Глава 1

Хосок, известный в музыкальных кругах как j-hope, всегда был окружен красотой, но до определенного момента она казалась ему далекой, как звезда на ночном небе. Пока не появилась она. Она вошла в его жизнь, словно яркий аккорд в тихой мелодии. Ее звали Лиса, но для Хосока она была его Мона Лиза. Живая, дышащая, излучающая свет. Ее улыбка, обрамленная темными, блестящими волосами, вызывала трепет. В ее глазах он видел вселенную. Впервые Хосок увидел Лису в маленькой арт-галерее в Каннаме. Она стояла перед картиной современного художника, ее силуэт подсвечивался мягким светом. В тот момент, когда их взгляды встретились, Хосок почувствовал, как что-то щелкнуло внутри него. Он, привыкший к сценическому свету и тысячам поклонников, внезапно почувствовал себя неуклюжим и застенчивым. — Прекрасная работа, не так ли? – спросила Лиса, ее голос был мелодичным и успокаивающим, с легким оттенком заинтересованности. — Действительно – пробормотал Хосок, стараясь скрыть свое волнение. — Но… вы еще прекраснее - Он выпалил это, прежде чем успел подумать, щеки предательски порозовели. — Вы умеете делать комплименты, мистер…? - В ее голосе звучала легкая насмешка, но глаза тепло улыбались. — Хосок. Чон Хосок. И я… я не льщу. Я просто говорю то, что вижу - Он старался говорить уверенно, хотя внутри все трепетало. И он видел невероятную красоту. Лиса была идеальна: “один плюс девять – идеал”, как он потом напишет в одной из своих песен. Независимая, уверенная в себе, она была графическим дизайнером. Она зарабатывала сама, что восхищало Хосока еще больше. Их свидания были простыми, но полными смысла. Прогулки по парку Ханган, разговоры за чашкой кофе в тихих кафе, посещение художественных выставок. Хосок узнавал ее шаг за шагом. — Ты как произведение искусства, Лиса – сказал Хосок однажды, во время пикника на берегу реки, его голос был тихим, полным искреннего восхищения. — У тебя нет нужды в чьем-либо одобрении. Ты совершенна сама по себе — добавил он.  Лиса улыбнулась, ее щеки порозовели. — Ты слишком добр, Хосок - В ее голосе звучала благодарность, смешанная с легким смущением. — Я просто честен. Ты знаешь, как я люблю независимых девушек. Тех, кто сами себя делают. Ты – та, кто может устроить катастрофу, просто своим присутствием — Он говорил это с легкой усмешкой, но его глаза говорили о серьезности его чувств. И она действительно могла. Она пленила его полностью. Хосок, привыкший к контролю, обнаружил, что рядом с Лисой теряет голову. Он был одержим ее грацией, ее умом, ее чувством юмора. Но их любовь не была сказкой без единого облачка. Хосок был звездой, и слава накладывала свой отпечаток. — Хосок, я знаю, что ты любишь свою работу – сказала Лиса однажды, глядя на него с тревогой в глазах, ее голос звучал приглушенно, с нотками беспокойства. — Я знаю. Но я работаю над этим. Я стараюсь находить время для нас. Ты – мой приоритет, Лиса. Ты – моя муза, моя Мона Лиза. Без тебя я никто — Он говорил это тихо и искренне, стараясь успокоить ее страхи. И он сдержал свое слово. Он писал песни о ней, вдохновлялся ее красотой и умом. Он посвятил ей альбом, названный “Hope World. Они гуляли по пляжам, их пальцы были в песке, забывая обо всем на свете. Он любил, как она “снимает стресс и Louis с него”. Однажды, увидев ее серьги с бриллиантами, сияющие в лучах солнца, Хосок понял, что она для него – все. Ты меня полностью забрала, Лиса – прошептал он, его голос был полон нежности и обожания. — Ты знаешь, что ты мой тип. Я должен заполучить тебя навсегда, потому что ты знаешь, что мне нравится - Он смотрел на нее так, словно видел только ее одну во всем мире.   И хотя их история была далека от завершения, Хосок знал наверняка: Лиса – его Мона Лиза, его произведение искусства, его вечное вдохновение. И он будет любить ее вечно, пока бьется его сердце. В заключение своей истории Хосок написал песню, полную любви и благодарности, с мелодией, которая цепляла за душу и словами, которые звучали признанием в вечной любви к своей Мона Лизе. И когда он пел ее, весь мир чувствовал глубину его любви, его восхищение, его преданность. И это была уже не просто песня, а признание любви, высеченное в музыке.