Не стоит торопить время, оно и так быстротечно

      Вот и июнь. Потихоньку закончилась учёба, все начали расслабляться и уже с воодушевлением проводили свои летние каникулы. Только не девятый и одиннадцатый классы. У них в этом году были выпускные экзамены и вручение аттестатов, а у последних в принципе поступление в университеты и институты. Но и пора ОГЭ с ЕГЭ потихоньку прошла, в этот день у многих были сданы последние экзамены. Лю Сяо как раз таки был в категории этих учеников и возвращался с него, со своей последней сдачи. Как назло, последним выпало обществознание, которое было не таким уж и лёгким, как он себе представлял. А если сравнивать с девятым классом, то сейчас был просто какой-то ад. Но все же для него было главное, что все он написал и, скорее всего, все сдал. В конце концов, готовился с десятого класса, грех не сдать, мать прибьет сразу же. Вздохнув, он достал из своей почтальонки, с которой шел на экзамен, ключи и открыл входную дверь. В квартире пахло чем-то очень вкусным, кажется его мама что-то готовила. Юноша прошел, закрыл за собой дверь и разулся. Бросил сумку в комнату и пошел на кухню, параллельно расстегивая рубашку. Кажется, женщина услышала звуки в коридоре и выглянула из кухни.       — Сяо-Сяо, как написал? — спрашивает она, смотря как сын снимает с себя рубашку и заходит в ванную комнату.       Лю Сяо отправляет рубашку в стирку, после моет руки. Голова ощущалась максимально тяжёлой и ватной. Ладно бы только это, у него было ощущение, что он до сих пор за этой гребанной первой партой перед чертовой камерой. Так ещё и обстановку накалило то, что двух людей из его аудитории удалили с экзамена за списывание. Сиреневоглазый в те моменты думал, что это обращаются к нему, хотя у него даже шпаргалок с собой не было, из-за чего сердце едва не останавливалось. А у него и так с ним проблемы. Вытерев руки, он вышел из ванной и зашёл на кухню, где сел за стол.       — Это было какое-то мучение… — пробормотал юноша, прикрыв глаза, после потер переносицу, с которой чуть съехали очки. Госпожа Лю подошла к нему и погладила сына по волосам. Она даже не успела начать расспрашивать его, он продолжил сам, — ты представляешь, у нас изменили два задания прямо перед экзаменом, о которых никто ничего не знал! Блять, я ничего почти там не написал, это точно минус баллов восемь первичных, и от ста около шестнадцати… Сотки мне не видать, — выругался Сяо, прикрыв глаза.       Но, если честно, он больше всего переживал за свою возлюбленную, за Цяо Лин. Парень знал, что для неё эти экзамены и так были нервотрёпкой, а ситуация в аудитории вообще было отдельным представлением, что явно могло ещё сильнее напрячь девушку. Так что юноше оставалось лишь надеяться на то, что она справилась со всеми заданиями. Кто-кто, а Лю Сяо точно знал, что Лин всё знала и готовилась, причем готовилась денно и нощно, о чем свидетельствовали её синяки под глазами на протяжении всего одиннадцатого класса. Он часто слышал, как Чэн Сяоши, ученик из параллельного класса, жаловался своему другу на то, что он насильно укладывает двоюродную сестру спать, так как сама она не ляжет. И это заставляло самого Лю Сяо волноваться за неё, поэтому он даже начинал прикрывать девушку во время уроков, когда она случайно засыпала или когда опаздывала. Конечно, сама Цяо об этом догадывалась, но все не могла выяснить, кто это делает, а их одноклассники почему-то покрывали Лю, и сами говорили, что ничего не знают.       Неделя ожидания результатов прошла довольно быстро. Сегодня наконец был день вручения аттестатов и выпускной вечер для одиннадцатых классов. Лю Сяо уже сам наплевал на все свои результаты. Сегодня его мысли занимала лишь одна Цяо Лин. Ему очень хотелось увидеть её, посмотреть, какое платье наденет девушка, может быть, он даже осмелиться пригласить её на медлячок. Стоя у зеркала, парень пнул свой старый рюкзак, которым возможно, больше уже не будет пользоваться, и застёгивал рубашку темно-серого цвета. В дверях его комнаты стояла его матушка, которая уже оделась и накрасилась. Она смотрела на сына и не могла не улыбаться, но за этой улыбкой были скрыты слезы. Женщина не могла поверить в то, как быстро вырос сын, что в этом году он поступает в университет, а скоро вообще начнет строить семью. Ей казалось, что вот только вчера она повела своего маленького мальчика в первый класс, а вот уже и второй сын выпускается. Она вздохнула, выходя в коридор. Лю Сяо же повязал галстук и накинул жилет, который тоже быстро застегнул. Из вазы с леденцами на палочке, которая была в его комнате, он взял пару горсток и закинул их в свои карманы брюк. А потом взяв ещё один, парень открыл и засунул в рот. После вышел в коридор, где обулся, и они вышли вместе с матерью из квартиры. До школы тут было идти недолго, но все же юноше было страшно, прямо до дрожи в коленях.       Вот показалось здание, которое стало столь родным за эти одиннадцать лет. Невольно вспомнилось, как он, будучи младшеклассником, бегал к брату в класс, сидел рядом с ним, внимательным взглядом изучал то, что проходили они. Лю Минь всегда с этого смеялся и трепал фиолетовые волосы. И всегда повторял брату: «Не торопи время, братец. Оно быстротечно, не поймёшь, как и сам будешь стоять на последнем звонке с лентой «Выпускник 11 класса».» Так и произошло. Время и вправду бежало очень быстро, заставляло задуматься, куда ты так торопился, будучи учеником начальной школы, а затем и в классе пятом, когда только поступил в среднюю школу. Потом понимаешь, в классе восьмом где-то, что всё. Остался один год до окончания девятого класса, потом кто-то уходит, кто-то остаётся до одиннадцатого. Но в конце концов, старый класс распадётся, у каждого из них своя дорога, свой профиль, соберётся новый, а детство кончится незаметно. Лю Сяо вздохнул и зашёл в школу вместе с матерью. У входа их уже ждала его классная руководительница. Она улыбнулась, посмотрев на своего выпускника, и протянула ему ленту с булавкой.       — Второго Лю выпускаю… Не думала, что буду классным руководителем и у тебя, — сказала учитель, смотря на своего ученика со слезами. Госпожа Лю улыбнулась, кивая той.       — Вы правы, но ничего. Будете потом классным руководителем у детей Лю Миня или Лю Сяо, так что не заскучаете, — и обе смеются.       Сам одиннадцатиклассник улыбается, надевая ленту и закалывая её на левом боку булавкой, после проходит дальше. Тут были уже все одиннадцатые классы. Вон как раз Чэн Сяоши вместе с Лу Гуаном, стоят в стороне и общаются с девушкой, которая подошла к ним. И, узнав в ней свою возлюбленную, из рта Лю Сяо едва не выпал леденец. Как же Цяо Лин была чудесна. В бордовом платье с почти полным отсутствием верхней части, только были плечи у рукавов, последние же струились вниз гармошкой, почти сливаясь с длинной юбкой. В руках она держала сумочку под цвет платья с серебряной цепочкой, и, Лю Сяо клянётся, дева точно была на каблуках. Волосы Цяо чуть завила и, кажется, чем-то заколола сзади те пряди, которые должны были быть у лица и обрамлять его. Он хотел было подойти к ней, но всех уже погнали в актовый зал, где должно было походить вручение, из-за чего его желание не увенчалось успехом.       Поднимаясь по лестнице наверх, Лю Сяо чуть подправил очки, которые скатились вниз. В животе было неспокойно, бабочки носились стаями. А Лин шла чуть выше и смеялась вместе с кем-то. Она посмотрела краем глаза на того и улыбнулась ему, после вновь стала общаться со своей лучшей подругой. А у юноши все внутри стало похоже на американские горки: резко полетело вниз и опять поднялось наверх. Цяо Лин ломала его полностью и чинила в одно мгновение. И он не был против такого, наоборот, это было чем-то даже приятным. В актовом зале они случайно сели вместе. Или не случайно, судя по тому, как довольно переглядываются их одноклассники. Парень подумал, что он прибьет своих друзей, которые явно причастны к этому, а после взглянул на Цяо. Девичье личико не выражало никакого отвращения. А заметив, что на неё смотрят, она посмотрела на юношу, улыбнулась, а после вновь перевела взгляд на сцену. Лю Сяо посмотрел туда же, тихо выдыхая. Только после того, как собрались все ребята, родители и родственники, началось мероприятие вручения. И открылось оно с директора школы, которая встала и произнесла первые слова:       — Ребята, сегодня мы собрались тут по одному очень важному поводу. Сегодня мы бы хотели проводить всех вас в вашу будущее, в вашу взрослую жизнь. Скоро вы получите свои аттестаты, фотоальбомы, а потом поступите в университеты, но это все не так важно. Важно то, чтобы вы нашли себя по жизни, понимали, что вы хотите от себя, от своей жизни, понимали и стремились к этому. Чтобы вы встретили свою любовь, были счастливы. И как бы сейчас не сдерживались ваши родители, они все понимают, что вы выросли, и сегодня вы встретите ваш последний детский и первый взрослый рассвет. Мне не хватит и дня, чтобы рассказать обо всех вас, о ваших талантах, вы все уникальны по-своему. Но я знаю лишь одно: вы придёте на помощь даже тем, кого вы не знаете, вы очень отзывчивые и добрые дети. Я считаю, что это главное в этой жизни, — было видно, как она сама начала плакать, произнося эти слова. Где-то сзади всхлипывали матери, может быть, старшие братья и сестры. Лю Сяо знал, что мама плакала, знал, что Лю Минь, который пришел в самый последний момент, явно успокаивает её. Но правда, уже ничего не изменишь. Оба её сына выросли.       Постепенно стали вызывать на сцену ребят для вручения аттестатов. Первыми были те, кто получили красного цвета вместе с золотыми медалями, в числе которых была и Цяо Лин. И Лю Сяо очень гордился своей возлюбленной, тем, что она так продержалась весь десятый и весь одиннадцатый классы. К сожалению, ему самому не хватило двух пятёрок, но он не отчаивался по этому поводу. В конце концов, поедет учится по гаранту за границей, куда попал, потому что выиграл олимпиаду, которую проводил тот университет. Потихоньку вызывали на сцену, где осталась пока что одна Цяо Лин, ребят из его класса. Когда вызвали Лю Сяо, он встал с места и направился к сцене. Каждый шаг отдавался эхом у него в ушах, он до сих пор не мог поверить, что это конец. Вот и классная руководительница с директором, которые вручают ему аттестат, он пожимает директрисе руку и встаёт на свободное место. Он видит родных, брат точно хотел бы посвистеть ему, но мама явно пресекла эти попытки, судя по тому, как Минь закатил глаза. А судя по её лицу и глазам, она плакала. Плакала, но улыбалась сыну. Вскоре все его одноклассники уже стояли вместе, держа в руках аттестаты и фотоальбомы. Они улыбались, кто-то перешёптывался насчёт того, что они планируют делать в будущем, их сфотографировали всех вместе. В последний раз. Сфотографировали вместе с классной руководительницей, а Сяоши залез на сцену с цветами для Цяо Лин, за что от второй чуть не получил. Это все отдавалось теплом где-то в сердце. И вместе с этим, отдавалось и болью.       После официальной части, всех выпускников куда-то повезли, скорее всего, на празднование неофициальной. Судя по разговорам в автобусе, им сняли коттедж, где они будут встречать эту ночь. И Лю Сяо думал, как быстро он все же подойдет к возлюбленной и пригласит её на танец. Парень очень нервничал, ощущал, как по коже наперегонки бегали мурашки. Когда они приехали и зашли в коттедж, многие были в шоке от того, что у них был алкоголь. Конечно, в норме для всех и не крепкий, но алкоголь. Вэйн тут же направился вместе с Лю Сяо к одному из столиков, где изящно похвалил два бокала, и протянул один другу, сверкая своими лисьими, красными глазами поверх своих черных очков. Наблюдает за тем, как сиреневоглазый делает глоток, а в руке теребит закрытый леденец за палочку.       — Ну что, Ромео, сегодня решишься, или я могу забирать твою куколку себе? — хмыкает тот, на что получает убийственно-удивленный взгляд. — А что нет? Она идеально подходит под модели, пусть и чуть-чуть низка для минимума. Я бы сделал из неё конфетку.       — Только посмей её тронуть, и я оторву тебе ты-сам-понял-что, — хмурится Лю, выделяя последнее и делая ещё один глоток. Дискотека уже успела начаться, так что все ребята отрывались как могли.       Он наблюдал за Цяо, которая стояла в стороне с Сюй Шаньшань, если он правильно помнит имя её лучшей подруги, и болтала с ней. О чем-то вздыхала, обводя взглядом то, где они находились, после вновь смотрела на подругу. Начался медлячок. Ребята поделились на пары, даже Сюй украли из-под носа Лин, но многие все так же оставались в стороне. Лю Сяо не очень хотел идти танцевать. Даже скорее, не хотел, а стеснялся пригласить на танец Цяо Лин. Во рту он уже гонял леденец, который теребил до этого, а в руке держал все также полный бокал, хоть и сделал два глотка до этого. Так проходило время, шел уже второй медляк, Лю съедал третий леденец от нервов, не зная, что ему делать. Но все же решается. Поставил бокал, выкинул палочку и направился к Цяо Лин. Диджей, которому одноклассники Лю Сяо успели рассказать план, заметил это и объявил об ещё одном медленном танце. Встав перед возлюбленной, Сяо улыбнулся, протянув деве руку.       — Не хочешь ли станцевать со мной, прекрасная Цяо Лин? — спрашивает он, смотря на неё через очки. Внешне он выглядит спокойным, но внутри него все мечется от страха и того, что он переборол свое смущение.       Щеки девы краснеют, она кивает. Вкладывает свою руку в его, но далеко от их угла они не уходят. Парень аккуратно кладет вторую руку на её талию, аккуратно прижав любимую к себе, а их ведущие руки, что были вложены одна в одну, вытягивает в сторону. Они кружатся в танце, смотрят друг другу в глаза. Первой не выдерживает Лин: она прижимается к нему полностью и обнимает обеими руками за шею. Юноша прижимает её к себе за талию, и они продолжают кружится в вальсе. А после ещё нескольких песен сбегают на балкон. Они смеются, оборачиваясь на перила и держа в своих руках бокалы. Их взгляды встречаются в который раз за эту ночь, но именно сейчас они их не отводят. Смотрят друг другу в глаза, а на фоне начинает блистать рассвет. Снизу слышатся крики, все выходят из дома, но Лю Сяо и Цяо Лин все равно на это. Бокалы остаются забытыми, а губы девушки оказываются накрыты губами парня. Он обнимает её за талию, а она прижимается к нему, обвив свои руки вокруг его шеи. Глаза закрыты, они прижимаются друг к другу и целуются. Уже будет не важно, что ждёт их дальше, уже становятся неважными расспросы друзей или одноклассников, скорее всего, все догадаются сами. Для них сейчас важны лишь они сами, этот момент и поцелуй, который все сказал за них двоих. Они знают, что в будущем разберутся со всеми трудностями, даже с тем, что будут на расстоянии друг от друга в несколько тысяч километров, но обязательно встретятся и тогда точно будут только вместе. Они в этом уверены.