Часть 7

      Получив письмо в котором Ли Хун И просил о встрече, Янь Му решил что с начала поговорит с ним наедине. Ситуация была запутанной, как ни крути. Сам Янь Му не знал как реагировать на случившееся. Семья Ли не была им чем-либо обязана, даже наоборот — в трудную минуту протянула им руку помощи. Близкими их тоже назвать было нельзя, поэтому обижаться на то, что их не посвятили в эту тайну права у них вроде бы и не было. Но тут вспоминались занятия на шестах…Ли Хун И должен был подумать и о приличиях и о безопасности самой девушки. Опять таки – по словам Янь Линя на занятиях всегда присутствовал их немой слуга, и наедине они не оставались…Что касается случая в лесу – тут вообще не понятно кто пострадавшая сторона. Янь Линь заверял что Ли Цзе Мин сидела по шею в воде и он ничего не успел увидеть. Хотя номинально приличия все же были нарушены… Янь Линь вернулся с той поездки…таким злым и обиженным, каким Янь Му его давно не видел. Все очень запутано и неоднозначно.       Не став затягивать с этим вопросом, Янь Му направил ответное письмо с предложением встретится на следующий день.        - Генерал, я бы хотел прояснить ситуацию. Наверное вы в курсе нашей встречи с вашим сыном. Как вы уже знаете - Ли Цзе Мин моя племянница. Она сирота, дочь моего брата, безвременно покинувшего нас вместе со своей женой 12 лет назад. Мы с женой взяли ее к нам. Наша семья жила скромно и уединенно. Мое «повышение» стало неожиданностью для меня, я не рискнул взять с собой жену из боязни потерять нашего первенца. Племянница – хорошая и добрая девочка. Но из-за ее неугомонной натуры жена часто нервничала, поэтому я решил забрать ее с собой. Хуанчжоу не место для изнеженной барышни, но в ту пору Ли Цзе Мин больше напоминала неугомонного мальчишку, чем нежную девушку. И мы с женой приняли решение представить ее моим племянником до поры до времени. Мы понимали, что долго не сможем поддерживать эту «легенду»: Ли Цзе Мин росла, и я хотел чтобы она обрела мужа и семью. Понимая что возможность вернуться в столицу в ближайшем будущем может и не представиться, я собирался отослать ее к моему отцу, он смог бы устроить ее будущее лучше, чем я в Хуанчжоу.       - Что касается ее знакомства с вашей семьей…ни у кого из нас не было намерения вас оскорбить. Довольно часто мне приходила мысль открыть истину, но изначально момент был упущен. С каждым разом это казалось мне все труднее. Да и Мин-эр наконец-то смогла найти в лице вашего сына отдушину. В любом случае я признаю вину перед вами и прошу прощения за обман! Я пойму если вы не примите моих извинений, прошу лишь в этом случае винить только меня, не Мин-эр, она ребенок и не должна нести ответственность за решения, принятые мной! – сказал Ли Хун И и склонился в глубоком поклоне, который удовлетворил бы и самого императора.       В этот момент в комнату вошел Янь Линь, который вернувшийся домой и прослушавший почти всю речь. Гнев и злость все еще остались в нем, но речь Ли Хун И охладила его пыл.        Почувствовав движение, Ли Хун И в таком же глубоком поклоне склонился и перед ним. Посчитав, что инцидент на этом исчерпан, было принято решение забыть о нем.         - Тебя удовлетворило это объяснение? Мне кажется твоя злоба еще не прошла? – спросил Янь Му у сына, после того как они распрощались с гостем.       - В его словах есть смысл – с напускным безразличием отмахнулся Янь Линь.        Однако это не ускользнула от Янь Му. Да, ситуация была щекотливой, но объяснения были логичны и правдоподобны. Что же тогда так задело его сына?