19

Когда Дженни вошла в зал, солнце уже заливало паркет тёплым жёлтым светом. В воздухе смешались запахи свежего кофе, лосьона для тела и чего-то уютного, домашнего — всё это вплеталось в голоса Лисы и Джису, которые оживлённо болтали, сидя на полу. Розэ стояла у зеркала, потягиваясь, и её волосы свободно спадали по спине. Как только дверь открылась, все трое одновременно подняли головы. — Оооо, наконец-то! — первой вскочила Лиса и тут же обняла Дженни, прижавшись щекой к её плечу. — Ты где пропадала? Мы уже начали волноваться! — Серьёзно, ты вчера совсем не отвечала, — подхватила Джису, подходя ближе. — Мы уже собирались ехать к тебе с планом спасения. — Всё хорошо? — мягко спросила Розэ, обняв Дженни последней, но крепче всех. — Ты как будто другая. Дженни чуть усмехнулась. Где-то внутри поднялась тёплая волна — спокойная и настоящая. Эти трое были её островом, её опорой. — Всё сложно. Но… я расскажу. Сейчас, только дайте сесть. Она опустилась на коврик, скрестив ноги. Девочки тут же уселись рядом, кто с подушкой, кто лёжа на боку — как раньше. — Готовьтесь. Это будет сериал. — Говори! — хором сказали все трое. Она начала говорить — сначала спокойно, чуть сдержанно. Рассказывала, как всё шло ко дну. Как Кай постепенно замыкался, перестав говорить. Как она терпела, надеясь, что всё ещё можно спасти. Но чем дальше, тем быстрее становился её голос, ярче — мимика и жесты. Она даже вставала, показывая, как всё происходило — с точными движениями, с интонациями. Это было для нее своего рода — терапия Девочки ахали, закрывали лица руками, перебивали: — Ты серьёзно?! Ты их застала? — И что? Она хоть глаза опустила? — Боже, это как в дораме! Потом наступила тишина. — Я ушла, — сказала Дженни. — Позвонила Тэхену. Он приехал. Я осталась у него. Просто… я спала. Впервые за столько ночей. И проснулась без чувства вины. — Подожди, — Джису прищурилась. — Ты была у него? — У него дома? — уточнила Лиса. — И спала? — переспросила Джису. — Просто спала, — уверенно ответила Дженни. — Он дал мне свою кровать, сам лёг в зале. Сделал чай. Ни одного лишнего вопроса. Он просто… был. Рядом. Спокойно. Так, как нужно. Розэ какое-то время молча смотрела на неё, потом тихо спросила: — Тэхен… это ведь он? — Да, — ответила Дженни так же тихо. — Он. И, знаешь, я даже не думаю, что это что-то новое. Это не «начало истории». Просто… впервые за долгое время я не чувствовала себя пустой. Девочки кивнули. Каждая по-своему. С пониманием. И с теплотой. — Мы гордимся тобой, — сказала Джису. — За то, что ушла. И за то, что смогла кому-то позвонить. Это не слабость, это сила. — И если он не мудак, — добавила Лиса. — А, судя по всему, не мудак — пусть будет. Просто пусть будет. Дженни рассмеялась. — Пока — пусть просто будет. А дальше… посмотрим. И в тот момент, в этой комнате, среди гула кондиционера и далёкой музыки из колонок, ей действительно стало легче. По-настоящему. Музыка заполнила зал, голос тренера звучал чётко и требовательно. Девочки двигались в ритме, связки сменяли друг друга, тела работали слаженно — вращения, прыжки, отточенные движения. Дженни чувствовала уверенность в себе, ту сосредоточенность, которую давно потеряла. Сегодня она была здесь полностью. Без тяжести внутри. Они заканчивали связку, когда тренер остановил музыку и дал минуту на отдых. — Воды! — Лиса почти упала на коврик. — Нас просто убили! — простонала Джису. Розэ молча села у зеркала и вытянула ноги. Дженни подошла к сумке, достала бутылку воды. В этот момент в кармане завибрировал телефон. Она достала его, глянула на экран. Там было сообщение от Тэхена. «Ты дома? Надеюсь, утро прошло спокойно. Не забыла про завтрак?» Никаких “как ты?” "тебе лучше?” Просто тёплое, простое сообщение. И этого оказалось достаточно. Она на секунду замерла, глядя на экран, а потом едва заметно улыбнулась. Та самая маленькая улыбка, которая говорит больше, чем слова. Кто-то рядом. Она набрала ответ: «Не дома, на репетиции. Сейчас перерыв. Репетиция тяжёлая. Завтрак съела до последней крошки. Спасибо.» Отправила, убрала телефон и вернулась к девочкам. Но теперь — будто чуть легче. Чуть сильнее. Иногда достаточно того, кто просто спрашивает, ел ли ты. Поздний вечер. Квартира Дженни. В квартире было полумрачно — только одна лампа в углу мягко освещала стены. Окна были приоткрыты, и тёплый ночной воздух наполнял комнату с лёгким ароматом города. Дженни сидела в кресле, завернувшись в свой серый плед. На коленях — ноутбук, рядом на столике — чашка с травяным чаем. Она переоделась в пижаму: свободная футболка, шорты, волосы собраны в небрежный пучок. Лицо — чистое, без макияжа, свежее после душа. На экране — чат с девочками. Jisoo: Как ты? Выжила после репетиции? Rosé: Я до сих пор слышу в голове: “пять-шесть-семь-восемь”. Lisa: Официально признаю тебя супергероем. За сегодняшний рассказ и за то, как держишься. Дженни улыбнулась. Её пальцы быстро заскользили по клавиатуре: Jennie: Спасибо вам, мои лучшие. Вы даже не представляете, как важно для меня просто быть с вами. Lisa: Скоро устроим девичник. Только мы, пижамы и куча еды. Rosé: И никаких слёз! Только фильмы и кайф. Дженни хихикнула, закрыла ноутбук и поставила его на столик. Взяла чашку, отпила глоток — чай всё ещё был тёплым, пар щекотал нос. Она откинулась в кресле, глядя в окно. На душе было странное ощущение: усталость, но не тяжесть. Тишина, но не одиночество. Она взяла телефон, разблокировала. Новых сообщений не было. Но взгляд сам собой задержался на чате с Тэхеном — на том утреннем коротком сообщении. На своём ответе. Она ничего не ждала. Но в глубине всё равно ждала — хоть какого-то знака, что не одна, что рядом кто-то есть. Дженни вздохнула, отложила телефон и натянула плед выше. И впервые за долгое время позволила себе не думать о завтра. Просто быть в этом вечере. В этом моменте. Без страха. Будильник прозвенел мягко, вибрацией. Дженни сразу открыла глаза — без привычного ворочания, без тяжести в груди, без ощущения, что впереди — стена, через которую придётся продираться. Она встала, потянулась, накинула худи поверх и вышла на кухню. Вода в чайнике уже начинала закипать, а пока варился кофе, она взяла в руки телефон — привычно, автоматически. Рабочие уведомления, расписание, напоминание о съёмках и репетиции в 10:00. И одно новое сообщение. От Тэхена: «Доброе утро. Просто будь собой — этого достаточно. Хорошего дня.» Дженни застыла, с чашкой в руке, и сердце будто слегка сжалось — не от боли, не от смущения, а от неожиданного тепла. Простые слова, без пафоса, без лишних фраз — но именно такие и были нужны. Они накрыли её, как плед в прохладное утро. Она медленно улыбнулась, наливая кофе в кружку. Села за стол, прижимая чашку к ладоням, и впервые за долгое время перед важным днём не чувствовала ни страха, ни усталости. Только поддержку. Настоящую. Без условий. Быстро набрала ответ: «Спасибо. И тебе удачи сегодня. Надеюсь, день пройдёт легко.» Отправив сообщение, Дженни отложила телефон. И, как ни странно, впервые не ждала ответа. Потому что знала: он рядом. Просто есть. Поздний вечер. Здание YG. Репетиционный зал. Зал был наполнен густым воздухом, натруженным телами и движениями. Музыка уже стихла, свет был приглушённым. Дженни стояла у зеркала, собирая волосы в небрежный хвост. В отражении — усталое, но довольное лицо. На полу лежала пустая бутылка из-под воды, сумка уже стояла собранной у стены. Девочки ушли чуть раньше, а она осталась — просто довести связку до конца, добить несколько движений, чтобы быть уверенной: сегодня она выложилась полностью. Выдохнув, она закинула сумку на плечо, накинула лёгкую чёрную куртку и направилась к выходу. Уже в лифте — лёгкая вибрация в кармане. Телефон. Сообщение. Тэхен. «Помнишь, пару недель назад ты оставила у меня кофту в машине? Могу сегодня заехать и отдать, если тебе удобно.» Она вдруг улыбнулась — легко, по-настоящему. Просто от того, как естественно это прозвучало. Без надуманных поводов, без подводных смыслов. Она ответила: «Да, конечно. Я как раз выезжаю из YG и еду домой. Как раз успею к твоему приезду.» Палец задержался на экране чуть дольше, чем нужно. Будто не хотелось отпускать этот момент. Ночь. На улице. Возле дома Дженни. Машина остановилась у ворот. Где-то вдали шумел ночной Сеул, но здесь, на тихой улочке, всё будто замедлилось. Тэхен выключил двигатель, положил руки на руль и несколько секунд просто сидел. На пассажирском сиденье лежала кофта Дженни — аккуратно сложенная, мягкая, пахнущая её парфюмом и чем-то ещё — знакомым, живым. Он сам не до конца понимал, зачем написал ей именно сегодня. Кофта могла подождать. Но ему хотелось найти повод. Увидеть её. Пусть на минуту. Пусть просто у машины. Без ожиданий. Он взял кофту в руки, задержал взгляд на ткани, сжал её пальцами, словно впитывая в себя остатки тепла. В этот момент дверь ворот открылась. Дженни вышла — в лёгкой серой куртке поверх худи, в джинсах и кроссовках, с небрежным пучком на голове. В руках — телефон, который она тут же убрала, заметив его. Он вышел из машины, стараясь не нарушать тишину. Они встретились где-то посередине. Во взгляде — не вспышка, не неловкость. А уверенное, спокойное “ты здесь — и это правильно”. Тэхен слегка поднял кофту, будто вручая что-то важное, но с тёплой полуулыбкой: — Вот она. Потеряшка. Дженни усмехнулась, взяла вещь из его рук. Их пальцы на секунду соприкоснулись, и она чуть задержала это касание, не спеша. — Спасибо, — негромко сказала она. — Даже не верится, что могла забыть её у тебя. — Значит, должна была вернуться, — ответил он чуть тише, сам удивляясь, что сказал это вслух. Она подняла на него глаза. Взгляд — прямой, чуть уставший, но ясный. — Я рада, что вернулась. Они замолчали, но в этой тишине не было неловкости. В ней было всё — и признание, и спокойствие, и что-то ещё, пока не оформленное в слова. Тэхен глубоко вдохнул и, убрав руки в карманы, добавил: — Отдыхай. Ты выглядишь как человек, который наконец выспался. Дженни слегка рассмеялась, прижимая кофту к себе: — Есть немного. Спасибо, Тэхен. За всё. Он кивнул. Она сделала шаг назад и пошла к дому. Он остался стоять, глядя ей вслед. Когда дверь за ней закрылась, он сел в машину, наклонился вперёд и на мгновение прижался лбом к рулю. В груди было тихо, чуть тревожно, но спокойно. Он всё понимал. Но пока не называл это вслух. Знал только одно: рядом с ней было легче дышать. Она закрыла дверь, не включая свет. Остановилась в полутьме, всё ещё держа в руках кофту. Медленно прошла в гостиную, нащупала выключатель. Мягкий жёлтый свет заполнил комнату, подсвечивая знакомые вещи — кресло, плед, книги. Всё было на своих местах, но казалось другим. Более тёплым. Более живым. Она разулась, сняла куртку, аккуратно положила её на спинку стула, опустилась на диван и положила кофту на колени. Ткань скользнула по пальцам — мягкая, чуть прохладная. Пахнущая его машиной, осенним воздухом и чем-то, что она не могла точно описать. Она провела ладонью по поверхности, потом вдруг, почти машинально, прижала её к груди. Не крепко. Не с надрывом. Просто… по-настоящему. Так, как держат что-то важное. То, что напоминает: ты не одна. То, что оставляет тепло. Она сидела так долго. Чай на столике давно остыл. Глаза были прикрыты. Без слёз. Без истерик. Без мыслей на завтра. Она глубоко вдохнула запах ткани, почти невидимый, но очень настоящий. И чуть улыбнулась. Не для кого-то. Не потому что надо. А потому что сейчас — ей было хорошо.