Глава 1. «Приятное» известие

2 года назад…

— Это не обсуждается, — безапелляционно сказал Альфред Рид. — Папа, ты издеваешься? Ты не знаешь о его весьма красноречивом прозвище? — Лу вопросительно изогнула бровь. — «Палач Мартен». Рид-младшая просто вскипала, она была на грани истерики. Сила её пси начинала прокалывать кончики пальцев, девушка боялась потерять контроль. Лу продолжала: — Зачем я ему?! Я псионичка, нечистая — какой от меня прок как от жены? Я не могу иметь детей. Ещё у меня ужасный характер и 3-я ступень пси, что вкупе термоядерная смесь и… — Лу Рид, замолчи, — отец так взглянул на дочь, что та тут же стушевалась и замолкла. Стены родного дома начинали давить, ей хотелось рвать и метать, сносить всё, что есть, но она продолжала покорно сидеть в кабинете отца на мягком кресле. Перед ними на столике стояли две чашки с кофе. У Альфреда практически полная, у Лу пустая. — Во-первых, ты многого не знаешь и знать тебе этого сейчас не нужно. Во-вторых, не забывай, чья ты дочь и неважно, есть у тебя пси-ген или нет. То, что ты псионик — это даже лучше. Месье Мартену-младшему потребуется высокая лояльность к нему, чтобы в будущем он занял пост Приора Инквизиции. — Он метит на пост Приора? Ну чё, хорош, может, далеко пойдёт, — немного саркастично заметила Лу. — Вот ты и сама приходишь к верным выводам, твой жених – будущий Приор, выгодней партии сейчас не найти, да и потом тоже, надеюсь, хоть с этим ты согласна? У тебя будет всё: статус, деньги, связи. Лу невесело ухмыльнулась. — В чём прелесть богатства и влияния, если в сущности я марионетка в твоих, а потом и в его руках? Сейчас я могу действительно заниматься, чем хочу, меня никто не осудит. Хоть в какой-то степени у меня есть свобода. Например, я не переношу высший свет и почти там не появляюсь, ты никогда меня насильно туда не таскал. Ненавижу все эти лицемерные улыбки, фальшивые слова и, вообще, терпеть их всех не могу. Я думала, что смогу когда-нибудь полюбить кого-то и выйти замуж, теперь же я просто становлюсь разменной монетой. Я не смогу от него уйти. Никто мне этого не позволит. Буду сидеть в золотой клетке. Гнев отпускал, а на смену приходила апатия и чувство отсутствия выбора. Его уже сделали. Без её участия. — Дочь, разговор окончен. Можешь идти, — отец вновь надел отстранённо-холодную маску. Лу знала, продолжать дискуссию бесполезно. Девушка покинула кабинет своего отца. Стены давили, хотелось убежать, спрятаться и тихо плакать. Лу вызвала личного водителя. Зашла в свою комнату, переоделась в джинсы и толстовку. Взяла сигареты, зажигалку и пару конфет. Спустилась со второго этажа особняка. Вышла в сад, столь любимый её матерью – Энн Рид. Она вкладывала в него много сил. Лу любила мать. Она понимала её больше, чем отец-инквизитор. «Сука, сука… Сука! Как так-то?» Около ворот уже стояла тонированная черная машина. Лу села на заднее сиденье. — Здравствуй, Жан. — Добрый вечер, мадемуазель Рид. Куда едем? — В Термитник. — Мадемуазель, ваш отец не будет против? — спросил водитель немного нервно. — Мне похер, что он думает. Едем. «Моего мнения, сука, никто ведь не спросил, с чего я буду спрашивать?» — Слушаюсь, мадемуазель, — со вздохом произнёс водитель. Мужик он был хороший, Лу он нравился, но иногда задавал, очевидно, лишние вопросы. Сказала в Термитник, значит, в Термитник. Лу не собиралась подъезжать прямо к бару, слишком дорогая тачка вызвала бы вопросы у местного населения. Мелькали пейзажи Центра: чисто, спокойно — сегодня Лу просто вымораживала вся его идеальность. Хотелось внести хаос и сюда — тот хаос, который был у неё в душе. Поэтому она и ехала в Термитник, там атмосфера подходящая. Девушка смотрела в окно. Думы её были не очень радужны. Что делать? Отец согласился на помолвку, не с кем-нибудь, а с самим Иво Мартеном! Просто уму непостижимо, как Мартен вообще вспомнил о ней. В высшем свете она не появляется, в Инквизиции пока не служит, к полиции (очевидно) тоже никакого отношения не имеет. Она не так давно вернулась из интерната, окончив обучение контролю пси. Это пиздец. Полный. Машина затормозила в каком-то Единым забытом месте бедного и опасного района. Надела капюшон. Ни к чему, чтобы её лицо светилось в подобных местах. На всякий случай. Поблагодарила водителя и вышла. Термитник встречал своей обычной атмосферой. Какие-то подозрительные личности, торчки, шлюхи. Все были на месте. Тусклый свет фонарей, неоновые вывески и грязные и заваленные мусором тротуары. Ничего нового. «Хоть какая-то стабильность, крэп». «Утконос» встретил громкой музыкой, запахом сигарет и дешёвого алкоголя. Она пробиралась к дальним столикам, так полюбившимися её компании. Вокруг находились люди, очевидно, не в самом трезвом состоянии. Кто-то схватил девушку за руку и дёрнул. Она развернулась с нескрываемым раздражением и выдернула руку. — Эй, малышка, познакомимся? Перед ней стоял (хотя, вернее, еле держался на ногах) какой-то пьяный в стельку тип, в весьма эпатажном наряде, от которого несло перегаром за километр. — Отвали, — Лу развернулась и собралась уйти, но тип не унимался. — Ты чё дерзкая такая? А? — он потянулся и шлёпнул Лу по ягодице. Лу потеряла остатки и так заканчивающегося терпения. Резко развернулась, взяла парня за ворот куртки и тряхнула. — Слышь ты, недоносок, завалил своё ебало и отошёл от меня на километр, понял? А руки будешь распускать, дак я и переломать могу. Сомневаешься? Хочешь проверим? Что-то абсолютно дикое горело в глазах девушки, парень промямлил что-то непонятное, и Лу, отшвырнув его, пошла наконец к ждавшему её Йонасу. Компания Лу – её социальная группа. Лу училась в обычном, среднестатистическом интернате для псиоников, что многим казалось странным. Рид-старший, весьма влиятельный инквизитор, есть деньги и власть, почему не отправил дочь в более элитное учебное учреждение? Ответ прост: Лу его выбесила, и он в наказание отправил её учиться с обычными псиониками, ибо думал, что непокорная дочь взвоет через пару дней, извинится и попросит перевести её в другой интернат. Но нет. Бунтарская натура и гордость не дали ей ныть и побежать к отцу. Ей, наоборот, даже понравилось. Пусть иногда было нелегко поладить с остальными обитателями. К ней многие относились с презрением, просто боялись, кто-то пытался подлизаться к ней, но это она ненавидела, наверное, больше всего. Наконец добравшись до столика, девушка плюхнулась на стул. Девушка достала сигареты и сразу закурила. Большое облако дыма поднялось в потолок. — И тебе привет, — саркастично сказал Йонас. — Извини, хай, — девушка ещё раз затянулась. Йонас взял пример с подруги и тоже закурил. — Что случилось-то? Я рассчитывал посидеть, попиздеть о жизни, 2 недели не виделись, выпить дешёвого пойла, а потом отрываться на танцполе. Очевидно, мой план обрывается. — Йонас, у меня проблемы. И это пиздец, в полном понимании этого слова. — Валяй, я слушаю. Лу поведала ему о помолвке с Мартеном-младшим. Псионики курили уже третью сигарету. — Крэп, это реально полная пизда… — Йонас откинулся на спинку стула, запрокинул голову вверх и выпустил дым. Лу сидела и опустошала стакан с виски. — Ты не представляешь, как хорошо сейчас сидеть и говорить спокойно, без всей этой херовой сдержанности и вежливости, — девушка скривилась. — Ха-ха, Лу, я бы посмотрел на это. И поржал. — Иди нахуй. — Только если на твой, но у тебя его нет. Они рассмеялись. Но апатичное состояние девушки быстро вернулось. — Что мне, сука, делать?… Вопрос был, скорее, риторическим, но Йонас вдруг предложил идею, от которой Лу просто не смогла отказаться.