first

Таиланд, Бангкок. 2017 год.  — Госпожа Манобан! - кричит вслед женщина лет сорока. Но беглянка не обращает внимания на её мольбы. Лалиса уже скрывается за воротами особняка. Поздно.  Пранприя никогда не была послушной. Сколько себя знала, она всегда мечтала о свободе. Чтобы никто не контролировал, поела ли она с утра, сходила ли за новым платьем, приготовилась ли к назначенному времени… Надоело! Вот пусть сами все это и делают, если надо!  Через неделю её день рождения, а это значит, что Чимин не посмеет запрещать ей что-то эту неделю. Ну уж нет. Девушка совсем не планировала провести свое двадцатилетие в стенах этой «тюрьмы».  Вечерний Бангкок был похож на муравейник. Слишком тесный. Пранприе с трудом удавалось протиснуться через толпы людей. Особенно, если это туристы.  Протискивается сквозь очередных парнишек, и заваливается в сувенирную лавку.  — Кунпимук Бхувакуль, ты где там? - кричит с ходу с лёту, будто бы это не общественное место, а ее собственный дом. Спустя несколько секунд в поле зрения появляется тот самый паренек, которого она и искала. Увидев её, на лице его появляется улыбка.  — Ты пришла,- берет за руку. — Может, по чашечке чая? У меня свежие сплетни,- девушка довольно улыбается и следует за парнем. 

***

White lotus. Элитный клуб, один из самых популярных в Бангкоке. На третьем vip этаже разместился роскошный бар в стиле ретро. Лифт останавливается. Двое с мужчин проходят в бар. Их ведут люди господина Пака.  — Какие люди,- хохочет Чимин, вставая со своего места. — Давно не виделись, Чон Чонгук, - мужчина, чье имя было только что произнесено, сдержанно улыбается, а потом они оба по дружески обнимаются. Пак похлопывает Чона по спине, и только потом они могут спокойно сесть и начать беседу. Второй человек, который зашёл вместе с Чонгуком - Тэхён. Его приближенный. Всегда следует за боссом. Можно сказать, его личный телохранитель, и также друг.  — Чимин, я приехал лишь по одному вопросу. И полагаю, ты знаешь о чем я, - подливая виски себе в стакан, произнес Чон.  — Боюсь, что нет. Не понимаю. Поведаешь? - резко лицо Чимина стало хмурым. Это и понятно. Он значится, к Чону со всей душой, а тот… Ужас какой-то. Холодный мафиозник.  — Я приехал за своей невестой,- теперь то все ясно. Только, вот незадача… Чимин хранил это в секрете от самой невесты с того самого момента, когда они с Чоном договорились. Почти шесть лет… И теперь, он совсем не знает, как расхлебывать эту кашу…  — Ну чего ты так сразу,- неловко хохотнув, Пак улыбается физиономии напротив, хотя внутри ему совсем не смешно. Ох как не смешно… — Хочу свою невесту. Даю тебе ровно неделю, Пак,- мужчина допивает свое виски залпом, встает и направляется к выходу, пока Чимин прожигает в нём дыру взглядом, полным ненависти. Взял и растоптал его гордость в пух и прах. Когда-нибудь он ему это припомнит. Ну а пока, нужно придумать, как объяснить всю ситуацию малышке Манобан.  *** Лалиса совсем недавно воротилась домой. Было около восьми вечера. Первое, что она лицезрит - осуждающий и обиженный взгляд своей помощницы.  — Прия, ну не злитесь,- хмыкает Манобан, довольно быстро разуваясь, повесив куртку в прихожей, проходит на кухню. Женщина идёт следом за своей воспитанницей. Прия Вонграт вот уже девятнадцать лет отдала нахождению рядом с этой непослушной девушкой. С первых дней рождения маленькой Лалисы, она была рядом. Ухаживала, заботилась, воспитывала, вырастила в конце концов. После смерти её хозяина - Прасета Манобан, она присягнула в верности Пак Чимину, поскольку право опеки Лалисы передавалось ей, а Прия совсем не хотела разлучаться с воспитанницей, которую полюбила, словно собственную дочь.  — Как мне не злиться, Лалиса? Вы вновь ослушались меня! Как же ожидаемо. Где вы шлялись? Господин Пак узнает - голову мне отрубит, понимаете?! - и тем не менее, Пранприя совершенно спокойно, под возмущения женщины, которая стала для неё словно мать, подошла к холодильнику, и достала оттуда вчерашний  Пад Тай*, намереваясь съесть его холодным. ( Пад Тай - блюдо  тайской кухни, из обжаренной рисовой вермишели с овощами и ароматным соусом. Чем-то похож на лапшу вок). — Юная леди, отвечайте, когда вас спрашивают!  — Ой, да бросьте. Никакой головы Чимин отрубать не будет,- лениво растянув эту фразу, девушка поставила тарелку на стол, и достав из кухонного шкафчика вилку, приступила к трапезе. Конечно, в холодном виде Пад Тай немного нестандартен…И лапша слипается, но тем не менее, это вкусно, очень вкусно.  — Опять шлялись со своим этим… Как вы его называете?… А, БэмБэм, точно. С ним, да? Вы хоть знаете, что с ним будет, если Господин Пак узнает.  — Он не узнает,- дожевывая лапшу, сказала девушка. — Вы ведь не расскажете? - Госпожа Вонграт кивнула, тяжело вздохнув. Как ни как, она знала, что бы случилось с пареньком, если хозяин узнал, поэтому и молчала все это время… — Не так я вас воспитывала,- разочарованно цокнула женщина. — Этот БэмБэм… Скажите, у вас ведь ничего… — Конечно нет! Как вы могли подумать о таком!- сразу же обиженно возмутилась Манобан. — Кошмар, Прия, вам нужно поменьше накручивать себе… Мы всего лишь друзья. Да и к тому же, мы же не наедине беседуем. С нами ещё Мук.  — Ах да, как же я могла забыть о той безродной девчонке,- кивнула Прия.  — Не говорите так, ради святого Будды,- цокнула, засовывая в рот очередную порцию лапши. — Как вы можете относится к кому-то негативно из-за отсутствия родителей? Мои родители ведь тоже умерли, вы считаете и меня безродной?  — Конечно же нет, Лалиса! Вы - дочь бывшего самого известного криминального авторитета Таиланда. Вы не безродная, в любом случае,- из  коридора слышатся чьи-то шаги. Пранприя была уверена, что это Пак. Да, так и есть.  — Саватдикрап*, солнце, - Пак складывает руки в молитвенном жесте на уровне груди, опускает голову, тем самым оказывая почтение*. Обычно он так не делает, но сегодня захотелось. Девушка вскакивает с места и бежит к Паку, запрыгивая в его объятия. На лице мужчины невольно появляется улыбка. Хоть эта девчонка некогда была дочерью его врага, о чем она сама и не знает, но кажется, Чимин привык. Привык к ней, и даже… И даже будто бы немного проникся к ней любовью. Не такой, о которой многие сейчас подумают. Братской чтоли… Или отцовской. Это было не свойственно для него. Семья мафиози всегда учила его быть хладнокровным, не проявлять никаких чувств.  (Саватдикрап - приветствие на тайском.  Тайское приветствие представляет собой поклон головы со сложенными руками на уровне груди. Используется не только в качестве приветствия, но и при выражении благодарности и оказании почтения).  — Наконец ты явился, Пак,- даже чмокнув его в щеку, улыбнулась Манобан.  — Добрый вечер, Господин Пак,- Прия склонилась корейским поклоном, проявляя уважение. Чимин улыбнулся и кивнул.  — Так, что это тут у нас? - Пак оглядывает еду, которую уплетала совсем недавно его подопечная. — Уфф, опять ваша тайская фигня?  — Эй! Перестань оскорблять мой любимый Пад Тай! - возмутилась Лалиса, тыкнув в него пальцем.  — Прия, будьте добры, приготовьте мне немного риса. Я поем его с кимчи*.  (Кимчи- блюдо корейской кухни, представляющее собой остро приправленные квашеные овощи, в первую очередь, пекинскую капусту).  — Кимчи - не кимчи, как ешь ты эту свою гадость, я не знаю,- фыркнула, присаживаясь обратно, вновь поедая свою лапшу.  — Пчелка, тут дельце кое какое есть для тебя,- сегодня они с Лалисой общались на тайском. За шесть лет, что они жили под одной крышей, они решили чередовать корейский и тайский. В дни, когда они разговаривали на корейском, Пак чувствовал себя в родной стране, в своей тарелке даже… В Таиланде на корейском особо ни с кем не поговоришь, а тут - Лалиса. Он нашел ей учителей, и вот, уже через год - полтора она смогла свободно говорить на корейском. У девушки действительно был талант к изучению языков. Помимо родного тайского, она выучила Корейский, Английский и Японский в совершенстве.  — В апреле месяце лимит уже исчерпан, - напоминает Манобан, отправляя пустую тарелку в раковину.  — Ну пожалуйста, милая. Мне очень-очень нужно, - просить жалобно он умел. В этом и была слабость Лалисы. Она не могла отказать после такого.  — Чимин, хватит давить на жалость,- попыталась девушка, пока мыла посуду.  — Лалиса, оставьте это мне,- настояла Прия, в самый неподходящий момент. Ей пришлось сесть за стол, напротив Пака.  — Ну пожалуйста-пожалуйста,- глядя в эти щенячьи глазки, разве могла она отказать? Щенячьи глазки тридцати двухлетнего мужчины… Мда, он прирожденный актер.  — Что надо делать?- обречено вздохнула девушка. — Потанцевать?  — Угадала,- улыбнулся Пак. — Танец. Может, что-нибудь тайское, м? Оденешь Чут Тай* , покажешь всю красоту тайской культуры,- девушка посмотрела на него, мол: ты что издеваешься?  (Чут Тай- традиционная тайская одежда).  — Ты действительно уверен, что твоему очередному корейскому дружку из Криминального мира захочется посмотреть на то, как девушка, одетая в Чут Тай будет показывать тайский танец?  — Уверен, - серьезно говорит Пак, так что Лалисе даже стало не по себе. Обычно он просил её исполнить какой-нибудь стриптиз на пилоне, или ещё чего сексуального, в не менее сексуальной одежде. А тут такое… Нет, ну конечно же Лалиса умеет танцевать Тайские танцы, им она научилась в первую очередь. Но она просто удивлена. Да. White lotus, упомянутый ранее принадлежал Чимину. Конечно же, Лалиса не работала там. Она просто оказывала услугу своему опекуну. Если он просил станцевать, она танцевала. Потому что Чимин считал, что никто там не станцует лучше неё, да и к тому же фигура и внешность у неё была лучше всех. Но танцами все и заканчивалось. Пак не позволял переступить границу дозволенного ни одному из своих гостей. Лалиса, как ни как, стала частью его семьи…  — Ты точно ничего от меня не скрываешь? Какое-то странное у меня ощущение после твоих слов, - признается девушка. «Вот она как в воду глядела» подумал про себя Пак. Она даже не подозревает что ожидает её всего через никчемную недельку… Она покинет Таиланд. И, наверное, возненавидит самого Чимина.  — Никакого подвоха нет. Ты же знаешь, я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Да и к тому же, я тоже буду присутствовать,- на что девушка кивает, как всегда поверив Паку. — Тогда завтра поедем в клуб вместе.