***

- Узнаешь-узнаешь, Садиш! – лицо Салиха перекосило то ли от ярости, то ли от отчаяния. – И адрес узнаешь, и имя! - А зачем, Салих? – она скривилась и скрестила руки на груди. – Чтобы ты его убил? Ничего я тебе не скажу! - Не своди меня с ума, Саадет! Я еле держусь! Меня трясёт! Неужели ты так хочешь этой свадьбы? – он готов был упасть перед ней на колени и умолять этого не делать. Саадет прекрасно понимала его отчаяние. Как будто от неё что-то зависело! - Я хочу? Я? – от переполнявшего её возмущения голос неестественно зазвучал на два тона выше. – Тогда позволь мне спросить: как, по-твоему, мы пришли к такому концу? Я посреди двух вулканов. Они по очереди взрываются, а страдает крыша моего дома! – в глазах у неё защипало. – Кому из вас интересно чего я хочу, а? – она пронзительно посмотрела на него. Отчего-то Салиху в один миг стало так стыдно перед ней, что он опустил глаза. - Вот поэтому я тебе ничего не скажу! Я не чья-то собственность и не чемодан с деньгами! Не ящик с оружием и пакет с… Ну, ты понял. Салих стыдливо кивнул головой, всё ещё не смея взглянуть на неё. Саадет некоторое время внимательно рассматривала его, после чего сказала: - Ты как порох, вспыхиваешь от одной искры, - она вздохнула. – Когда успокоишься, тогда и поговорим. Где мой дом, ты знаешь. Он резко поднял голову, но Саадет уже бежала в противоположную сторону. Салих всё прекрасно понимал, но его раненое сердце изо всех сил старалось удержать всё то светлое, что когда-то было в его жизни. Конечно, она не захочет быть рядом с ним, не видит будущего рядом с ним… Салих шумно вздохнул и прикрыл глаза. Где её дом, он знает. И это её слова. *** Саадет уже переоделась в пижаму, легла в кровать и погасила ночник. Сон никак к ней не шёл. Даже в тёмной комнате висевшее напротив неё свадебное платье слепило глаза и напоминало о неминуемой участи. А Салих вообще ей никак не помогает! Ему лишь бы людей убивать! Тихий стук в дверь заставил её напрячься. В любой другой день она, возможно, даже не услышала бы его, но сегодня она сама сказала ему: «где мой дом, ты знаешь». В дверь больше не стучали, но она чувствовала его присутствие даже за закрытой дверью. - Успокоился? – она старалась придать своему голосу невозмутимый тон, но вот как заставить своё сердце перестать петь от радости, она не знала. - Не уверен, - честно признался он. – Как подумаю об этой помолвке… - Оружия нет? – она нахмурила брови. - Есть, - он снова опустил глаза. Понимал, что порог её дома нельзя переступить, имея пистолет за пазухой, но не хотел её обманывать. – Вечно с тобой что-то может случиться! Сначала это вооружённое нападение, потом похищение это, теперь вот… помолвка, - когда он произносил это ужасное слово, то ощущал тошноту. – Каждый раз кто-нибудь норовит забрать тебя у меня и вырвать моё сердце. - То есть, без оружия никак? – Саадет вздохнула. – Можешь его хотя бы в комнату не брать? Он резко взглянул на неё: - В комнату? – неужели впустит? - Просто… там сейчас столько… всякого, что мне и самой иногда хочется взять в руки пистолет… - она отошла, позволяя ему пройти. Салих чувствовал, как у него дрожат ноги. Сколько же сил ему понадобится, чтобы из этой комнаты выйти?.. Саадет протянула руку. Он вложил в неё свой пистолет. Она спрятала его в выдвижной ящик высокого комода. Чтобы в случае чего его можно было быстро достать. - Чай будешь? - Ага, - он пытался хоть что-то рассмотреть в кромешной темноте. Но ему было достаточно того, что в этом доме всё было пропитано ею. Если он дотронется до любого предмета, до любой стены, то почувствует, что и она много раз дотрагивалась до всего этого. - Садись, - она отодвинула табуретку, чтобы он сел. Кухня была слишком маленькой. И хоть они находились на разных концах – он за столом ближе к двери, а она у плиты возле окна, она ощущала его так, словно он стоял совсем рядом. Ах, не получится у них ничего. Опять порох вспыхнет. На этот раз она сама виновата. - Мы так и будем в темноте сидеть, - вроде бы это был вопрос, но Салих произнёс его утвердительно. - Пусть все думают, что я сплю. Не побеспокоят меня, - пояснила Саадет, хотя он в этих объяснениях не нуждался. Все свободные вечера он проводил, наблюдая за тем, как горит свет в её окнах. Думал о том, заснула ли она, когда выключила свет. Или плакала всю ночь. Совсем он о ней не думает, она совершенно права. - Как ты? – шёпотом спросила она и пояснила: - Почему так тяжко вздыхаешь? - Я скажу Медету, чтобы в этот чёрный день он меня связал, - пообещал он. – Потому что моя боль сильнее меня. Поэтому я не смог тогда уйти с тобой. Саадет молчала. - Хорошо, - она с негромким стуком поставила чашку на стол. – Допустим, ты его убьёшь. Отец Идрис мне нового жениха найдёт. Что тогда будешь делать? - Я их всех убью, - честно ответил Салих и невозмутимо сделал глоток остывшего чая. - Значит, не успокоился, - сделала вывод Саадет и шумно вздохнула. Салих наклонился к ней в попытках разглядеть её лицо в тусклом лунном свете, но она отвернулась. Заплакала. - Садиш, - он поднялся, обошёл стол, сел перед ней на корточки, взял за руки. Вопреки его ожиданиям она не стала вырываться, а лишь крепче сжала его руки. Так человек, тонущий в болоте, хватается за соломинку и верит, что это его спасёт. – Ты не видишь? Я в отчаянии! - Ах, зачем ты приехал? – продолжала всхлипывать она. – Зачем позвонил? Зачем заставил надеяться? Он и сам не знал ответа на эти вопросы. - Отец Идрис всё равно заберёт меня, не оставит это дело. Ты и сам знаешь. Дальше будет только хуже. Салих молчал. Ему нечего было на это ответить. - Я уже со своей участью смирилась, - она всхлипнула и посмотрела ему в глаза. – Ты толкнул меня в эту пропасть, ты ведь это знаешь? - Тогда я прыгну в эту пропасть вслед за тобой! – он решительно поднялся со стула и направился в коридор. К верхнему выдвижному ящику. - Салих! Что ты будешь делать? – погрузившись в пучину сердечных страданий, она совсем забыла о главной причине, по которой она его позвала. Салих сказал, что он в отчаянии, но сдерживать его ему становилось всё труднее. - Я убью его! Кем бы он ни был! - Постой! Прошу тебя! – она крепко схватила его за руки. Он на секунду замер и внимательно на неё посмотрел. Это казалось ей сумасшествием, но, как она уже сказала ранее, со своей участью она смирилась. Так пусть напоследок порох взорвётся, и она умрёт мгновенной смертью. Тело её уже не слушалось, а действовало само. Словно бы она включила автопилот. Встала на цыпочки, притянула его к себе и поцеловала. И тут же ей стало намного легче дышать. И ему тоже. Но ему хватило самообладания для того, чтобы положить схваченный впопыхах пистолет на комод. Он наклонился, чтобы поднять её на руки. Благо, здесь всего одна комната, так что ему даже не пришлось открывать глаза. Они оторвались друг от друга всего на несколько мгновений, чтобы избавиться от ненужной одежды. Саадет снова крепко прижала его к себе. Только бы он не обернулся и не увидел это проклятое белое платье! И десятки сундуков с приданым. Она сама понесёт это бремя, не нужно ему его добавлять. *** - Салих, - он услышал её тихий шёпот, но не спешил открывать глаза. Какой прекрасный сон! Можно же не просыпаться? Да ещё и её запах, такой реальный. И её нежная рука гладит его по волосам. – Дорогой мой, прошу, просыпайся! – она поцеловала его в макушку. - Ох, Садиш… Такой прекрасный сон я видел, - он безмятежно улыбнулся и поцеловал её куда-то в шею. - Знаю, я тоже видела этот сон, - шепнула она, не прекращая гладить его волосы. – Но пора просыпаться, - её голос задрожал, и одинокая слеза предательски скользнула по её щеке. – Тебе нужно уйти. Если сделаешь это, когда начнёт светать, будут проблемы. Он перехватил её дрожащую ладонь и стал осыпать её поцелуями. - Как я после такого могу позволить тебе выйти за другого? - Послушай меня. У этого человека тоже есть рана на сердце. Он пообещал, что между нами ничего не будет. Не волнуйся, хорошо? – она приложила все усилия, чтобы ободряюще ему улыбнуться, но предательские слёзы выдавали её смятение. Салих открыл глаза – и тут же перед глазами увидел это платье. Закрыл обратно. - Этот брак – ненастоящий. Он не стоит твоих переживаний. А вот мы с тобой – настоящие. Пожалуйста, не разрушай это. Я… всё ещё надеюсь… на нас… Салих резко поднялся и внимательно посмотрел на неё: - Садиш, ты же любишь меня? Она закивала головой и крепко его обняла: - Очень люблю, Салих. - И я тебя люблю, Садиш. Знаешь, меня ничто не держит в этой жизни, кроме тебя. Знаешь это? – он вздохнул. - Знаю, - она немного отстранилась. Посмотрела ему в глаза. Погладила по щеке. – Поэтому прошу тебя, вставай и уходи. Он коротко кивнул. Удивительно быстро и ловко оделся. - Проведи меня, - попросил он. - Хорошо, - она кивнула. Надела пижаму. Наблюдала за тем, как он забирает и прячет пистолет. Напоследок подошёл к ней, крепко обнял, закрыл глаза и вдохнул аромат её волос. Они теперь тоже немножко пахли лимоном. - Мы с тобой настоящие, - повторил он её слова. – Дай Аллах, один день я как-нибудь проживу.