С первым декабря. Глава 24

      Туилин нервно ворочалась в кровати. Волосы путались всё больше, а навязчивым мыслям не было видно конца. За окном до сих пор темно, что и время узнать нереально, потому что часы висят в холле на первом этаже. А если она встанет, то обратно уже не ляжет, даже если окажется, что на дворе три ночи. Ногти ненароком полезли в рот. Туилин пыталась побороть эту вредную привычку, но в подобных ситуациях сила воли давала слабину.       Она ощущала мерзкий вкус гель-лака у себя на зубах, слушала тихий хруст ногтевой пластины, однако ничего не могла с собой поделать.       Эльфийка села и ещё тут же тряхнуло от холода. Она больше не могла держаться. Одеяло аккуратно рухнуло обратно на кровать, покрывая постельное от бортов до бортов, ноги слепо зашли в тапочки, глаза забегали. Цветное отражение света рябило в глазах. Иногда она сожалела о своём спонтанном решении поставить витражное окно в комнату.       Глубоко подышав для успокоения, Туилин тихо и медленно поднялась, контролируя каждую конечность. Она подошла к своему зеркалу в полный рост, что стояло около шкафа и одеждой и оглядела себя: в волосах заметные колтуны, пижама мятая, на щеке след от подушки и засохшая, вонючая слюна. Девушка скривилась, взяла со стола влажную салфетку и вытерла слюну. Потом из ящика достала расчёску и принялась бережно расчёсывать свои длиннющие патлы.       Когда с этим делом было покончено, Туилин завязала волосы в простой, небрежный пучок и двинулась занимать ванную комнату. Семью часто раздражало её длительное пребывание в туалете, поэтому она решила вставать раньше на полчаса. Но и это им не понравилось, потому что сестра всё равно не успевала выйти до их подъёма.       Потом Туилин это осточертело и она в отместку стала специально задерживаться. У них всё равно есть второй туалет на первом этаже!       От собственных мыслей эльфийка закатила глаза, зажигая электрические подсвечники. Глаза автоматически закрылись, но она через боль старалась как можно быстрее привыкнуть к свету. Её ещё раз тряхнуло и только после этого рука потянулась за зубной щёткой. Злая сторона подмывала засунуть щётку Вальдхара в унитаз, но она держалась.       Почистив зубы и нормально умывшись, Туилин собиралась пойти в душ, но не успев снять и резинки с волос, в дверь грубо постучали. — Туилин, ты долго ещё? — Сонный голос Вальда слышался ещё более хрипло, чем обычно. Его что, вообще жизнь ничему не учит? — Вальдхар, вали ссать на первый этаж. — Она тоже звучала, как бабушка. — Я не хочу, там холодно! — Здесь тоже холодно, и что? — Эльфийка, уже наплевав на человека за стенкой, сняла тёплую кофту. По телу пробежалась мурашки, а зубы застучали. — Давай быстрее, Ли-ин, — он стал звучать жалобно. — Иди воды попей, я не знаю, потому что я иду мыть голову. — Девушка сняла меховые носки и штаны, оставшись только в нижнем белье. — Да ты же только вчера её мыла!!! И кухня тоже на первом. Туилин этот разговор уже надоел. — Ничего не знаю, отвали. Я тут надолго. — Она полностью разделась и шагнула в ванну.       До неё дошли отголоски матов удаляющегося Вальда. Туилин с улыбкой приняла победу и включила кран с кипятком, ожидая, пока ледяная вода нагреется. Потом включила лейку и закрыла шторку.       Пока эльфийка нежилась в горячей воде, помещение застилал пар.

Тук-тук-тук

— Занято! — Она с пренебрежением крикнула.       Стук не повторился. И слава Первой Матери.       Некоторое время было тихо, но когда Туилин наносила бальзам на волосы, к ней опять застучали. — Да твою ж… — эльфийка зло шептала про себя. — Кого ещё принесло?! — Туилин, выходи давай, мне в туалет надо! — Лололошка. — Иди ссы на пару с Вальдом на первом этаже. Достали уже! — Сама достала, — каждое утро одно и то же. Может тебе баню отдельную построить, чтобы ты там одна была, а? — Глассгарфовец звучал устало. — О-ой, — Туилин тяжело вздохнула, — даже в душ сходить не даёте. Да мне тут немножко осталось, пять минут буквально. — Да кому ты тут заливаешь, знаем мы твои пять минут. Ну и бог с тобой, — он отошёл от двери. « — Ага-ага, конечно. Далеко всё равно не уйдёшь.»       Когда она наконец-то помылась (после Lo к ней никто не стучал), вытерлась и обратно надела пижаму, то приступила к бьюти процедурам. Увлажняющий крем впитывался в каждую часть лица, гигиеническая помада увлажняла сухие после ночи губы, пилочка подравнивала острые, обгрызенные ногти. Скребок гуаша проходил по каждой впадине на лице, снимая отёки и разгоняя кровь. Затем она сняла свои ночные серьги, продезинфицировала их и положила в коробочку. Также почистила свои уши и отверстия проколов. Потом с волос упал крабик и Туилин принялась их расчёсывать.       Воздушной магией она высушила свои волосы, следом опять их расчесав. Из своей комнаты она перенесла одни из своих праздничных серёжек — большие серые снежинки. Оглядев своё лицо в зеркале, она на время решила оставить волосы распущенными. Потом запряжёт Лололошку для этого.       Убедившись, что она готова выйти в свет, Туилин открыла дверь и вышла в коридор. Её пробило холодом. Чёрт бы побрал этот мороз в доме. На этаже никого не оказалось. Все проснувшиеся уже на первом, а оставшиеся спят. А это значит, что проснулась эльфийка вовремя. Внутренний будильник работает исправно.       Она быстрым шагом пошла к круглой лестнице в полу в углу и спустилась по ней. Внизу её уже встречали свистом. Лололошка, Вальд и Фарин сидели за столом на кухне и пили воду. У Туилин же во рту была пустыня. В погоне за ванной, по утрам она пьёт поздно. Она прошла под огромной аркой и стала шариться в ящике над раковиной, в поисках своей кружки. Нащупав щупальца, эльфийка вытянула кружку и налила себе кипячёной воды из чайника. — С лёгким паром, сестрёнка, — Лололошка лукаво щурился. — Благодарю, — Туилин в ответ шутливо поклонилась. Затем посмотрела на остальных. — Ну а вы как, не описались? — Я — нет. Ты как сказала, что занято, так я на первый этаж сходил. — Фарин пожал плечами. — Вот! Единственное понимающее существо в этом помещении. А вам стоит поучиться у Фарина манерам и этике. — Тут она, конечно, преувеличивала. — А мне, между прочим, пришлось валить на первый этаж. Так там ещё и холоднее всего! — Вальдхар снова начинал ныть. — Та что там холодно, не переживай, Вальд, тебе там и отмораживать-то нечего, — Lo махнул рукой и широко заулыбался. — Ты охренел?! Чё, думаешь, раз у тебя хрен длиннее, так ты тут самый крутой, да?! — Давайте не будем ссориться с утра? — Фарин постарался сгладить ситуацию. — Вы просто голодные, вот и раздражительные. — Фарин, ты что, на его стороне? На стороне этого кретина? — Зелёные глаза округлились. Вальдхар выглядел преданным.       Послышался скрип ступеней. От которого Лололошка должен был избавиться ещё на предыдущей недели, между прочим. — Вы чего расшумелись, спорщики? Остальных разбу́дите, — Эграссель смешно щурился и потирал глаза кулаками, слегка пошатываясь. — Эграсса, ты чего вскочил, дурёха, спать всего несколько часов назад лёг! — Lo сам же и вскочил, подбегая к своему бойфренду. Выглядел он испуганно и взволнованно. — Пойдём, пойдём!, я тебя обратно спать уложу. Рано ещё — только пол девятого. — Он бережно взял Эграссу за руку, крутанул того на месте и повёл вверх по лестнице. Эльф особо не сопротивлялся, но бубнил себе под нос. — Эх, они просто созданы друг для друга, — она мягко вздохнула, провожая парочку взглядом. Потом смахнула невидимую слезу с глаза и повернулась обратно к кухне. — И так… — Бля, уже стрёмно звучит, скажи? — Вальд обращался к Фарину. — Есть такое. — И так, — чуть громче повторила эльфийка, — сегодня вы — мои верные рабы-... — Нет! — Завопил Вальдхар. — Я понял! Я понял о чём ты! Первое число декабря! Не-е-е-ет! — Вот чёрт. — К Фарину тоже пришло озарение. — Да-а-а! Да, мои недорогие братья, вы абсолютно правы! — Туилин злобно улыбалась, предвкушая. — Сегодня первое число декабря, а значит — пришло время украшений. — Только не это, — Вальдхар схватился за голову и стал пялить в стол. Он даже не пытался переместиться — хоть чему-то научился. Фарин просто отрешённо созерцал стену. — Хорошо. Вас оповестила, теперь можно идти и докучать остальным. Не скучайте, мальчики! — Эльфийка помахала ребятам и побежала на второй этаж. С помощью детской считалочки выбрав спальню, она постучала в дверь Равиэля. — Рави! Спишь? — Она ещё пару раз стукнула в дверь.       Буквально через несколько секунд дверь распахнулась и представила миру Равиэля, который выглядел так, будто проснулся от стука. — Я тебя разбудила, Рави? — Эльфийка осоловело наклонила голову. — Нет-нет, — он замахал руками и закачал головой, — я уже не спал. Просто не ожидала твоего прихода. — Равиэль смущённо улыбнулся. — Тебе чего-то надобно? — Да! — Звонко заговорила Туилин, — Пришла известить тебя, — при каждом новом слове она меняла позу, — о том, что сегодня первое число декабря. А это значит… Пора украшать поместье, Рави!!!       Она засмеялась и начала прыгать не месте, хлопая в ладоши. Равиэль от такого вида сам заулыбался во все тридцать два. Но потом до него дошел смысл вышесказанного. — В смысле «пора»?.. Уже?! — Он опустил взгляд на своё пустое запястье и заявил: — Вот чёрт. — Ха, Фарин то же самое сказал. Ну ла-адно, мне пора-а, — нужно ещё остальных предупредить. А ты можешь пока собираться, потому что я беру тебя в свои подчинённый и приказываю тебе идти со мной и Лололошкой на рынок! Через полтора часа, не опаздывай! — Она не успела увидеть, как лицо не сородича скривилось, уничтожая последние капли радости.       Она на секунду замерла перед дверью Эграссы и всё же решила оставить эти двоих напоследок. Пусть проведут утро вместе, потому что оставшийся день они с Lo будет кочевать по всему поместью.

Тук-тук-тук

— Гуах, ты спишь? Не спи! Пора дом украшать, уже декабрь! — В этот раз она уже не кричала — решила сохранить голосовые связки на потом.       До её ушей донёсся еле слышный шелест крылышек. Гуах с безразличным лицом отворил двери. Насколько Туилин могла догадываться, то Гуах уже некоторое время не спал, как обычно читая у себя в кресле. Антенны двигались, как щипцы, обнюхивая территорию. Девушку иногда пробивали на хи-хи инстинкты инсектоидов. — Даже не начинай, Туилин. Я знаю, зачем ты сюда пришла. — Голос его звучал бесстрастно. — Да? И зачем же? — Чтобы опечалить меня новостью о том, что сегодня первое число декабря и пора украшать поместье. — И тем, что ближайшие три месяца Гуах будет чуть вялым. — Верно… Ну ладно, пойду оставшихся оповещать. До скорого. — Туилин подмигнула багряннику, отходя буквально на полтора метра, к комнате Нардуша.       К орку она стучала очень энергично, сразу двумя руками. Зная крепкий сон Нардуша, его и падающий на землю метеорит не разбудит. — На-а-арду-у-уш! Ау-у-у!       Она стучала ещё с минуту, но безуспешно. Её личико сморщилось, но в голову тут же пришла новая идея. Девушка сбегала в свою спальню за листиком с ручкой и написала Нардушу записку, которую просунула под дверью.

      «Поздравляю с первым днём зимы! Сегодня украшаем поместье (⁠~⁠￣⁠³⁠￣⁠)⁠~»

      Фалинда сегодня не дома, так что Туилин с чистой душой развернулась, так и не дойдя до угла. Она затихла, на цыпочках подкрадываясь к комнате Эграсселя. Самой было неведомо, что хотелось подслушать, но прикладывая ухо к двери, сердце звоном отдавало в голову.       Тихо. Ни шёпота, ни звуков поцелуев. С неким разочарованием Туилин отлипла от двери и занесла кулак над ней же. — Туилин? — …но не успела и разу стукнуть. Звонкий голос Лололошки заставил её руку застыть, словно её застали за чем-то неприличным. — …Да? — Через пару секунд копошения и хриплых вздохов, Lo с плоской моськой возник прямо перед ней. — Чего надо? — Он нарочно говорил высоким, детским голоском и выделял каждый слог. — Мы в Бога не верим и газеты не берём. — Дверь стала медленно закрываться.       Туилин вцепилась в ту, тараторя: — Сегодня первое число декабря, Лололошка, пора украшать поместье. Я пришла сказать тебе, что через полтора часа я, ты и Равиэль на рынок за украшениями, а ещё тебе нужно достать ёлку, а потом мы с тобой будем вырезать бумажные снежинки, а ещё вешать гирлянды, наряжать ёлку и-... — Так что ж ты раньше не сказала?! — Её перебили прямо в тот момент, когда в лёгких закончился воздух, а вдохнуть ещё не успела. Лололошка обернулся на Эграссу, лежащего в кровати боком, потом вернул взгляд на Туилин, потом опять на Эграсселя и опять на Туилин. — Эграсса как раз лёг спать, поэтому я готов выходить хоть сейчас. — Воу-воу, полегче, красавчик, — никакой реакции со стороны Эграссы не последовало. — Я ещё в пижаме, если ты не заметил. — Она пальцем обвела своё тело с головы до ног. — Ладно, значит пройдусь по мирам в поисках ёлки, — Лололошка пожал плечами и захлопнул перед девушкой дверь. — Только сразу не тащи — нужно будет позаметать, помыть пол и опять подмести! И убраться везде. Надо запрячь кого-нибудь для уборки… — Последнее прозвучало шёпотом.       Она пошла собираться.

***

— Ещё раз: вы всё поняли, Фарин, Вальдхар? Если что, берите себе помощников в команду, — Туилин поджала губы и поправила укладку. — Нардуша там, или Гуаха, если что-то высоко. — Да, всё ясно, Туилин! — Фарин кивнул в подтверждение своих слов. — Можешь не переживать: к вашему приходу поместье будет блестеть! — И посуду помыть не забудьте. — А посуду-то зачем?! Сегодня первое число декабря, а не тридцать первое! Не новый год! — Вальдхар с кислой рожей озирался по сторонам. — Не препирайся, Вальд. Надо — значит надо. Всё, мы пошли.       Выходя, она запомнила каждый уголочек поместья, уже представляя, как оно будет сверкать совсем скоро. — Лин, осторожно! — Лололошка подхватил эльфийку за талию, когда она чуть не навернулась, идя спиной. — Ой, — она стряхнула наваждение, — спасибо, Lo. — Спасибо-спасибо, тьфу на вас. — Равиэль тупым голосом передразнил Туилин, при этом закатив глаза. Она посчитала Рави ещё более глупым идиотом, когда тот демонстративно ускорил шаг, уходя вперёд. — Вот придурок. — Лололошка шепнул ей на ухо, чтобы эльф не услышал. — Рави просто странный. Не говори о нём так. — Пф, ну и ладно. — Он замолчал, шагая рядом и вглядываясь в рынок.       Туилин тоже замолкла, прожигая спину Равиэля пронзительным взглядом. Когда тот двинул лопаткой, она с достоинством приняла победу и отвлеклась от сородича. — Слушай… — Слушай…       Ребята одновременно заговорили, хихикнули с этого и Туилин отдала право первым говорить Lo. — Нужно накупить рождественских носков, ёлочных игрушек, шапочек Санты каждому, потом в ларьке цветной бумаги, — Он на мгновение задумался. — Мандаринов, ножницы и скотч у нас есть, я схожу в Флоренцию и куплю себе плёнки для фотоаппарата, гирлянд, новую бумагу для мини принтера, снежный шарик-... — Мне тоже возьми. И Эграссе! — Три штуки… рождественских венков на двери, декоративного снеговика, чтобы перед домом поставить, пахучки с запахом корицы и мандаринов, побольше мёда и муки для готовки, — а то цены перед праздниками взлетят в несколько раз — и там по мере надобности ещё чего-нибудь взять. — Туилин вынула одну руку из муфты и почесала затылок. — Ой, а где Рави?       Лололошка посмотрел по сторонам и подтвердил, что в расстоянии пяти метров белобрысого эльфа не обнаружено. — Сам как-нибудь найдётся, не переживай за него, — он махнул рукой. Потом вдалеке разглядел прилавок и потащил подругу за собой. — А нам лучше времени не терять. Если что, я тоже могу корзинки таскать. — Ох-х, никакого с тобой умиротворения. — Пока Туилин волокли за руку, она присматривалась к товару остальных продавцов. Он уже успела заприметить импортную пахлаву и рождественские веночки. — Здравствуй, Бен! — Лололошка, со своей слишком приторной улыбкой, завёл непринуждённый диалог с торговцем. — Чем порадуешь в этот холодный декабрьский день?       Пока брат разглядывал какие-то традиционные декорации, Лин отошла от него и решила пройтись по ранее невидимым прилавкам. Прямо напротив стояла «торговка тайнами», что как обычно продавала журналы с гороскопом и предлагала всем погадать. Туилин вечно удивлялась: как можно тратить бешеные деньги на аренду места для прилавка на такую чушь? Пусть у неё скинта было предостаточно, но для неё подобное — бездумная трата денег.       Чуть левее располагался торговец-орк с мясом. Уже который год на этом самом месте орки торговали мясом? У них будто этот прилавок в наследство переходит. Из поколения в поколение, так сказать. Мимо него она прошла без зазрения совести, ведь мясо в поместье было всегда и без его родственников.       Когда Туилин проходила уже третий прилавок, у неё стали замерзать руки, уши и нос. Ладони она запихнула в муфту, а на остальное пришлось забить.       Держа путь в определённую точку рынка, становилось примерно понятно, сколько скинта уйдёт на покупки. Если что, спишет с Равиэля за его отсутствие.       Постепенно светало. В тёмном полотне, усыпанным звёздами, проявлялись более яркие оттенки. Её любимые созвездия тихонько исчезали, а Луна тускнела. Через каких-то жалких сорок минут над головой будет светить солнце, совсем не согревая. Туилин любила рассвет. Любила наблюдать за меняющимися красками на небе, любила наблюдать за уже бодрыми птицами, любила фотографировать фиолетовые облака разных форм. Но больше всего ей нравилось встречать рассвет с Рави. Тот редко вставал так рано, отчего моменты утренней близости становились ещё ценнее. Равиэль для Туилин — как токсичный бывший. Все плохие воспоминания стираются из головы, оставлял только хорошее. Только вы встречаетесь — всё хорошо. Проводите много времени вместе — опять всё плохо. Но хочется же всё вернуть. Потому что не помнишь, как было плохо.       Ей хочется думать о Рави хорошо, она может назвать его хорошим другом. Но только если они наедине. Стоит эльфу увидеть Lo или Вальда, так его будто подменили! Начинает ругаться, огрызаться, злиться просто так, покрывать её лучших друзей матом, а потом обижаться из-за того, что Туилин их защищает. И так всегда! Но вспоминает она об этом только в те моменты, когда Равиэль снова чудит.       У неё просто взрывается мозг каждый раз. Потому что как, как такое можно забыть?!       Нужно побеседовать насчёт этого с Лололошкой. Он точно должен знать ответ. Обязан знать, потому что он всё знает.       Лололошка. Ещё нужно попросить друга сшить ей новогоднее платье. И запрячь помогать готовить имбирные пряники перед праздником.       Эгоистично, наверное, забирать Лололошку у своего парня на столь долгий промежуток, но-о. Они всё равно всегда вместе, потерпят. Тем более они будут находиться в одном помещении, только если Эграссы не решит слинять в их общую лабораторию. Или сородича тоже заставить работать? Вырезать бумажные снежинки, или наряжать ёлку. Или ещё чего, что можно придумать. Так оба будут работать и не думать друг о друге. А потом, после боя курантов, пусть делают, что хотят.       Когда девушка свернула, то поток ветра снёс ей всю укладку и волосы закрыли лицо. — Дерьмо! — Туилин остановилась и отлепила копну волос от своих губ. — Теперь они все в тинте! — Она разочарованно топнула ногой.       После этого с обиженным на мир выражением лица пошла дальше. К лавке с морепродуктами. Вот здесь-то и она сможет поболтать с торговцем! — Саманта! — Эльфийка остановилась напротив знакомой. — Саманта, поздравляю с первым числом декабря. — Туилин, приветствую! — Черноволосая дама приятно улыбнулась, не обращая внимания на её очевидно подбитое настроение. Подруга называется. — Спасибо, и тебя. Хотя, здесь праздник больше для тебя. Нам-то хуже — с утра до ночи на морозе стоять. — Дай мне две классические праздничные металлбанки* красной икры и я делаю предзаказ на тридцатое число: два средних лосося, три металлбанки икры, сельдь для одной селёдки под шубой, килограмм креветок. — Она достала из инвентаря гору скинта и положила на прилавок Саманты кристалл и четыре крупицы. — Мгм. — Саманта с горящими глазами спрятала весь скинт где-то внизу, а сама достала счёты и записала заказ в блокноте. — Я могу сейчас вычесть цену икры из кристалла, идёт? — Нет, за неё я сейчас заплачу. — Туилин отдала осколок скинта Саманте и, забрав заказ, модельной походкой ушла.       Та даже не посмотрела ей вслед — принялась обслуживать следующего утреннего клиента. Вот так и общайся с кем-либо из сферы торговли. Самый адекватный из них всех — Лололошка. Шьёт платья на заказ и не выделывается.       Спустя несколько метров девушка остановилась у прилавка с фруктами. Средних лет дворф стоял на подмостке, суровым взглядом пиля проходящих мимо «долгоросликов». Зачем вообще торговать в центре Гохледдола, где большинстве живут эльфы, если ненавидишь существ выше себя?       Она подходила с неким опасением, но заприметив потенциального клиента, дворф в тот же миг оживился, подгоняя её рукой. — Девушка-красавица, подходи-покупай! Яблочки, груши, мандарины, апельсины, помело, хурма, гранаты, киви, авокадо. Всего на любой вкус, выбирай! — Дворф любезно ей улыбался, приподняв брови, но Туилин сразу распознала фальшивые эмоции на его лице. Хотя, в общем-то, не ей судить. Не она же стоит с самого утра на морозе на одном месте и обслуживает случайных прохожих, которые могут ещё и нагрубить. — Здравствуйте, — она была любезной. — Отсыпьте мне, пожалуйста, килограммчика три яблок, тридцать мандаринов, одно помело и три авокадо.       Глаза дворфа загорелись, на этот раз уже искренне, и он принялся собирать заказ Туилин, попутно одаряя девушку кучей комплиментов и желая хорошей жизни. — С вас, прекрасная леди, кристалл и два осколка скинта. — Он довольно почёсывал свою бороду. Почему-то Туилин засчитала его извращенцем. Она молча поставила на прилавок нужное количество скинта, не желая касаться рук дворфа. Забрав покупки, эльфийка зашагала прочь, ощущая липкий взгляд карих глаз по всему телу. В один момент ей стало противно и от того торговца, и от себя самой. Но почему — непонятно.       Ей резко захотелось оказаться с кем-то рядом. С Равиэлем или Лололошкой, лишь бы со знакомым мужчиной, который сможет её защитить и уберечь. Такие мысли не часто её посещали, потому что хотелось на самом деле являться сильной и независимой девушкой, что со всеми проблемами справится сама и, если что, сможет надрать зад любому ублюдку. Но она не в тупой плохо написанной истории, где все девушки написаны будто по шаблону, а в реальной жизни.       Всё резко стало каким-то тусклым, выцветшим, глухим. Настроение ещё раз упало, только в этот раз гораздо глубже. Вещи в инвентаре стали тяжёлыми, голова тоже.       Ей захотелось домой. Но нельзя. Сегодня она — главное звено поместья. Нужно сделать ещё кучу дел: проверить уборку Вальда и Фарина, оценить ёлку, которую выберет Lo, вырезать снежинок, купить много украшений, разложить покупки по полкам кухни, заказать новое мыло, а то кончается… О. Вот и списочек пополнился. Купить самые красивые рождественские веночки, благовония, пахучки, приправ для синнабонов с корицей и имбирных пряников, придумать подарок Рави на день рождения и много другого. Очень, очень много другого.       Тут-то её сущность и начала выбираться наружу. Захотелось на всё забить, закрыться в своей комнате и в тишине провести целый день, светить все эти шумные обязанности на остальных, пусть другие всё организует! Но она не зря столько лет выстраивала образ всемогущей весёлой Туилин. Иначе ей бы не удалось найти своих друзей, её приравняли бы к тем тварям-эльфам, что думают только о себе, презирают любые расы, кроме своей и… и…       Она в кого-то врезалась. Глаза настолько заплыли от сдержанных слёз, что она просто не заметила прохожего.       Девушка неловко извинилась и поспешила удалиться. Но уйти ей не дали. Чужая рука грубо сдалась на её запястье. Мир на секунду сжался в точку. В груди рвануло, будто кто-то дёрнул туго натянутую струну, и наружу вырвался импульс. Резкий, сильный и неконтролируемый. Она знала, что это за заклинание.       Всех живых существ в радиусе двух метров откинуло назад, оставляя её одну образовавшемся круге.       Туилин побежала не оглядываясь.       Потом её осенило. Не останавливаясь она отследила местоположение Лололошки и телепортировалась к нему. Теперь они вдвоём стояли у прилавка Бена. — Лин? — Lo обернулся на всплеск энергии и замер, как только женские руки сгребли его в крепкие (даже слишком) объятия.       Он перенёс их на скамейку около поместья и только потом заговорил. — Что случилось, Туилин? Ты не нашла Равиэля? — Лололошка сидел спокойно, не касаясь подруги лишний раз.       Но когда Туилин взяла его руку и положила её себе на спину, он сразу понял, что делать. — Lo-о-о… нет, не нашла. Но не в этом дело! — Она не поднимала своих глаз, уткнувшись в плечо друга. — Я не знаю, что со мной. Я просто гуляла по рынку, смотрела, что можно купить. И даже купила! — Похлопала себя по карманам. — А потом подошла к торговцу там одному. Ну, дворфу, что фрукты продаёт.       Лололошка молча слушал, не перебивая. — И… и со мной что-то произошло. Я не знаю, что. Он в один момент стал похожим на какого-то извращенца. — А что он сделал? — Бороду свою почесал. — Туилин почувствовала короткие частые импульсы в чужой груди. — Не смейся! — Она ударила Лололошку в плечо. — Прости, прости. — И вот. Иду, ухожу подальше от этого придурка, а потом другой придурок! У меня глаза не видят ни черта, а тут какой-то мудила меня за руку схватил, а у меня заклинание преждевременной защиты сработало… — Туилин обняла Lo за плечи, повернув голову на его плече и теперь смотря на фонтанчик. — Ты всё-таки его установила. — Не вопрос, утверждение. — Да, поставила! Сколько ублюдков на свободе шастает, как тут не поставишь. — Она даже поразилась столь глупой речью. — Ну ладно, ладно, всё, понял. — Вот. Я и вот этого придурка убежала. А потом вспомнила, что, вообще-то, мироходец и умею телепортироваться. Так, собственно, у тебя и оказалась. — Туилин успокоилась, но морально вымоталась. Поэтому зевнула, закрыла глаза и удобно пристроилась на плече. — Эй-эй, подруга, не спать! У нас дел ещё невпроворот сегодня, — он попытался её растормошить. — В жопу. Завтра сделаем. Или на остальных дела сбросим. Вон, на парня твоего. — Эграссель — мне не парень, Туилин. Ты задолбала уже. — Лололошка казался оскорблённым. — Да-да. А вы задолбали скрываться. Я же знаю всё. Всем ваще пофиг уже. — О-о-о. Мамочки, Лин, что за сленговые словечки из твоих уст? — Теперь он явно усмехался. Она слышала это по голосу. — Вали к чёрту. — На куличиках? — На куличиках. — Туилин кивнула. — Не, ну я в гости к тебе ещё не собирался. — Lo-o-o! — Воскликнула она. Потом села ровно. — Всё, достал. Даже поплакать на плече своём не даёшь, ишь. — Потом оглядела его снизу вверх. — Чего булки расслабил? Бегом-бегом, пора сына блудного искать и за покупками дальше. Давай-давай. — Узнаю прежнюю Туилин. — Лололошка улыбался. Искренне.       Она кивнула, встала и повлекла его за собой. Задач действительно предостаточно.

***

— Ты идиот, Равиэль! Можно было меня просто окликнуть, а не за руку хватать?! Я была в неустойчивом состоянии. А вдруг врезала бы тебе, а?! — Туилин била Равиэля носовым платком по голове. — Идиот, придурок, безмозглый идиот. Ну как так одно вообще?! — Ну прости, прости, пожалуйста. Лин, я же не со зла, клянусь. Мне жаль, очень жаль. Я не хотел, мне стыдно. Прости-и-и. — Эльф и вправду выглядел так, словно сейчас расплачется. Туилин было его и жаль, и не жаль одновременно. — Так, — она упёрла руки в бока. — За это ты должен будешь купить всё по этому списку. До вечера. — Туилин протянула почти полностью исписанный А4 лист ему в руки. — На свои деньги. Потом компенсирую тебе пятнадцать процентов от всей стоимости. Всё, чао-какао.       Они с Lo оставили Равиэля с самым уморительным выражением лица на рынке, сами отправившись в другую часть города, где и разошлись по нужным им мирам.       Лололошка отправился на поиски ёлки в Эдесс, а Туилин за оставшимся из своего списка — во Флоренцию.       После перехода она оказалась в ярком, солнечном мире, из-за чего стало жарко. Здесь минимальная температура — это двадцать градусов Цельсия. А Туилин одета на три градуса Цельсия. Разница ощутима.       Поэтому ей не стоило задерживаться, если не хотелось вонять по́том весь оставшийся день.       Туилин сняла куртку, а муфту оставила висеть на груди, следуя указанием на стрелках. — Так… рождественская бурда — красная секция по стороне востока. — Туилин посмотрела по сторонам и просто понадеялась на то, что находится где-то посередине. Если это так, то нужно просто спуститься по этой огромной лестнице и идти направо. Туда, где за забором ей удалось разглядеть маленькую полоску водоёма. «— Хоть бы это было море. У моря всегда прохладнее.»       Съехав по перилам лестницы, девушка элегантно поправила свои брюки и быстрой походкой направилась на-наверное-запад. По пути ей встречались редкие обитатели мира, в основном темнокожие и черноволосые люди. Она не обращала на них внимания, делая как можно скорее покончить с этим миром.       Каждый дом выглядел так же, как и предыдущий. Она словно попала во временную петлю, где бесконечное количество раз повторяется одно и то же действие. Только она меняла местоположение. Шла и шла вперёд, потела сильнее с каждым разом, раздражалась всё больше и больше с каждым шагом. Всё менялось симметрично и как надо.       Спустя вечные по ощущениям минуты Туилин увидела последнюю в своём роде каменную пятиэтажку, в за ней — море. Она даже улыбнулась, радуясь окончанию этой пытки. Странные, косые взгляды тоже кончились.       Прямо перед ней располагалось бескрайнее море, побережье выглядело очень аккуратно и красиво. Выше, на холме и располагалась так называется «красная секция по стороне востока».       Она отключилась от жизненной суматохи, на автомате шагая к очередному в своей жизни рынку. Таких будет ещё много. Она уверена.       Потом она и не вспомнит, как покупала венки на двери, гирлянды, новую плёнку для фотоаппарата (даже не удостоившись проверить, подходит ли она вообще), бумагу для мини принтера, благовония и остальное.       Только тогда, когда её обнаружили уткнувшейся лицом в дерево, к ней вернулся рассудок. — Да всё со мной нормально. Пойдёмте в дом уже, я та-ак устала.       Туилин сняла барьер на двери и первой зашла в дома. Увиденное её на удивление не разочаровало: полы вымыты, хоть и видны разводы, ковёр в зале подмели, но пол под ним — нет, она это сразу поняла, пыли на тумбочке в прихожей не оказалось, а их общая фотография была сдвинута, а на зеркале больше не было харчка Вальда. — О, круто. — Лололошка огляделся по сторонам. — Даже слишком хорошо для Вальдхара, если честно. — Соси жопу, волосатый! — Раздался хриплый голос из кухни. — Это моя фраза!!! — Лололошка показал фак в сторону кухни. — Мне похуй, я устал, отстань. «— Устал он, ага. От чего тут устать можно: таким способом я бы за час управилась. А их ещё и несколько было.» — Мальчики, хватит. — Туилин махнула рукой. — Lo, ты давай, иди на полу где-нибудь разложи все наши декорации, а потом за ёлкой. Я пока нормально помою пол и подготовлю место. — Да нормально я помыл. — Вальд снова начинал ныть. Туилин потихоньку сходила с ума. — Равиэль, отнеси свои покупки к тому месту, куда Лололошка положит свои, хорошо? — Она с надеждой посмотрела на сородича. — Ладно. — Туилин даже удивилась. — Хорошо. Хорошо. Я тогда пошла. — Напоследок опустошив инвентарь, девушка взялась за метлу, которая почему-то стояла в коридоре, а не в кладовой.       Её проводили пустыми взглядами, ничего не сказав. Ей тоже не хотелось говорить.       Уже в зале, вынося все вещи за пределы помещения, Туилин заметила, что несколько бумажных коробок мокрые. «— Только не говорите мне, что они просто прошлись сверху, ничего даже не вынося отсюда. Ну не-е-ет.»       Одна коробка порвалась. Вторая тоже. Третья полетела в коридор с помощью заряда магии. Туилин бы даже не расстроилась, если бы она попала кому-нибудь в лицо.       Вслед полетел валяющиеся на диване свитер. — Нет! — Она успела подхватить свитер. Свой свитер. Связанный собственноручно. «— Я сошла с ума. Я просто чокнутая. Эмоции взяли на до мною вверх.»       Она даже не могла осесть на колени, потому что ковёр был столь пыльным и жёстким, что остатки здравого смысла просто не позволяли ей этого сделать. По хорошему его бы в стирку. Только вряд ли в этом мире найдётся стиральная машинка три на три с половиной метра.       Туилин потрепала себя по щекам, но это слабо помогло. Она держала себя в руках только для того, чтобы хотя бы у остальных появилось новогоднее настроение.       Разный мусор и безделушки полетели в ведро, а остальные вещи стояли горой в дверном проходе. Было бы здорово, если бы вещей оказалось настолько много, что они бы заполонили весь проход, полностью отгородив её от семьи.       А правильно ли это — делать отстраниться от семьи. Забыться в одиночестве. Нет, неправильно. Она ведь заняла весь зал! А в зале часто проводят время. В зале они играют в настольные игры, вместе едят, проводят семейные вечера. Так что её желания слишком эгоистичны. Нужно работать дальше. И эффективнее. Она ведь не хочет быть как Вальдхар, да? Да?       Она передвинула тумбу с неработающим телевизором в середину стены, около окна. Освободившийся угол она решила оставить под ёлку. Как и каждый год, впрочем. Нужно ещё учесть то, что ёлку придётся менять. А за эти две недели опадёт очень много иголок. Нужно ковёр тоже передвигать, а то вдруг кто уколется потом.       Тогда нужно приподнять диван и достать из-под него ковёр. Но придётся кого-нибудь позвать. Она с помощью магии приподнимает диван, а потом они вдвоём вытянут ковёр. Желательно сразу на улицу, на задний двор. — Lo-o-o, подойди сюда! — Равиэля стерпеть она бы не смогла.

***

— Левее. Правее. К стене ближе. Не так близко! Ты мне обои подрать хочешь?! Так. Так. О, отлично. Отпускай. — Ну наконец-то, — Лололошка с Вальдхаром пропели одинаково. — Пока свободны, — Туилин махнула рукой. — Сейчас ещё раз подмету и можно будет наряжать. — Лин, зачем наряжать ёлку, которая две недели простоит и мы её выбросим? Только первое число. — Вальдхар снова начинал ныть. Снова и снова, снова и снова. — Лин, знаешь, я с ним согласен. — Lo? Пожалуйста, не заставляй меня передумать. — Эта можно постоять пока что и так. Новогоднее настроение у нас поднимется и без мигающей гирлянды со стеклянными шариками, клянусь. Пока мы её наряжать будем что пудов ещё что-то разобъётся, ещё и вечер на дворе. — Глассгарфовец указал рукой на окно. Туилин обречённо обернулась, уже зная, что проиграла. — И гирлянда второй раз запутается… Может во второй раз вообще искусственную поставить, а? — Заткнись. Хорошо, эту ёлку можете не наряжать. — Она строго-устало посмотрела на Лололошку. — А насчёт второго мы с тобой ещё побеседуем. — Хо-ро-шо. — Лололошка лукаво заулыбался, приобнимая Вальда за плечо, а тот как-то поник. — Lo, а тебя Эграсса ревновать не будет, что ты так с чужими мужиками обжимаешься? — Не будет. — Эграссель грациозно спускался по лестнице, улыбаясь им всем. — Ёлка просто чудесная. — Эграссочка, приветик! — Лололошка сразу забил хер на грустного Вальда, обращая всё своё внимание на своего бойфренда. «— Любовь творит чудеса, который раз в этом убеждаюсь.»       И, наверное, она так и не вышла из временной петли. Потому что опять улыбалась, как дура, наблюдая за двумя воркующими голубками. — Lo, мы же недавно виделись. — Эграссель очень убедительно «удивился». — Какое недавно!!! Столько часов прошло. Я соскучился по тебе. — Туилин страшно жалела, что не могла увидеть взгляда, которым Лололошка одарил Эграссу. Потому что тот сразу размяк и потрепал свою булочку по голове. Туилин казалось, что с секунды на секунду Лололошка начнёт прыгать вокруг Эграсселя как настоящий пёсик. — Мы ещё успеем провести время вместе, не переживай. — Эльф бережно убрал чужие руки со своего тела и вдруг заметил Вальда с до сих пор обиженной моськой. — Вальд, брат, что с тобой? — Я этому придурку в споре проиграл. Я был уверен, что Lo не сможет убедить Туилин не наряжать первую ёлку. А он уговорил! — Он стал ярко жестикулировать. — Есть в нашем Lo дар убеждения. Это правда, ха-ха, — боже, ну какие они милые. — Кхе-кхе, — машина ехала, колёса тёрлися, вы не звали нас, а мы припёрлися… — А мне что делать? — Муравью хуй приделать. — Туилин пульнула в Рави пульт он неработающего телевизора. — Ай, да за что?! — Хэдшот, бейби. — За то, что момент испортил, — добавил за неё Вальдхар. — Да ну вас! — Равиэль стремительным шагом удалился. На кухню. Подъедать запасы Вальдхара. — Боже мой, не дом, а дурдом! — Она засмеялась. — Правда? — Удивился Эграсса. — Мне казалось, что всё как обычно. — Теперь — да.