Часть 1

Чон Хва прошипела от боли и схватилась за щеку около зуба, который болел уже не первую неделю. Она была на работе, поэтому её коллега сразу обратил на этот жест внимание. — сходи уже к стоматологу, — сказал той офицер Пак весьма недовольным тоном. — ничего у меня не болит.. — оправдалась дама, вот только ей это не помогло. Офицер Пак давно устал от того, что она не первый раз уже хватается за щеку и никак не хочет лечить свой зуб. Страх стоматологов и врачей в целом сильный страх, но его надо побороть. — я запишу тебя на приём к знакомому стоматологу. Одной этой фразы хватило, чтобы вызвать в такой храброй и добродушной полицейской панический страх. Кто знает, детская травма это или что попроще, но она ни в какую не хотела идти и упиралась. — он очень хороший специалист и человек, успокоит твои страхи и наконец вылечит твой зуб. Бога ради, сходи к нему. Он хороший, правда. Только после этого Чон Хва сдалась и продолжила работать. Она ощутила себя маленькой девочкой, которую мама заставляет идти к доктору, поэтому ужасно боялась и не могла сосредоточиться на работе. В её голове всплывали воспоминания с последнего раза, когда она была у дантиста: острые инструменты, чёртовы латексные перчатки на руках врача, сверлящий звук, а также ужасная и пронизывающая каждый уголок тела боль. Невыносимая боль, которую молодая полицейская никак не могла заглушить абсолютно ничем. С этим врачом она даже про работу забыла и вернулась в реальность только тогда, когда офицер Пак положил ей на стол листочек. Взяв его в руки, она прочла содержимое. 《Доктор Со Мун Джо, адрес ***, понедельник 21:00》. Чёрт, паника снова охватила бедную девушку, но она постараюсь успокоить себя. Почему она так боится обычного врача, если является полицейской? Ну, у каждого свои страхи, конечно.. Несколько дней пролетели незаметно, но зубная боль не отступила. Как бы не хотелось, дама всё-таки перешагнула порог клиники, проходя внутрь. Внутри пахло медикамениами и мятой, а также стены здания были увешаны плакатами с людьми. На них у людях была белоснежная улыбка, которая, вроде бы, должна внушать доверие к докторам, да вот только всё происходило ровно наоборот - это только усилило страх девушки перед предстоящей встречей с доктором Со. Дама села в кресло напротив нужного кабинета в ожидании. Оно было удобным и мягким, но Чон Хва казалось, словно она на иголках сидит, а не на мягком кресле, ведь усидеть на месте просто-напросто не выходило. Она постоянно ёрзала и думала даже уйти, но всякий раз пронзительная боль в зубе мешала. Придётся всё-таки встретиться со своим главным страхом. Минуты тянулились как часы и уже спустя пару минут девушку позвали в кабинет. Девушки, судя по всему, помощницы, положили её в медицинское кресло, не давая вставать ни под каким предлогом. Пожалуй, она уже оказалась в лапах страха. И этот страх вскоре появился в дверном проёме. — офицер Со Чон Хва? — да.. — ответила та стоматологу. Его голос был ровный и притягательный, но одновременно такой пугающий. Доктор казался слишком спокойным, пока Чон Хва чуть ли не тряслась от страха на этом чёртовом кресле. Он внушал доверие и было чуть спокойнее, но Чон Хва всё равно ощущала, как тело сковывает страх перед человеком в белом. Она постаралась успокоиться, сосредоточившись не на острых инструментах, а на внешности врача. Он симпатичный. Тёмные очи дантиста находились за стёклышками очков, которых касались такие же тёмные пряди волос врача. Несмотря на то, какие тёмные глаза и волосы у доктора, он выглядел очень привлекательно и весь его тёмный видок перекрывал чисто белый костюм. Врач был статный, высокий, милый. Девушка рассматривала его до тех пор, пока он не заговорил. Мунджо отпустил девочек домой пораньше под предлогом, что справится сам. Он взял в руки белоснежные латексные перчатки и начал диалог с пациенткой. — рассказывайте, где болит и что вы ощущаете? Чон Хва сглотнула, когда увидела, что доктор надевает перчатки. Этот звук – приглушенное поскрипывание – кажется невыносимым. Каждое движение, каждое натяжение – это еще один шаг к неизбежному. Чон Хва старалась сдерживаться, но это выходило еле-еле. В любом случае, ответить пришлось. Мунджо вскоре аккуратно осмотрел зуб, ещё раз допросил об ощущениях и вынес, так скажем, вердикт, после которого брюнетке поплохело. — повреждения серьёзные. Необходима чистка каналов и пломба. Хва не стоматолог, она полицейский и вообще понятия не имела что значат эти страшные термины, поэтому с её губ сорвался лишь один единственный вопрос: — будет больно? А на него доктор дал очень многообещающий ответ: — даже полицейские боятся стоматологов. — я не боюсь, — усмехнувшись, сказала офицер, однако её не устроило то, что Мунджо принялся за инструменты. Не жалко ведь ему на вопрос ответить?.. — просто.. больно будет? Стоматолог сразу перевёл свой взор на неё, а после поднял на нос медицинскую маску, дабы та была надета так, как надо. — не будет. Начнём с анестезии. — только не торопитесь ладно..? — попросила девушка, задрожав. Она попросила немного подождать Со, однако тот лишь сказал 《шире рот》 и ввёл анестезию. Ничего особенного, казалось бы, только вот диалог теперь их стал куда более необычным для пациентки и доктора. — вижу, вы нервничаете. Давайте поболтаем, пока действует анестезия? Расскажите что-нибудь. Идея поговорить казалась отличной. Видимо, этот человек и правда умеет успокоить пациента. Чон Хва усмехнулась от того, что её нервозность оказалась замечена, после чего взглянула на шприц. Анестезия введена не до конца.. вероятно, ей придётся ещё терпеть уколы сегодня. — я.. веду расследование по поводу пропавших людей и мёртвых кошек. Тринадцать кошек. Я даже не знаю, кому это надо, но есть подозрения, что так недалеко и до людей. Чон Хва ожидала любой реакции от доктора, но точно не помощи в расследовании. — я читал о таком в одной книге. Настоящие убийцы или психопаты ведь имеют проблемы с головой. Им без разницы кого убивать - кошку, чья жизнь и так крохотна или жизнь полноценного человека, у которого впереди ещё много всего, — начал говорить Со, даже не думая о том, что только больше напугает пациентку, — понимаете, убийства - это как любое человеческое увлечение или своего рода зависимость. Взять в пример даже вас.. у вас получилось раскрыть одно дело - хочется ведь раскрыть второе, но уже потяжелее? Вот и с маньяками так же.. убили кошку, а потом захотели кого-то большего. Кого-то, кто точно скажет о своём желании сбежать, попросит перестать или.. В моменте Мунджо понял, что заговорился. Нужно завязывать.. — прошу прощения, — усмехаясь, сказал Со, — я просто очень люблю детективы про всяких маньяков и так далее, поэтому долго могу на эту тему говорить. — нет-нет, продолжайте, пожалуйста, вы такими темпами только помогаете.. — пусть и было страшно, но Чон Хва попросила именно это. Она решила ухватиться за человека, который начитался всего прочего и может высказать свою точку зрения. — анестезия, кажется, подействовала и.. я.. мне кажется, что во всём замешано общежитие 《Эдэм》. Я дошла до этого в ходе расследования и почти на все сто уверена. На этих словах врач ненадолго задумался. Эта девушка умна. Она может помешать дальнейшим планам, но отчего-то убивать её совсем не хотелось. Хотелось поиграть с ней: с её страхами, переживаниями, возможно, помочь, а потом предать.. убивать её или нет — Мунджо решит потом. Не сейчас, нет. Он взял в руки зонд со стоматологическим зеркалом и поднёс к больному зубу. — мне нужно проверить действие анестезии. Если вы не почувствуете боли, значит мы можем начать. После этого девушка почувствовала совсем немного боли сквозь онемение в целом правой части рта и языка. Неприятное чувство, зато боль стала меньше, чем обычно. Дама выдавила из себя лишь «чуть-чуть больно», а затем продолжила следить за действиями стоматолога, который уже принялся за бормашину. Сверлящая, одна из самых, так скажем, страшных предметов дантистов, но времени отвлекаться на страхи не было, ведь её лечит тот, кто, видимо, разбирается в нужной ей теме. — только.. только не торопитесь, ладно? И ещё, можете продолжить про маньяков? Пожалуйста, вы можете мне отлично помочь. Доктор лишь кивнул на её слова, хотя внутренне уже выстроился отличный план - надо сбить её с пути. Пока он надевал насадку на машину, продолжил говорить всё тем же ровным тоном. — если маньяк опытный, то он может оставлять за собой такие следы специально. Никогда не разберёшь, что у таких в голове. Порой, маньяком может оказаться даже тот, кому мы доверяем. Делать поспешных выводов по поводу «Эдэма» не вижу смысла, — после этой фразы девушка решила ответить. Она была на все сто уверена в причастности общежития. — но ведь.. вы не были в этом общежитии, а я была. Я осматривала его и знаю, что там.. Врач прервал её. Не дал договорить. — а кто сказал, что я там не был? В этот момент между ними повисла тишина, а в голове у офицера возникло очень много вопросов. Только она хотела их задать, как тут услышала «откройте рот» и тут же почувствовала бормашину, что начала свою работу. Доктор работал аккуратно, но подлокотники кресла брюнетка всё равно сжимала. Голову забили сразу две мысли: ей сейчас очень больно и врач как-то точно связан с общежитием. Поверить было сложно - неужто такой статный и хороший человек был в окружении психов? Нет-нет, быть не может! По крайней мере, про них всех так говорил Чон У.. Чон Хва пыталась на что-то отвлечься, но всё, о чём выходило думать, так это о сверляшей машинке в её ротовой полости и о словах врача. Постепенно звук начал стихать. Казалось, она в этом кресле уже вечность сидит, а подлокотники скоро точно сломаются от того, как она их сжимает. Врач опять схватился за зонд, но прежде, чем он начал, девушка похлопала глазами и спросила, пока её вновь не заткнули этими приборами. — доктор Со, то есть вы были в общежитии? На эти слова брюнет кивнул, как тут девушка почувствовала пронзаюшую всё тело боль, отчего простонала от боли. Доктор сразу обратил на это внимание, заглядывая в её глаза. Они блеснули каким-то недобрым блеском и, кажется, сейчас будет нервничать Чон Хва только сильнее. — больно? В ответ кивок, после чего тот опять схватился за шприц. «Боже, только не снова..» — пронеслось в голове полицейской, правда вот рот открыть для укола пришлось. Она зажмурилась, но врач продолжил говорить. — если вас это интересует, то я живу в этом общежитии. — но почему вы..? Простите, просто.. — нет-нет, всё хорошо. Дело в том, что я рос в приюте, которым владела хозяйка. И, как бы это банально не звучало, она мне как мать, — сказал мужчина, после чего девушка улыбнулась. Какие тёплые отношения у него с хозяйкой.. — мой переезд немного задержался, поэтому я проживаю там, но должен скоро съехать. — поняла.. Позвольте спросить, а вы не замечали ничего странного за своими соседями? Мунджо смотрел сначала на пациентку, а после перевёл свой взгляд на перчатки, думая, как бы грамотно дать ответ на поставленный вопрос. — знаете, у всех свои причуды. Один из моих соседей психически болен. Насколько я знаю, он был с вами в участке. Второй мой сосед смотрит фильмы для взрослых с открытой дверью. Странным можно счесть всё, но если научиться с этим жить, то ничего страшного в этом нет. Девушка была согласна с ним, но она просила совсем другое: она думала, что в общежитии можно услышать странные звуки, может пропажа соседей или что-либо еще. Ей не было интересно то, что какой-то извращенец смотрит порно с открытой дверью. — я имела в виду.. — начала говорить девушка, хватаясь за щеку. Почему во второй раз больнее? — имела в виду что-нибудь странное, похожее на начало чего-то плохого. Странные звуки, пропажа соседей и так далее. Мужчина вновь сел на место, в ожидании, когда анестезия начнет действовать. Он задумался о том, что на самом деле можно ответить. Безусловно, что-то странное нужно сказать, иначе это будет опасно для самого доктора. Что самое безобидное есть в общежитии? Каннибализм? Мучительные убийства? Пытки на четвертом этаже? Или.. — ну.. Почти у каждого в комнате можно найти нож. Это из-за того, что один из жителей ходит повсюду с ножом. Вот вроде бы он не болен психически, но всё равно ведет себя как больной. Девушку эта новость повергла в шок. Она задышала чаще. Чего? Она еще даже не представляла, что это самое безобидное, что он мог рассказать. — правда? О боже, мне кажется, я так никогда не разберусь.. У меня была мысль снять комнату, но я не протяну там месяц, а месяц это минимум для снятия.. Мунджо тепло улыбнулся и взялся за бормашину. Следующие полчаса девушка страдала ужасной болью от работающей машины и махинаций стоматолога с её зубом. В мыслях она уже произнесла все матерные слова, которые только знала, а руки доктора в латексных перчатках и его тихое «тише, почти всё» она точно запомнит надолго. Только вот когда это «почти всё» наконец настанет? Чон уже, откровенно говоря, замучилась сидеть на этом кресле, а подлокотники уже некуда сжимать было. Наконец Со поставил пломбу, проверил, чтобы ничего не царапало и произнес фразу, которую офицер ждала весь этот час, если не больше. — готово, мы закончили. Я дам вам рекомендации, а также нужно будет прийти повторно недели через две. Если заболит, не игнорируйте боль. Сразу записывайтесь. Если нужна будет помощь с расследованием, обращайтесь. Со отошел совсем ненадолго, дабы найти нужные бумаги, а Чон Хва потрогала щёку, что ещё не отошла от анестезии. На самом деле брюнет отшутился, но на последних словах Чон Хва задумалась. Она восприняла его всерьёз. Он действительно готов помочь? Или это шутка? Если да, то.. это же.. отличная возможность. — помощь? Могу я попросить вас об одной услуге? Я хотела бы провести вечер в общежитии, если не затруднит. Мунджо опешил. Он хотел отказать, но после хорошо подумал: это хороший шанс отвести от себя подозрения. Затихнуть на вечер ничего не стоит, а отвести подозрения от общежития идея хорошая. Нужно лишь помолчать один вечер и полицейская поймёт, что дело далеко не в общежитии, а дальше втереться в доверие и стать ангелом во плоти. Почему нет? Обдумав все хорошенько, Со пришел к выводу, что сбить ее с пути нужно. И начать стоит именно с этого. — у меня больше нет пациентов. Я уберу кабинет и можно пойти в общежитие. Только, минуту, один телефонный звонок. Сняв перчатки, Мунджо взялся за телефон и вышел из своего кабинета, оставляя Чон Хва на время одну. Нужно предупредить, чтобы закрыли четвёртый этаж и перестали шуметь.