Глава 8

Кабинет Дамблдора пах, как обычно, леденцами, старым деревом и… смертельной опасностью. Рон сидел, съёжившись, в огромном кресле, чувствуя себя мухой, попавшей в паутину очень вежливого паука. Директор сидел перед камином, поглаживая Фоукса. — …и по самым свежим сведениям моих добрых друзей, — Дамблдор говорил мягко, но каждое слово падало на Рона, как кирпич, — Гарри в данный момент не в Англии. Он, судя по всему, предпринял весьма… энергичный трансатлантический рывок. В сторону Салемского института ведьм. К Гермионе. — Он посмотрел на Рона поверх очков. — Интересно, Рональд, почему ты, его лучший друг, не то что не помешал этому безрассудному поступку, но даже, кажется, не попытался его отговорить? Или хотя бы сообщить кому-то? Рон почувствовал, как пот выступил на лбу. Его мозг, обычно работавший в режиме "поесть-поспать-повторить", лихорадочно заработал. Он должен что-то сказать! Что-то хитроумное! Что-то спасительное! — Э-э-э... профессор, — пробормотал Рон. — Это... это всё недоразумение! Ошибка ваших информаторов! Гарри не в Америке. Он здесь, в Лондоне. И... и у него сегодня свидание. С Ермионой! Да. Именно так. Я его сам уговорил! — Рон гордо выпрямился, пытаясь выглядеть убедительным, хотя внутри всё кричало от ужаса. Дамблдор поднял бровь. Бровь поднялась так высоко, что чуть не скрылась в волосах. — Свидание? С... Ермионой? — произнёс он медленно. — И где же сия восхитительная пара проведёт свой вечер? — Они пойдут гулять, — выдавил из себя Рон. — По Лондону. Это показалось Гарри романтичным. Я... я им даже место встречи помог выбрать — у одной книжной лавки в Косом переулке. — Понятно, — Дамблдор кивнул, и в его глазах заплясали знакомые Рону искорки весёлого коварства. — И ты, конечно же, понимаешь, Рональд, что я обязательно это проверю? И ты понимаешь, что если твои слова не подтвердятся, то… я тебе ничего не сделаю. Совсем-совсем ничего… Рону показалось, что пол уходит из-под ног. Это было хуже, чем столкнуться с пауком размером с пони. Но отступать было поздно. — К-конечно, профессор! Проверяйте! — бодро соврал Рон. — Они будут там! Я уверен! *** Лютный переулок встретил Рона своим привычным мрачноватым гостеприимством. Закутавшись в самый невзрачный плащ (хотя не то что бы у него были какие-то другие), Рон шнырял между лотками, высматривая спасение. Он нашёл его в лице тощего, прыщавого колдуна с глазами, как у хитрой крысы, торговавшего всевозможными зельями и настойками. — Мне нужно оборотное зелье! — прошипел Рон. — Сильное. На несколько часов. Срочно! — Есть "Миг-и-ты-другой" от Борборикса, — хрипло ответил колдун, озираясь. — Недешево. Пятьдесят галлеонов. Действует ровно час, потом нужно подпитывать. Никаких побочных эффектов и гарантия качества. — ПЯТЬДЕСЯТ?! — ахнул Рон. У него было только три галлеона и несколько сиклей. — А есть что-нибудь... э-э-э... бюджетнее? Колдун презрительно фыркнул и достал из-под плаща заляпанную фляжку с мутной бурой жидкостью, в которой плавало что-то, похожее на шерстяного червяка. — "Личина Тролля". Три галлеона. Действует по полчаса, потом глотнуть надо. Побочки: может отвалиться нос, заикание на букву "Ш", временная потеря обоняния, слуха и зрения. Так же есть тридцатипроцентная вероятность того, что вы станете мутантом-каннибалом. Гарантий качества нет. Рон, стиснув зубы, выложил почти все свои деньги. Как говорится: вся жизнь театр… а ты в ней Рон, который должен пить зелье, настроенное на шерстяном червяке… *** Дома, дрожащими руками, Рон написал письмо "от Гарри": “Дорогая Ермиона! Не хочешь встретиться сегодня вечером? Мне до сих пор ужасно жаль, что я тогда отказался выпить с тобой кофе. Потому, если мы встретимся сегодня в Косом переулке, скажем, часиков в семь вечера, это было бы просто чудесно! Искренне твой, настоящий Гарри Поттер”. Рон перечитал. Гарри так не пишет! Но времени не было. Он послал письмо с совой, молясь, чтобы Ермиона не заметила подвоха. Ответ пришел быстро: “Гарри! Это неожиданно и чудесно! Конечно, давай встретимся! Не могу дождаться! P.S.Надеюсь, твой приятель, ну, тот рыжий, с глуповатым лицом, за тобой не потащится, как обычно… Твоя Ермиона”. Вечером, перед выходом из дома, Рон вытащил из кармана смятый конвертик с тремя чёрными волосками, которые уже довольно давно незаметно вырвал у Гарри с головы. Он бросил их в фляжку с "Личиной Тролля". Жидкость забурлила, зашипела и стала цвета заплесневелой клюквы. Рон зажмурился и отхлебнул. Боль. Жжение. Ощущение, что кожу снимают, а потом надевают заново не той стороной. Когда он открыл глаза, из зеркала на Рона смотрел Гарри Поттер. Немного перекошенный, с глазами, полными ужаса, и с лёгким зеленоватым оттенком кожи, но Гарри. — Ох, блин, — прошептал Рон-Гарри. Голос был почти как у Гарри, только с лёгкой хрипотцой. Нос пока был на месте. Он схватил фляжку и сунул её во внутренний карман пиджака. — Надеюсь, Ермиона в темноте не заметит, что зелье не качественно сработало… И Ермиона не заметила. Она просияла, увидев "Гарри" у книжной лавки. — Гарри! Как я рада тебя видеть! — Взаимно… — сдавленно отозвался Рон. Он чувствовал, как зелье начинает булькать и плескаться в животе. — Куда мы пойдём? — спросила она. — Я знаю здесь пару милых местечек с хорошей кухней. Рон, у которого при себе была только горсть сиклей и фляжка с червяком, поспешно сказал: — А пойдём лучше гулять? Просто по маггловскому Лондону? Я... я устал от славы, денег и всеобщего внимания. Стоит мне зайти зайти в кафе, как на меня тут же все начинают пялиться… Хочу побыть простым парнем на обычном свидании с девушкой. К счастью, Ермиона улыбнулась. — Конечно, Гарри. Это очень мило и по-своему даже интересно. Пойдём! Прогулка была адом… Каждые полчаса Рону приходилось делать глоток из фляжки под разными предлогами: "Горло першит!", "Что-то прилипло к зубу, надо прополоскать!", или отвлекать Ермиону чем-то вроде:"Ой, смотри, голубь необычный!" В какой-то момент у поворота на тихую улочку, возник он — Альбус Дамблдор. С попкорном в руках и сияющей улыбкой. — Гарри! Ермиона! Какое восхитительное совпадение! Я как раз прогуливался, наслаждаясь вечером и... наблюдая за голубями. – Он лукаво улыбнулся. — У вас что, свидание? — Да! — в один голос отозвались Рон и Ермиона. Дамблдор был счастлив, но бдительности до конца не терял. — Гарри, а как там дела у твоей… подруги? Ну, той, что тебе исключительно, как сестра? У мисс Грейнджер? Ты случайно не надумал её навестить? Рон-Гарри почувствовал, как холодный пот стекает по спине. Надо было врать дальше! — В Салеме? — фальшиво рассмеялся Рон-Гарри. — Да ну, профессор! Зачем мне туда? Это же далеко! А тут... — он обнял Ермиону за плечи, заставив её вздрогнуть от приятной неожиданности, — …Почти то же самое, только ближе! И... и волосы пышнее! И... умнее! — Он отчаянно улыбался. Ермиона какое-то время задумчиво смотрела на него, потом решила, что это всё же можно счесть за комплимент и улыбнулась. Лицо Дамблдора озарилось радостью. — Прекрасно, Гарри! Просто прекрасно! Рад, что ты ценишь то, что рядом! Мудрое решение. Ну, не буду вам мешать! Наслаждайтесь вечером! — И он растворился в толпе всего за секунду. *** Прогулка закончилась у дома Ермионы. Рон-Гарри чувствовал, что зелье вот-вот откажется работать даже со сбоями. Его уже подташнивало, а язык заплетался. — Спасибо, Гарри, — тихо сказала Ермиона. Её щёки были розовыми. — Это был необычный вечер. — Она помолчала. — Возможно, для этого ещё рановато, но... не хотел бы ты зайти ко мне? На чашечку чая? Рон почувствовал, как сердце готово выпрыгнуть из груди. ЗАЙТИ? К ЕРМИОНЕ? НА ЧАЙ? Его мечта сбывалась! Но в этот момент зелье в его желудке начало жить своей жизнью. Рон почувствовал, как уши начинают неудержимо чесаться и увеличиваться. Ещё минута — и он превратится обратно в Рона Уизли прямо на её пороге! — Я... я... — заикаясь, выдавил Рон-Гарри, отскакивая на шаг в темноту. — Ермиона! Ты... ты прекрасна! И умна! И... и я бы очень хотел! Очень! Но... — он вдохнул полной грудью, пытаясь выглядеть благородным, — ...я всё-таки джентльмен! А настоящий джентльмен так сразу... не заходит в гости! Это... не по-рыцарски! Надо... э-э-э... уважать твои границы! Да! Ермиона смотрела на него широко раскрытыми глазами. Потом на её губах появилась улыбка — тёплая, искренняя и немного удивленная. — Гарри... — она шагнула вперед и нежно поцеловала его в щёку, к счастью, не заметив, что та начала синеть. — Ты очень милый. Спасибо тебе за это. Мы ещё вернемся к этому вопросу, хорошо? Она повернулась и скрылась в подъезде. Рон-Гарри застыл, касаясь пальцами места поцелуя. Его щека горела. Сердце бешено колотилось. Он был на седьмом небе! А потом зуд в ушах стал нестерпимым. Нос затрещал. Рон Уизли, в своём собственном, рыжем, веснушчатом обличье, стоял на тротуаре, ощущая, как зеленые пятна расползаются по его языку, а перед глазами плывет образ огромной, сочной луковицы. — Ох, а вот и побочки… — простонал он. — Но, что же мне теперь со всей этой ситуацией делать?..