Часть 1

В Большом зале, как всегда, находилось много учеников. Кто-то тихо болтал, кто-то, как Грейнджер, увлеченно писал эссе или изучал книги. Гарри же, с некоторой неохотой, пытался осилить учебник «Как рассеять туман над будущим». Чтиво было не то, чтобы не интересным, но совершенно запутанным, впрочем, как и весь предмет в целом. Подошедший Рон плюхнулся рядом с парнем и заговорчески зашептал: — Гарри, ты не поверишь! Я сейчас тебе та-а-кое, — протянул он слово, делая на нем акцент, — расскажу… — Ты о чем? — заинтересованно и, так же, тихо спросил Поттер. — Близнецы пытались создать новое заклинание, но что-то там пошло не так и, в общем, они то, что получилось доработали, и… Договорить ему не дала придвинувшаяся ближе Гермиона, нравоучительно произнеся: — Как можно так безответственно относиться к созданию заклинаний? Неужели они не подумали, что могли погибнуть или навредить себе?! — В ее тоне так и сквозило возмущение от подобной безответственности. — Гермиона, — закатил глаза Рон и, тут же, примирительно улыбнулся, — все же обошлось, да и Фред с Джорджем все предусмотрели. — Не все… Общая подруга уже собиралась разразиться тирадой, как Гарри перебил ее: — Так что сделали близнецы? — Они сделали барьер…- прошептал рыжий и хихикнул. — Только он, эм, немного… Э, как бы сказать? — паренек неожиданно начал краснеть и заикаться, косо поглядывая на Гермиону. — Да говори уже, — закатила глаза девочка. — Ну… Только я тут не причем, — произнес Рон. Сделав глубокий вдох, он выпалил: — Барьер пропускает только взрослых! — и рыжий облегченно выдохнул. От друзей реакции не последовало. Пару раз моргнув, он с некоторым разочарованием посмотрел на них и тяжело вздохнул. Гарри переглянулся с Гермионой и пожал плечами, как бы говоря: «Это же Рон». Подруга в ответ закатила глаза и снисходительно произнесла: — И что в этом такого? Взрослых в школе много. — Да. Нет. — Рыжий покраснел еще больше и практически одними губами произнес: — Девственники не могут пройти. За столом повисла продолжительная тишина. Гарри думал, что ослышался. Гермиона — что это, мягко говоря, выходит за рамки дозволенного. А Рон… Рон наблюдал за друзьями, которые в какой-то момент тоже начали краснеть. — Это возмутительно! — немного громче, чем следовало, воскликнула Гермиона. Бросив раздраженный взгляд на мальчишек, она подхватила свои книги и письменные принадлежности, и, быстрым шагом выскочила из Большого зала. Гарри с упреком посмотрел на друга, тот в ответ смотрел с полнейшим непониманием. Он-то тут совершенно не причем. — Так что, пойдем посмотрим? — практически умоляюще произнес Рон. — Там уже столько людей побывало. — Ты так и не сказал где они поставили барьер. — На втором этаже, в одном из старых кабинетов, которые давно не используются. Фред и Джордж часто там экспериментируют. Идем? — Пошли. Только, главное не попасться Гермионе, — согласился Гарри. Поттер быстро сложил все в сумку и вместе с рыжим торопливо направился к выходу. И судя по отрывкам разговоров, многие из ребят уже прознали о проделке близнецов. Прибыв на место, парни увидели столпотворение. Гомон, смех и подначки раздавались повсюду. От неожиданности ребята притормозили в начале коридора, и неуверенно переглянулись. — Эй, кто еще готов попробовать? — со смехом выкрикнул Фред. — Кто рискнет? — подбадривал Джордж. Парни стояли оперевшись о стену по обе стороны от входа в кабинет, не скрывая широких улыбок. Окружающие отпускали шутки, но стояли не предпринимая попыток пройти. Кто-то не хотел раскрываться, кто-то знал, что не пройдет, а те, кто прошел раньше, тогда еще не знали сути барьера и теперь находились в довольно-таки неловкой ситуации. — Эй, Вуд, подтверди, что ничего в этом страшного нет, — хохотнул Фред. — Оливер, ты же не в обиде на нас? — засмеялся Джордж. Из-за открытой двери кабинета не донеслось ни звука. Казалось, что там внутри царит атмосфера уныния и депрессии. С противоположной же стороны пространство, словно взрывалось от веселья. Постепенно народа стало прибавляться. И если первачков и второкурсников разворачивали еще на подходе, то старшие курсы плавно вливались в толпу. Вдалеке мелькнула рыжая шевелюра и спустя минуту Перси Уизли протолкнулся в первые ряды зрителей. Окинув братьев уставшим взглядом, он важно спросил: — Что вы опять сделали? — Ты о чем? — округлил глаза Джордж под согласный кивок Фреда. — Эй, Уизли, — Маркус Флинт, капитан команды слизеринцев, вклинился в разговор, кривя губы в ухмылке, — как насчет пари? Ставлю десять галлеонов, что ты не сможешь войти в кабинет. — Флинт, ты что забыл, что мы-то спокойно проходим, — засмеялся Джордж. — Хотя я не против пройти еще раз и получить деньги. — Я спорю с Перси, — еще шире ухмыльнулся тот. — Так как, Уизли, тебе не слабо? — Флинт, не забывай, что я староста. Следи за языком, — недовольно произнес старший из братьев. — И все же? — Он бросил предупреждающий взгляд на близнецов. — А вы, помните о своем слове? Младшие Уизли переглянулись и отвели глаза в сторону от попавшего в ловушку брата. Вот кто тянул их за язык пообещать, что они ни словом не обмолвятся о сути барьера перед новенькими. — Зайти? — уточнил Перси. — И все? — Только если у тебя есть десять галлеонов. Иначе я останусь в проигрыше, — издевательски хохотнул Флинт, вызывая смех слизеринцев. — У тебя же есть, Уизли? — По рукам, — краснея от возмущения решительно произнес Перси, у него, как раз, было ровно такое количество денег. Не раздумывая он прошел вперед, мимо братьев. Проходя дверной проем, Перси почувствовал легкое сопротивление, но без особого труда зашел внутрь кабинета. Стараясь сохранить серьезное лицо, он внутренне ликовал, что удвоил свой капитал, фактически ничего не сделав. Это одни из самых легких денег после прошедшего матча. Кажется, этот год для него станет одним из самых удачных. За спиной парня начало раздаваться улюлюканье и смех. Это немного сбило Уизли с толку и привело в чувства. Выигрыш это, конечно, замечательно, но неплохо было бы узнать в чем суть барьера. — Кто бы мог подумать… — с изрядной долей удивления протянул Седрик Диггори, сидящий на одной из скамеек в кабинете. — Что? — не понял рыжий, замечая немало знакомых со всех четырех факультетов. — Ты не знаешь? — он сочувственно посмотрел на парня. — Оглянись назад. С дурным предчувствием, Перси Уизли медленно повернулся ко входу. Пока еще видимый барьер, прямо по середине дверного проема, искрился и переливался надписью: «Поздравляем! Ты взрослый!» Немного посмотрев на него, парень, с немым вопросом в глазах, снова повернулся к Седрику. — Присядь, — посоветовал Диггори, — все равно отсюда сейчас не выйти. Твои братья что-то такое вплели в заклинание, что приходится тут сидеть не менее получаса, прежде чем появляется возможность выйти. — Я все равно не понимаю в чем проблема. — Ну… Когда сюда проходят, появляется эта надпись… — А когда нет? — подозрительно спросил отчего-то севшим голосом Перси. — «Девственникам ходу нет!» — прикрывая лицо рукой простонал Седрик. В кабинете снова повисла тишина. Перси безвольно опустился на скамью. В его мыслях снова и снова прокручивался момент пари и яркая надпись в проеме. Щеки все больше краснели, затем краска пятнами стала распространяться по всему лицу и шее. И, наконец, старший Уизли не выдержал, крикнув: — Фред! Джордж! Я убью вас, мелкие паршивцы! — С коридора снова послышался взрыв смеха и улюлюканий. Гарри и Рон, стоявшие в толпе, тоже тихо смеялись, хотя и краснели от смущения. Вдруг рыжему пареньку показалось, что с противоположной стороны мелькнула шевелюра подруги. Ткнув друга локтем в бок, он тихо произнес: — Я, кажется, видел там Гермиону… — Не может быть, — уверенно ответил Гарри. — Она не пошла бы сюда… — О, смотрите-ка, — насмешливо протянул Малфой громким голосом, — тут даже грязнокровка! Что Грейнджер, тоже хочешь попробовать? Кто знает, возможно ты легко пройдешь. — Малфой! — крикнул Рон, пробираясь между людей и подбегая к ним. — Ты совсем?! А сам?! Сам сможешь?! — Мне это не надо, Уизли, — насмешливо протянул он. — Я слежу за чистотой… — Ах ты! — и рыжий с силой толкнул слизеринца. — Рон! Прекрати! — сердито одернула друга Гермиона. Посмотрев на белобрысого, она с усмешкой бросила: — Даже грязнокровки будут чище тебя, Малфой. Прежде веселый настрой ребят, стал утихать под нарастающую ссору, однако праздный интерес не давал толпе разойтись — все ожидали окончания перепалки. — Что здесь происходит? — по коридору разнесся грозный голос стремительно приближающегося профессора Снейпа. Его мантия разлеталась при каждом быстром и широком шаге. Холодный взгляд пробежал по всем присутствующим, заставляя ребят втягивать голову в плечи в попытках стать незаметнее. — Малфой? — В ответ слизеринец опустил голову, не смея смотреть в глаза декана. — Поттер?.. И, конечно, Грейнджер и Уизли. — Троица молчала, опустив глаза в пол. — Удивительное единодушие, — саркастично выплюнул Снейп. — Минус десять баллов Гриффиндору. — Мы ничего не сделали! — встрепенулся Рон. — Еще минус пять баллов, — с явным удовольствием и насмешкой протянул профессор, ожидая дальнейших пререканий, которых, к его неудовольствию, не последовало. — Итак. Я жду объяснений. И, — он сделал паузу, окинув всех взглядом, — если кто-то попробует улизнуть, — он вновь сделал паузу, — я лишу его факультет двадцати баллов и назначу месяц отработок под моим присмотром. Молодые волшебники замерли на месте. Вокруг царила напряженная тишина. Кто в здравом уме мог бы набраться смелости сказать самому ужасному профессору о барьере? — Правильно, никто. Даже нахальные и самоуверенные слизеринцы помалкивали. — Удивительное единодушие, — насмешливо протянул он и посмотрел на побледневших близнецов. — Уизли… Что тут происходит? И, если я не получу ответ, то вы окажетесь под моим чутким, — тут он скривил губы в уничтожающей улыбке, метая взглядом молнии и потихоньку раздражаясь, — руководством. Рыжие переглянулись, словно молча совещаясь. В итоге смирившись с неизбежным, произнесли: — Барьер, сэр. — Просто проверка на… — Фред запнулся, бросив быстрый взгляд на брата. — На возраст, — выручил Джордж. — Возраст? — не поверил Северус Снейп. — Да. Только взрослые могут пройти. — Всем, — профессор повысил голос, — быстро покинуть кабинет. Неожиданно для Снейпа никто его не послушал. Вновь начиная раздражаться, он сделал несколько быстрых шагов к барьеру, намереваясь лично выгнать этих неучей и, вдобавок, снять по пять баллов с каждого за игнорирование его слов. Барьер немного прогнулся, вспыхнул и с силой оттолкнул мужчину к противоположной стене. Не ожидавший подобного Снейп окончательно рассвирепел. Выпрямившись и расправив мантию, он уже хотел пройтись по умственным способностям рыжего семейства, но набранный в легкие воздух так и остался внутри тела. Снейп молча и в каком-то ступоре смотрел на парившую над входом надпись: «Девственникам ходу нет!» И впервые в своей взрослой жизни не знал, что сказать. Пикантности ситуации добавляло и количество зрителей. Гробовое молчание еще больше нагнетало обстановку. Абсолютно каждый присутствующий хотел бы в эти минуты оказаться где угодно, но только не здесь. Или, хотя бы, иметь возможность стереть себе память. Неожиданно, но Снейп разделял стремление окружающих, и память он бы сам стер каждому с огромным удовольствием. В том числе и себе. Хотя нет, себе он бы оставил очередное позорное воспоминание, чтобы морально истязать этих рыжих Уизли, ищя любые реальные и надуманные поводы для наказаний и лишения баллов. Злость медленно поднималась внутри, сметая смущение. Прошипев заклинание, он силой разрушил барьер и чеканя каждое слово, мрачно произнес: — Вон из кабинета… Семь парней выскочили в коридор и втиснулись в толпу, пытаясь спрятаться, но юные волшебники, став единым фронтом, не позволили им сделать задуманное. — Что ж… — мрачно протянул Снейп. — Я ценю юмор. И зрителей. И новые чары, — каждое его слово пронзало школьников, заставляя нервничать и еще больше втягивать головы в плечи. — Вы, — низким голосом чеканил он, останавливаясь взглядом на каждом из учеников и заставляя их мимо воли вздрагивать, — действительно, хорошо… постарались. Только Мерлин мог знать, как сильно смущался и злился Снейп в этот момент. Тридцать семь учеников видели его позор. Тридцать семь языков в считанные часы разнесут эту сенсационную новость по Хогвартсу. Позади послышался знакомый шаг, бросив быстрый взгляд на его источник, мужчина решился и направил палочку на учеников, быстро произнеся: — Обливиэйт! — Северус, — пожурил подошедший директор, укоризненно качая головой, но в его глазах то и дело пробегала смешливая искринка, — ты мог найти другой способ справиться с ситуацией… — Этот быстрее, — ровным голосом ответил Снейп, наблюдая за растерянными и дезориентированными учениками. — К тому же, — он изогнул губы в подобии улыбки, — пусть они и не помнят… Но я помню. Этого более чем достаточно для меня. Резко развернувшись и оставив позади растерянных учеников, профессор Снейп стремительно покидал коридор, продумывая свою изощренную месть виновникам. — И все же, не горячись, мальчик мой, — донесся вслед веселый старческий голос, заставивший самого мрачного преподавателя Хогвартса споткнуться на ровном месте, а затем еще больше ускорить шаг, молча проклиная старика и представляя сколько еще раз он с этой двусмысленной интонацией произнесет слово «мальчик». «Чертовы Уизли… Я вам устрою веселые дни до самого выпуска!» — мелькнула у Снейпа мысль, полная мрачного удовольствия.