Sunghoon's alibi. Neurotoxins

Мистеру Паку сейчас не очень хорошо, он подойдёт к вам через часик, — предупредил медперсонал детектива. Мужчина решил не терять времени зря и съездить ещё раз на место преступления. Когда он был там в последний раз, то обратил внимание на «пустую» стену, которую нечаянно задел при осмотре. В принципе, квартира Чонхи была обычной, но какая-то гнетущая атмосфера давила на него. И дело было не только в трагедии, которая здесь произошла, и не в том, что переживала за это время девушка. Шин всё чаще задумывался: а такая ли уж невинная эта Чонхи? В его понимании было странно общаться с целой группой парней, но при этом не иметь ни одной подруги на работе. Он выяснил, что её там недолюбливают, но вот по какой причине — никто говорить не хотел. После восемнадцати лет она оборвала все связи с матерью и уехала в Сеул. — Нужно будет хотя бы предупредить мать о смерти дочери, — пометил себе следователь. Из офиса он доехал до места преступления, где должны были дежурить другие сотрудники. Уже светало, солнце слегка пряталось за горизонтом, в воздухе царила тишина — город ещё спал. Выйдя из машины, мужчина не увидел ни одного из коллег, но дом по-прежнему был огорожен полицейской лентой. — Какого чёрта? — Шин на всякий случай достал пистолет и медленно зашёл в квартиру. Он осмотрелся, пытаясь найти что-то вроде «ключа». Ещё раз ощупав поверхность, он к своему удивлению обнаружил скрытую дверцу, которая открылась с лёгким щелчком. Шин сразу достал телефон, сфотографировал тайник для отчёта и отправил снимки в отделение. Внутри лежала потрёпанная тетрадь, старый телефон и запечатанный зип-пакет. Следователь надел перчатки, которые всегда носил с собой, и приступил к осмотру. Телефон оказался старой моделью iPhone 8+ с разбитым экраном. И фронтальная, и тыловая камеры были заклеены чёрной изолентой. Мужчина попытался включить устройство — на экране запросили пароль. Было очевидно, что прошивка заменена на какую-то левую, и от оригинального аппарата остался лишь корпус. Он положил телефон в зип-пакет и взялся за тетрадь. Страницы были исписаны аккуратным, но мелким почерком. На первый взгляд, это напоминало календарь — сплошные даты и ряды цифр, похожие на координаты. В самом конце тетради обнаружился текст на русском языке. Детектив хотел перевести его через телефон, но, как назло, батарея села. — Вот чёрт! — последним оставался зип-пакет с каким-то порошком. На упаковке была наклеена маленькая записка с латинской буквой «N». Внутри лежали прозрачные кристаллы, напоминающие драгоценные камни.

***

— Это… очень похоже на батрахотоксин. Я, конечно, не утверждаю наверняка, но если это он — то мы все в опасности. Это вещество было запрещено в Корее много лет назад, — женщина поместила кристаллы в пробирку и отнесла к масс-спектрометру. — Батрахотоксин? Что это? — детектив пристально посмотрел на коллегу и присел рядом. — Батрахотоксин — органическое соединение, нейротоксин, один из сильнейших ядов небелковой природы из группы стероидных алкалоидов. Большинство известных нейротоксинов вызывают повреждение нервной системы либо напрямую, либо через поражение других органов. Поэтому практически любая острая интоксикация в той или иной степени сопровождается нарушениями функций ЦНС, — женщина быстро печатала что-то на компьютере, но вдруг резко остановилась. — О нет… — Значит, кто-то отравил Пак Сонхуна? Если это нейротоксин, то у него осталось… — следователь схватился за рацию. — Кан, срочно обыщите всех парней из окружения Чонхи! Молодому человеку вводили антидот, ослабляющий действие яда. Его лицо было мертвенно-бледным, кожа покрылась липким потом, а тело сотрясала мелкая дрожь. Сонхун с трудом приоткрыл глаза и попытался что-то сказать, но губы лишь беспомощно дрожали. — У-убийца… — каждое слово давалось ему с невероятным усилием. — Н-н… — Нишимура? — Н-не… — его пульс начал замедляться. — Срочно дефибриллятор! — крикнула мисс Чхве. — Мистер Пак, прошу вас, — следователь наклонился ближе, стараясь разобрать хоть что-то. — Чонхи… убил… н-не… — глаза парня закатились, дыхание стало прерывистым. — Мы теряем его! — Ещё один разряд! — У нас проблемы, — мисс Чхве отстранилась, её голос дрогнул. — Мистер Пак в коме. Шин сжал кулаки. Теперь он точно знал — убийца где-то рядом. И если Пак пытались убрать, значит, он был на правильном пути. Следователь вышел из помещения и пошёл в свой кабинет. На выходе он увидел обеспокоеных парней. — Детектив Шин, что с Хуном? — поинтересовался Сону. — Я знаю, что это кто-то из вас, и мне очень жаль, что вы попытались убить своего друга. — Убить? — закричали в унисон парни. — Но... Зачем? — Джей задумчиво посмотрел на пол. — Сонхун что-то знал?

***

Детектив зашел в кабинет и достал блокнот. Он записал все ключевые моменты: • Тайник в стене: Чонхи явно что-то скрывала. Возможно, она вела двойную жизнь. • Тетрадь: цифры, похожие на координаты. Может, места встреч или что-то связанное с криминалом? • Подозрительный телефон: использовался для чего-то незаконного? • Батрахотоксин: редкий и смертельный яд. Где Чонхи могла его достать? Мужчина устало выдохнул и потёр переносицу. Какие же версии могли быть? — Не Нишимура? — Пак пытался сказать, что убийца – не тот, кого они подозревали. — Кто-то из её окружения — но кто и зачем? — было сразу очевидно, что это кто-то из них. Но сейчас все гораздо сложнее... — Связь с матерью — почему Чонхи разорвала с ней контакт? — А быть может их всех отпустить, чтобы убийца пошел заметать оставшиеся следы?