазах — темнота перед бурей. — Милая, ты всего лишь ребёнок. Селена подняла взгляд. И на одно мгновение Амбридж увидела не девочку. Ведьму. Ту, что видела смерть, боль, предательство. Ту, что встала — и не забыла. — Да, — сказала Селена, — но не ваш. Она встала. Медленно, как будто демонстрируя: всё ещё может. Положила перо. — Это всё? — Мы ещё увидимся завтра, мисс Блэк. — Уверена, — хмыкнула Селена и вышла, хлопнув дверью. На ладони — кровь. Боль. Надпись. На лице — усмешка. «"Семья", говорите? Тогда я, наверное, приёмная.» На следующий урок с Амбридж Селена не пришла. Голова раскалывалась, а рука всё ещё горела тупой болью. Девушка отпросилась с занятий, сославшись на плохое самочувствие, но избежать личной встречи с Амбридж — а точнее, её «индивидуального подхода» — не удалось. Когда Селена вошла в розово-приторный кабинет, всё повторилось до ужаса знакомо: слащавая улыбка Амбридж, холодное, будто с удовольствием поданное чёрное перо… И снова — кровь на пергаменте. Поздно вечером, когда студенты уже собирались на ужин, Селена вернулась в гостиную Гриффиндора. Она молча опустилась на диван у камина, не раздеваясь. Жёлто-оранжевые языки пламени отражались в её глазах, но мысли были где-то очень далеко. Аппетита не было. Словно что-то внутри сломалось. В гостиную вошёл Фред. Он сразу заметил её и, как всегда, тепло улыбнулся. — Эй, Сел, ты где была? Мы с Джинни чуть с ума не сошли — Гарри тебя весь вечер ищет. Он сел рядом, глядя на неё с лёгкой тревогой. Селена медленно повернулась к нему. На лице не было и следа её привычной дерзкой улыбки — лишь тусклая, горькая тень, будто она старалась спрятать боль, но плохо справлялась. — Почему такая грустная? — тихо спросил он и, не дождавшись ответа, мягко коснулся её руки — той самой. Рука Селены была спрятана под мантию почти до самых пальцев. Прикосновение вызвало резкую, жгучую боль. Она вздрогнула и тут же дёрнулась, словно обожглась. Фред нахмурился. Его взгляд метнулся от её лица к руке и обратно. — Что случилось? — Ничего, — быстро отозвалась Селена, слишком быстро. Но выражение её лица говорило совсем о другом. — Покажи руку, — твёрдо, но тихо сказал он. — Нет, — ответила она, резко нахмурившись. — Селена… покажи руку. — Я сказала нет. — Голос стал напряжённым, она выпрямилась, словно собиралась встать. — Покажи. — Фред произнёс медленно, отчётливо, потянувшись к её руке. — Я сказала НЕТ! — выкрикнула она, вскакивая. И, не дав ему ответить, стремительно направилась к лестнице в спальню. — Селена! — крикнул Фред ей вслед. Но та уже скрылась за дверью.