33

Студия уже давно должна была опустеть, но они всё ещё работали. Музыка стояла на паузе, зато разговоры тянулись по кругу: куски аранжировки, правки, ещё один прогон. Тэхен сидел на полу у стены, вытянув ноги, и машинально крутил в руках телефон, больше слушая, чем участвуя. Экран загорелся Дженни. Он открыл сообщение не спеша, но внимание собрало его мгновенно. Селфи было простое. Она лежала на боку, укрытая одеялом почти до подбородка, видна только часть лица. Без макияжа, без позы, домашняя, спокойная. Подпись: «Спокойной ночи, Тэхен. Не засиживайся». Он выдохнул и опустил взгляд. Не улыбка, скорее короткое внутреннее «ладно, понял». Как будто его кто-то мягко одёрнул за рукав. Тэхен быстро набрал ответ: «Увидел. Ещё немного и поеду. Спокойной ночи». Он убрал телефон рядом с собой, экраном вниз, и поднялся, чтобы вернуться к ребятам. Намджун в этот момент как раз обвёл всех взглядом, не рассеянно, а внимательно. Он видел всё, как Чимин трет шею, как Джин зевает, не прикрываясь, как Юнги сидит молча дольше обычного, а Чонгук уже третий раз промахивается по ритму. — Всё, — спокойно сказал Намджун, не повышая голоса. — Хватит на сегодня. — Мы же ещё… — начал было Хосок. Намджун покачал головой. — Нет. Все устали. Завтра продолжим, толку сейчас всё равно не будет. Никто не спорил. Это был не приказ и не забота напоказ, просто точное решение в нужный момент. Парни начали собираться, будто только и ждали, что кто-то это скажет вслух. Тэхен накинул куртку, поправил капюшон и, проходя мимо Намджуна, поймал его взгляд. Тот ничего не сказал, лишь едва заметно кивнул, как лидер, который всё понял и не считает нужным комментировать. Выходя из студии, Тэхен снова на секунду задержался, проверяя телефон. Новых сообщений не было и это тоже было нормально. Он убрал его в карман и пошёл к выходу вместе с остальными. Утро в репетиционном зале началось непривычно тихо. Свет ещё был мягкий, не режущий глаза, большие окна затянуты серым корейским небом. Музыка не играла, только шорох кроссовок по полу, звук растяжки, приглушённые зевки. Ребята уже были здесь: Чонгук сидел у зеркала и медленно тянул плечо, Чимин разминал голеностоп, Юнги полулежал на полу, уткнувшись в телефон, Джин что-то негромко бормотал себе под нос, а Намджун листал планшет, проверяя план на день. Дверь открылась. Тэхен вошёл без шума, в руках у него был поднос с бумажными стаканами. Запах кофе почти сразу разошёлся по залу. — Доброе, — коротко сказал он, ставя поднос на стол у стены. Несколько взглядов поднялись одновременно. — Ты что, бариста теперь? — первым отозвался Джин, подходя ближе и беря стакан. — О, американо. Нормально. — Спаситель, — Чимин выдохнул с облегчением и обхватил стакан двумя руками. — Я сегодня вообще не человек. — Мм, — Юнги даже не встал, но протянул руку. — Это единственная причина, по которой я согласен жить. Чонгук взял свой кофе молча, но посмотрел на Тэхена чуть дольше обычного. — Спасибо, хён. Намджун тоже подошёл, взял стакан, кивнул: — Вовремя. Тэхен пожал плечами, будто ничего особенного не сделал, и сел на пол рядом с зеркалом, вытянув ноги. Он сделал глоток своего кофе и на секунду прикрыл глаза. — Ты рано сегодня, — заметил Хосок, присаживаясь рядом. Пока они растягивались, обменивались короткими фразами, кто-то шутил вполголоса, кто-то просто молчал, зал постепенно наполнялся тем самым ощущением команды. Просто люди, которые долго идут вместе и умеют чувствовать друг друга по мелочам. Намджун допил кофе и хлопнул ладонями — Ладно. Десять минут — и начинаем. Не рвёмся, сначала аккуратно. Тэхен отставил пустой стакан к стене, достал телефон и, не отходя далеко, быстро набрал сообщение. Не задумываясь слишком долго, как будто это было самым естественным утренним действием. «Утро. Мы уже в зале. Кофе выпил, думаю, день можно пережить.» Он отправил и почти сразу убрал телефон, не дожидаясь ответа. Улыбка мелькнула сама собой. Потом он выдохнул и наклонился вперёд, переходя к растяжке. Музыки всё ещё не было. Только дыхание, скрип пола и редкий счёт Намджуна, который негромко отсчитывал секунды. Тэхен медленно тянул спину, чувствуя, как тело постепенно включается в работу. Мысли, которые ещё минуту назад крутились вокруг личного, сами собой отошли на второй план, включился привычный режим концентрации. Дверь зала открылась, и внутрь вошёл хореограф. — Доброе утро, — коротко сказал он, оглядывая всех. — Начинаем сразу. Музыка включилась резко, заполняя пространство плотным битом. Атмосфера мгновенно изменилась. Расслабленность сменилась собранностью. Ребята поднялись, выстроились, каждый занял своё место. Движения отработанные, почти автоматические. — С пятого счёта, — прозвучало со стороны зеркал. Тэхен сделал шаг вперёд, поймав ритм. Тело слушалось, не идеально, но честно. Иногда ловил своё отражение в зеркале и видел сосредоточенное лицо, чуть нахмуренные брови. Где-то между повторами, пока хореограф объяснял правку, телефон на полу завибрировал. Тэхен не посмотрел сразу. Только после следующего прогона, когда дали минуту передохнуть, он подошёл, поднял экран. Сообщение от Дженни. Он прочитал и уголки губ снова предательски дрогнули. Ничего лишнего. Просто ощущение, что она рядом, даже если физически далеко. Он убрал телефон обратно и вернулся в линию как раз в тот момент, когда хореограф хлопнул в ладони — Ещё раз. С начала. Музыка пошла по новой. А Тэхен поймал себя на мысли, что сегодня репетиция даётся легче обычного. Скорее всего потому что внутри было тихо и устойчиво. Кай первым понял, что что-то идёт не так. Это не было чем-то конкретным, ни новостью, ни звонком, ни сообщением из прессы. Скорее ощущение. Раздражающее, липкое чувство, что их расчёт не сработал так, как должен был. Он сидел у себя дома, развалившись на диване, телефон лежал на груди. Лента новостей обновлялась снова и снова. Заголовки были, обсуждения были, но не те. Не было паники. Не было хаоса. Не было той самой реакции, ради которой всё затевалось. — Слишком тихо, — пробормотал он, больше себе, чем вслух. Миён ходила по комнате босиком, в растянутой кофте и коротких шортах. Волосы собраны кое-как, движения резкие. Она остановилась у окна, скрестила руки на груди. — Они должны были поссориться, — сказала она раздражённо. — Это логично. Любой нормальный человек начал бы сомневаться. Кай усмехнулся, но в улыбке не было веселья. — А если они, наоборот, сблизились? Миён резко обернулась. — Нет. Не надо. — В её голосе проскочило что-то нервное. — Ты сам говорил, что у них ничего серьёзного. Что это временно. Что они не выдержат давления. — Я говорил, — кивнул он. — Но я рассчитывал, что это будет выглядеть… болезненнее. Он сел ровнее, провёл рукой по лицу. Эго неприятно саднило. Его бесило не то, что Дженни могла быть счастлива. Бесило, что она не сломалась. Не металась. Не возвращалась. Не сомневалась публично. Миён сжала губы. — Она должна была испугаться. Начать закрываться. Отдалиться от него. — А если она, наоборот, решила, что будет держаться за то, что у неё есть? — медленно сказал Кай, глядя куда-то в пол. Эта мысль злила сильнее всего. Миён подошла ближе, села рядом с ним. — Значит, нужно усилить, — прошептала она. — Они думают, что это конец? Пусть это будет только начало. Кай посмотрел на неё сверху вниз. В глазах холодный блеск. — Осторожно. Если перегнём они не развалятся. Они закроются от всех. И тогда мы вообще потеряем влияние. Миён отстранилась, раздражённо вздохнула. — Меня бесит, что он спокоен. — Меня — что она, — коротко ответил Кай. На секунду между ними повисла тишина. Кай первым отвёл взгляд. — Значит так. Мы смотрим. Ждём. И если они и правда думают, что победили… — он усмехнулся. — Тем больнее будет падать. Миён кивнула, но внутри у неё всё сжималось от злости. Потому что где-то глубоко она уже начинала понимать, их план не просто не работает, он может сделать ровно противоположное Репетиционный зал жил своим привычным утренним ритмом. Приглушенный свет, отражения в зеркалах, размеренный стук кроссовок о пол. Тэхен как раз заканчивал связку, когда дверь зала тихо открылась. Менеджер вошёл без спешки. Он скользнул взглядом по залу, коротко кивнул хореографу, а потом поднял руку и показал жестом — Тэхен, на минутку. В кабинет. Музыка остановилась. Хореограф тут же нахмурился, скрестив руки на груди. — Серьёзно? Мы только вошли в темп, — проворчал он, но без настоящей злости. Менеджер усмехнулся, чуть приподняв бровь. — Обещаю вернуть в целости и сохранности. Я тоже не фанат ломать тебе репетицию. — Конечно, — фыркнул хореограф. — Вы, менеджеры, всегда так говорите. Тэхен бросил быстрый взгляд на ребят, словно извиняясь, и уже собирался выйти, но хореограф поднял ладонь. — Ладно, — выдохнул он. — Пока сделаем одиночную чистку. — Он обернулся к зеркалам. — Начинаем с Намджуна. — А почему всегда с меня? — тут же откликнулся Намджун, изображая обречённость, но в уголках губ появилась улыбка. — Потому что лидер, — невозмутимо ответил хореограф. — Логично, — пробормотал Юнги, делая шаг назад и усаживаясь на пол. — Пусть страдает первым. — Гуманно, — хмыкнул Джин. — Очень поддерживающая команда. Чимин тихо рассмеялся, а Чонгук, разматывая бинт на запястье, бросил вслед Тэхену короткий взгляд, внимательный, но без вопросов. — Так, — хлопнул в ладони хореограф. — Намджун, в центр. Остальные смотрим и не делаем вид, что вы не учились этому много лет. — Мы просто морально поддерживаем, — заявил Хосок, усаживаясь рядом с Юнги. — Морально ты поддерживаешь, когда молчишь, — отрезал хореограф, но уголок его рта дрогнул. Потому что знал, что Хосок прекрасный танцор и часто подмечает ошибки других Менеджер, проходя мимо зеркал вместе с Тэхеном, тихо усмехнулся: — Всё как обычно. Они без тебя не пропадут. — Я и не сомневаюсь, — ответил Тэхен спокойно, но внутри всё равно мелькнуло лёгкое напряжение. А в зале уже зазвучала музыка, и Намджун, собравшись, начал отрабатывать движения под внимательные взгляды ребят и строгий, но знакомый голос хореографа. Репетиция продолжалась. Как и всегда. Коридор был почти пустым, шаги отдавались глухо, лампы под потолком ровно гудели. Тэхен шёл рядом с менеджером, держа руки в карманах спортивной куртки, плечи всё ещё чуть напряжённые, репетиция оборвалась на самом интересном месте, да и внезапный вызов редко проходит совсем бесследно. — Как ты вообще? — как бы между делом спросил менеджер, не глядя на него, пролистывая что-то в планшете. — Нормально спишь? Не загоняешь себя? — Нормально, — ответил Тэхен спокойно. — Работаем, как всегда. Менеджер коротко хмыкнул. — Это не ответ, но я понял. Они свернули за угол, прошли мимо стеклянных переговорных. За одной из них кто-то уже обсуждал графики, за другой смеялись. Обычный офисный шум HYBE, в котором Тэхен давно чувствовал себя как дома. У двери кабинета менеджер остановился, приложил карту и жестом показал: — Заходи. Кабинет встретил их мягким светом и запахом кофе. Менеджер закрыл дверь, положил планшет на стол и только тогда внимательно посмотрел на Тэхена. Несколько секунд оценивающе, будто он видел его насквозь. Потом усмехнулся. По-доброму. — Ты чего такой напряжённый? — сказал он и, проходя мимо, легко хлопнул Тэхена по плечу. — Расслабься. Я вообще-то с хорошими новостями. Тэхен чуть выпрямился. — Да? Менеджер сел за стол, скрестил руки и, не тянув паузу специально, произнёс — Тебя пригласили на неделю моды. Официально. Париж. На секунду Тэхен просто замер. — …Что? — переспросил он, хотя прекрасно расслышал. — Неделя моды, — повторил менеджер уже с улыбкой. — Несколько домов. Всё серьёзно, всё красиво. Подробности пришлют сегодня, но в целом — готовься. Тэхен медленно выдохнул, будто только сейчас позволил себе вдохнуть нормально. На лице сначала мелькнуло недоверие, потом удивление, и только потом что-то тихо-радостное, сдержанное, но настоящее. — Это… — он запнулся, подбирая слово. — Круто. — Вот именно, — кивнул менеджер. — И заслуженно. Так что перестань выглядеть так, будто тебя сейчас отругают. Тэхен усмехнулся, опуская взгляд. — Привычка. — Отвыкай, — спокойно сказал менеджер. — Иногда хорошие новости — это просто хорошие новости. Тэхен кивнул менеджеру, поблагодарил спокойно, без лишних эмоций, так, как человек, для которого крупные события давно перестали быть чем-то из разряда «вау». За его плечами были мировые туры, обложки, контракты, сотрудничества, красные дорожки, вспышки камер, всё то, что когда-то кружило голову, а теперь воспринималось как часть профессии. Но стоило ему выйти обратно в коридор и закрыть за собой дверь, как это спокойствие дало трещину. Интерес — вот что это было. Тихий, глубокий, почти детский. Не эйфория, не шок, а то самое чувство, когда внутри щёлкает. Опять что-то новое. Другой город, другая энергия, другие лица. Париж всегда был особенным, не из-за моды даже, а из-за ощущения, что там всё происходит иначе, медленнее и одновременно ярче. И именно в этот момент мысль о Дженни всплыла сама, без усилий. Он вспомнил её голос по телефону — будничный, почти между делом: «Через неделю лечу в Париж. Неделя моды». Тогда он просто улыбнулся и сказал что-то нейтральное, не заостряя внимание. А сейчас это вдруг сложилось в одну линию. Как будто кто-то аккуратно соединил точки, которые до этого существовали по отдельности. Он замедлил шаг. Не потому что это было «судьбоносно» или слишком громко. А потому что мысль была тёплая. Мы будем в одном городе. Это ощущение неожиданно успокаивало. И в то же время подогревало интерес. Он поймал себя на лёгкой улыбке, такой какую не контролируешь, когда мысль приятная и личная. Тэхен глубоко вдохнул, расправил плечи и пошёл обратно в репетиционный зал. Работа никуда не делась, график не стал легче. Но мысль грела. Намджун вышел вперёд без лишних движений. Спокойно, как человек, который привык брать на себя первый удар. Остальные отступили к стене, расселись на полу, кто-то остался стоять, опираясь спиной на зеркало. Музыку включать не стали. — Считай, — напомнил хореограф. Намджун начал медленно, почти разложив хореографию на скелет. Пять. Шесть. Семь. — Стоп, — сразу же. — Плечи. Ты их держишь, как будто несёшь ответственность за весь зал. Сокджин тихо фыркнул: — Ну а кто, если не он? — Джин, — хореограф даже не повернулся. — Ты следующий, если не замолчишь. Лёгкий смешок, который тут же угас. Намджун кивнул, отпустил плечи и повторил. Стало чище. Спокойнее. — Вот, — сказал хореограф. — Запомни это состояние. Ты лидер не потому, что давишь. А потому что держишь. Намджун отошёл, выдохнув. — Хосок. Хосок вышел почти автоматически, с привычной уверенностью. Его движения были точными, пружинящими, но хореограф остановил его на середине. — Слишком красиво, — сухо сказал он. — Ты танцуешь, как будто на камеру. Но сейчас мне нужна геометрия. Хосок прикусил губу, кивнул и повторил строже, суше, без улыбки. — Чимин, ты следующий Чимин вышел и уже через пару счётов его остановили. — Ты убегаешь вперёд, — сказал хореограф. — Эмоция раньше тела. — Я стараюсь держать, — тихо ответил Чимин. — Я знаю. Поэтому и останавливаю. Сначала движение. Потом чувство. Чимин глубоко вдохнул, закрыл на секунду глаза и начал сначала. На этот раз сдержаннее. В этот момент дверь зала тихо открылась. Тэхен вернулся. Он вошёл без шума, сразу остановился у стены, не вмешиваясь. Сначала просто наблюдал. Чимин как раз заканчивал фрагмент. — Лучше, — кивнул хореограф. — Так и оставь. Он заметил Тэхена в зеркале. — Вернулся? Отлично. Подожди минуту. В зал зашёл ещё один человек, ассистент хореографа, с планшетом в руках. Он что-то быстро прошептал главному, тот кивнул. — Продолжаем, — сказал хореограф. — Джин. Тэхен остался у стены, вытирая ладони о штаны. Когда очередь дошла до него, хореограф наконец повернулся — Тэхен. Теперь ты. Тэхен вышел в центр зала, поймал своё отражение в зеркале и начал. Музыка пошла с первого такта. Тэхен вошёл в движение сразу. Тело уже знало, что делать. Он танцевал собранно, чище, чем утром, будто разговор с менеджером не выбил, а наоборот. — Стоп, — хореограф поднял руку ближе к концу связки. Тэхен замер, тяжело дыша, но взгляд держал прямо. Хореограф подошёл ближе, посмотрел сначала на него, потом в зеркало. — Ты сегодня другой. Тэхен чуть усмехнулся уголком губ: — В хорошем смысле? — В рабочем, — ответил тот. — Ты не выдавливаешь из себя. Ты ведёшь. Он сделал шаг назад. — Повтори с четвёртого счёта. И не теряй это состояние. Тэхен кивнул и повторил. На этот раз движения стали ещё тише, глубже. Меньше внешнего эффекта, больше внутреннего контроля. С боку Намджун едва заметно кивнул. Хосок, сидевший на полу, сложил руки на коленях и внимательно следил. Чимин прикусил губу, не от напряжения, а от концентрации. — Хорошо, — сказал хореограф наконец — Продолжаем, Чонгук. Чонгук без слов вышел в центр. Он не разминался, просто встал, чуть качнул плечами, будто проверяя тело, и поднял взгляд. Музыка пошла. Он двигался собранно, точно, без лишних украшений. Каждый шаг выверенный, каждый поворот на счёт. Не старался произвести впечатление, просто делал так, как должно быть. В зале стало заметно тише. — Стоп, — хореограф подошёл ближе. — Здесь корпус раньше. Чонгук кивнул. — Понял. Повторил. Лучше. — Ещё раз, — спокойно сказал хореограф. Третий прогон был чистым. Хореограф удовлетворённо кивнул. — Всё. Спасибо. Чонгук отошёл к остальным, взял бутылку воды, сделал пару глотков и встал рядом с Тэхёном. — Хорошо поработали, — хореограф хлопнул в ладони. — На сегодня достаточно одиночной чистки. Собираемся. Проходим кусок вместе. Парни поднялись почти синхронно, без слов. Встали на позиции. Музыка пошла снова. Теперь это уже не была сумма отдельных движений. Это было цельно. Даже стафф, стоявший у стены, переглянулся. То самое редкое ощущение, когда репетиция вдруг «собралась». После последнего счёта в зале повисла тишина, нарушаемая только дыханием. Чонгук согнулся, уперев руки в колени, тяжело выдохнул, потом выпрямился и сделал глоток воды. Он выглядел вымотанным, но довольным. — Вот, — спокойно сказал хореограф. — Запомните это. Не темп. Не форму. А ощущение, что вы друг друга держите. Менеджер, стоявший у двери, кивнул: — Хорошая работа. Не затягиваем. Восстановление тоже часть графика. — Слышали? — Намджун обернулся к ребятам. — Он сказал «не затягиваем». Это официальное разрешение уйти вовремя. — Чудеса, — пробормотал Юнги, поднимая бутылку с водой. — Запишу этот день. — Я согласен, — добавил Чонгук неожиданно серьёзно. — Это был хороший прогон. Хосок усмехнулся: — Когда Чонгук говорит «хороший», значит реально хороший. Лёгкий смех разрядил напряжение. Тэхен отошёл к своей сумке, вытер шею полотенцем. Телефон завибрировал в кармане. Короткое сообщение Он взял телефон, быстро набрал ответ, убрал его обратно и, закинув сумку на плечо, вернулся к ребятам. Чонгук поймал его взгляд, ничего не сказал, только слегка приподнял бровь и кивнул. — Пошлите, — сказал Намджун, оглядывая всех. — Еда, душ и сон. Тэхён вышел из здания уже без спешки, когда коридоры заметно опустели. Воздух снаружи был прохладным, бодрящим. Он достал телефон, набрал сообщение, не особо раздумывая, будто это самое естественное действие «Мы в силе сегодня вечером?» Отправил и на секунду задержал взгляд на экране, прежде чем убрать телефон в карман. — Эй, — окликнул его Хосок, уже на выходе к парковке. — Мы думали пообедать вместе. Ты с нами? Тэхён остановился, обернулся, чуть улыбнулся, спокойно, без объяснений. — У меня кое-какие дела. Намджун бросил на него короткий взгляд. Не прищурился, не усмехнулся. Просто понял. — Тогда не пропадай, — сказал он. — Отдохни хоть немного. — Постараюсь, — ответил Тэхён искренне. Юнги махнул рукой: — Счастливого «дела». Тэхён тихо хмыкнул, кивнул всем по очереди и пошёл к машине. Уже за рулём телефон завибрировал. «В силе. Я буду дома к вечеру» Он не сразу ответил. Просто выдохнул, откинулся на спинку сиденья и на секунду закрыл глаза. «Тогда заеду» — напечатал он. — «Напишу, когда буду подъезжать.» Дорога домой была короткой, но мысли всё равно возвращались к вечеру впереди. Тэхён провернул ключ в замке, щёлкнул выключатель и шагнул внутрь. Дверь закрылась за спиной глухо и надёжно. Ключи он по привычке положил на узкую тумбу в прихожей, рядом с кошельком и наушниками. Легкую куртку стянул не сразу, сначала расстегнул молнию, потом плечи, будто стряхивая с себя прохладу улицы. Он повесил её на крючок, машинально поправив рукав. Он прошёл в спальню, не включая яркий свет, только настольная лампа, приглушённая. Остановившись у стула, снял футболку через голову. Он аккуратно повесил её на спинку стула, как делал всегда, когда не хотел бросать вещи где попало. Потом направился в ванную. Холодная керамика под ладонями, щелчок крана. Он тщательно вымыл руки, будто смывая с них день. Репетиции, коридоры, разговоры. Вода была прохладной, бодрящей. Он наклонился к раковине, умылся, позволив каплям стекать по лицу, и несколько секунд просто стоял, опираясь на край, глядя на своё отражение. Он вытер лицо полотенцем, аккуратно, без спешки. Прошёл на кухню, щёлкнул выключателем. Белый свет сразу сделал пространство чуть строже, чем хотелось. Подошёл к холодильнику, открыл дверцу и несколько секунд просто смотрел внутрь. Пусто. Пара яблок на верхней полке, связка бананов сбоку, бутылки воды, аккуратно расставленные лекарства и витамины. Всё по делу, всё функционально. Никакой еды. Он коротко усмехнулся, типично. Тэхён достал бутылку, открутил крышку и сделал несколько глотков прямо так, стоя у открытого холодильника. Холодная вода приятно прошла по горлу. Он закрыл дверцу, оперся бедром о столешницу и ещё секунду постоял, будто прислушиваясь к себе. Мысль о встрече всплыла сама собой. Он посмотрел на часы, прикинул время, кивнул сам себе и развернулся обратно в коридор. Решение пришло спокойно и без колебаний. — Душ, — тихо пробормотал он, скорее для себя. В ванной он включил воду заранее, пока она набирала нужную температуру. Шум струй заполнил пространство, отсекая всё лишнее. Он стянул остатки одежды, не спеша, и шагнул под поток. Тёплая вода легла на плечи, скользнула по спине. Тэхён прикрыл глаза и выдохнул. Напряжение, накопившееся за день, начало отпускать. Он провёл рукой по волосам, откинул их назад и на мгновение позволил себе просто стоять так, под струями, ни о чём не думая Репетиция закончилась резко, последний счёт, короткое «на сегодня всё» от хореографа, и зал сразу наполнился шумом шагов, вздохов, голосов. Дженни машинально потянулась, чувствуя, как тянет мышцы, и быстро перекинула полотенце через плечо. — Ты куда так летишь? — бросила Лиса, закрывая бутылку с водой. — Домой, — ответила Дженни, уже подхватывая сумку. — Мне нужно успеть. Увидимся завтра, девочки. Она говорила спокойно, но внутри всё подгоняло. В голове уже складывался чёткий порядок действий: доехать, душ, волосы, одежда. Времени было впритык. В коридоре она шла быстрым шагом, почти не замедляясь, приветливо кивая стаффу. Телефон в руке завибрировал — короткое сообщение от менеджера с напоминанием о завтрашнем графике. Дженни прочитала его на ходу, ответила «поняла» и убрала телефон обратно, ускорившись ещё сильнее. На парковке уже ждала машина. Она быстро села на заднее сиденье, скинула кепку и откинулась на спинку, закрыв глаза буквально на пару секунд. Тело гудело после репетиции, но усталость была привычной, рабочей. — Домой, — сказала она водителю. Дома она оказалась быстрее, чем ожидала. Сбросила кроссовки у двери, не включая свет в прихожей, прошла сразу в спальню и кинула сумку на стул. Куртка полетела на край кровати. Дженни направилась в ванную, уже на ходу стягивая резинку с волос. Горячая вода ударила по плечам, смывая напряжение дня. Она наклонила голову под струю, закрыла глаза и позволила себе эти несколько минут тишины. Выйдя из душа, она быстро вытерла волосы полотенцем, накинула домашний халат и прошла обратно в комнату. Открыла шкаф, пробежалась взглядом по одежде Она села за туалетный столик и на секунду просто замерла, глядя на своё отражение. Тёплый свет лампы мягко ложился на лицо, подчёркивая свежесть кожи, спокойный взгляд, лёгкий румянец после душа. Дженни поймала себя на мысли, что давно не смотрела на себя вот так, без привычного критичного прищура, без усталости в глазах. Ей нравилось то, что она видела. Не внешне даже, а внутренне. В отражении больше не было той зажатости, той тревожной тени, которая преследовала её последние месяцы прошлых отношений. Исчезла болезненная настороженность, будто она всё время ждала, что станет хуже. Вместо этого спокойствие. Она чуть улыбнулась сама себе. Дженни потянулась к фену, включила его, а другой рукой нажала кнопку на колонке. Комната наполнилась негромкой музыкой, такой под которую удобно собираться и думать. Поток тёплого воздуха раздвинул влажные пряди, и она медленно проводила пальцами по волосам, не торопясь, наслаждаясь моментом. Высушив волосы, Дженни выключила фен и на пару секунд просто провела ладонями по прядям проверяя, сухие, мягкие, послушные. Волосы легли именно так, как ей нравилось в последнее время, без лишней укладки, естественно, будто она и не старалась. Она села обратно к зеркалу и потянулась к косметичке. Движения были спокойными, выверенными, не из привычки «прятать усталость», а скорее подчеркнуть то, что уже есть. Немного тона, совсем чуть-чуть консилера под глаза, чтобы сгладить тени от насыщенных дней. Лёгкий румянец, капля хайлайтера на скулы. Она задержалась на ресницах дольше обычного, аккуратно прокрашивая их, а потом добавила на губы нейтральный тинт. Глядя в зеркало, она кивнула сама себе. Дженни поднялась и подошла к кровати, где аккуратно была разложена одежда. В итоге переоделась: мягкие брюки, которые красиво садились по талии, простой топ и сверху тёплый кардиган, в котором было уютно и по-домашнему спокойно. Она подошла к зеркалу уже в полный рост, поправила ворот, слегка одёрнула рукава. Музыка тихо играла на фоне, а внутри росло лёгкое, тёплое предвкушение. Тэхен вышел из душа, на ходу вытирая волосы полотенцем. В ванной ещё держался тёплый пар, зеркало было запотевшим, и он машинально провёл по нему ладонью, оставляя прозрачную полосу. Волосы он не стал сушить феном, просто взъерошил пальцами, позволяя им высохнуть самим, как делал почти всегда, когда не спешил на съёмки. Он вернулся в спальню, надел чистую футболку, затем тёмные брюки, привычно застегнул ремень. Подойдя к туалетному столику, он на секунду задержался, глядя на своё отражение. Потом потянулся к флакону с парфюмом. Один короткий пшик на шею, второй на запястье, он легко коснулся ими друг друга, давая аромату раскрыться. Следом он надел часы, застегнув ремешок привычным движением, и, почти не задумываясь, выбрал кольцо, то самое, которое часто носил вне сцены. Тэхен сел на край кровати и снова взял телефон в руки. Экран загорелся мягким светом, отражаясь в его взгляде. Он пролистал контакты и остановился на одном имени, знакомом, проверенном, из тех, кто никогда не задаёт лишних вопросов и понимает всё с полуслова. Он набрал номер. — Да, — ответили почти сразу, на фоне слышались приглушённые голоса и звон посуды. — Привет, это Тэхен, — сказал он спокойно, понижая голос скорее по привычке, чем из необходимости. — Слушай, нужна помощь. — Вечер добрый, — в трубке прозвучала лёгкая улыбка. — Уже понял. Когда и сколько? Тэхен усмехнулся краем губ. — Сегодня. На двоих. Нужно что-то максимально спокойное. Без лишних глаз. — Понял, — без паузы ответили ему. — Закрытая зона, дальний стол. За шторой. Камер нет, персонал свой. — Идеально, — Тэхен на секунду прикрыл глаза. — Ближе к девяти получится? — Конечно. Я всё организую. Как обычно? — Да, — коротко ответил он. — Спасибо. Очень выручаешь. — Для тебя — всегда. Звонок закончился. Тэхен ещё пару секунд смотрел на потухший экран, будто прокручивая в голове предстоящий вечер, затем поднялся. В прихожей он надел куртку, проверил карманы. Ключи, телефон, бумажник. Щёлкнул замок, и дверь за ним тихо закрылась. Он сел в машину, завёл двигатель, дал ему пару секунд прогреться и выехал со двора, вливаясь в редкий поток машин. Руки уверенно легли на руль, взгляд был сосредоточенным. Он включил музыку тихо, почти фоном, и направился в сторону её дома. По дороге он чуть сбросил скорость и, не раздумывая долго, свернул к небольшому цветочному магазину, который знал давно. Не пафосному, без витрин «на показ» Он припарковался у обочины и быстро вышел из машины, запахнув курточку. Колокольчик над дверью мягко звякнул. — Добрый вечер, — сказала девушка за прилавком. — Мне нужен небольшой букет, — сразу сказал Тэхен. — Нежный. Не слишком яркий. Она кивнула, окинув его быстрым, понимающим взглядом. — Для свидания? Он чуть улыбнулся, почти незаметно. — Да. Она собрала аккуратный букет: светлые цветы, мягкие оттенки, ничего лишнего. Тэхен внимательно посмотрел, затем кивнул. — Вот этот. Расплатившись, он вышел обратно на улицу, держа букет в одной руке. На секунду остановился, будто проверяя себя, всё ли правильно. И тут же усмехнулся, слишком много думает. Рядом был небольшой магазин. Он зашёл туда следом, быстро прошёлся между полками и взял простую шоколадку, не вычурную, ту, которую удобно держать в руке и легко разделить на двоих. Через пару минут он снова сел в машину. Букет аккуратно положил на пассажирское сиденье, шоколадку рядом. Бросил на них короткий взгляд, и выехал обратно на дорогу. Он подъехал к её дому медленно, почти осторожно, будто не хотел спугнуть этот вечер. Частный сектор был тихим, фонари мягко освещали дорогу. Тэхен остановился у ворот и коротко посигналил, чтобы она услышала. Затем вышел из машины и, не закрывая дверь, наклонился к пассажирскому сиденью, бережно взял букет. Дверь дома открылась почти сразу. Дженни вышла во двор, прикрыла за собой калитку, щёлкнул замок. Она повернулась и её лицо тут же словно зажглось изнутри. Нежная, тёплая улыбка, в которой было всё. Радость, удивление, что-то очень личное. Она подошла к нему, протягивая: — Тэхен… Он успел только сделать шаг навстречу, как она увидела цветы. — Мне очень приятно, правда. Спасибо. Взяв букет она немного опустила лицо в него, вдохнула аромат, задержалась на секунду дольше, чем нужно. Тэхен невольно улыбнулся, глядя на неё, на то, как искренне она радуется такой простой вещи. Дженни подняла взгляд и в следующий момент уже обняла его за шею. Без раздумий, легко, будто это было самым естественным жестом на свете. Он тут же притянул её к себе за талию, прижал ближе, на мгновение закрыв глаза, вдыхая её запах, знакомый, успокаивающий. Она чуть отстранилась, всё ещё улыбаясь. — Я быстренько отнесу их домой, ладно? Он кивнул. — Конечно. Дженни развернулась и почти вприпрыжку побежала к дому, счастливо улыбаясь самой себе. Уже у двери он не удержался и выкрикнул: — Не торопись, аккуратнее! Она обернулась, махнула ему рукой и скрылась внутри. Тэхен остался у машины, опершись о дверь, с мягкой улыбкой, которая не сходила с лица. Через несколько минут она снова вышла уже без цветов, но всё с тем же светом в глазах. Подошла к нему, и они вместе сели в машину.