Часть 2

Раннее утро. Первые лучи солнца только начали пробиваться сквозь лёгкую дымку, укрывавшую вершины холмов. В лагере ещё царила тишина, но в шатре Эльнары уже был слышен шелест одежды — она проснулась ещё до рассвета. Сложив покрывало, Эльнара встала, умылась холодной водой из кувшина и быстро переоделась в тренировочный наряд. Она любила начинать день с движения — это давало ей внутреннюю силу и спокойствие. На тренировочном поле за шатрами её уже ждал Далил Бей. Несмотря на юный возраст, он был высоким, крепким юношей с ясным взглядом и жаждой знаний. Он почтительно подошёл, поцеловал сестре руку, и они крепко обнялись. — готов — с мягкой улыбкой спросила Эльнара. — всегда, сестра — уверенно ответил Далил, в его глазах загорелся азарт. Эльнара протянула ему легкий железный меч и встала напротив. — сегодня не будет пощады ты хочешь стать воином тогда забудь о жалости. И обиду тоже забудь, если упадёшь — они начали тренировку. Сначала простые движения, чтобы разогреть мышцы. Затем удары. Эльнара била с точностью мастера, но контролировала силу. Далил, несмотря на молодость, двигался быстро, уклонялся, иногда даже рисковал пойти в наступление. — рано радуешься — усмехнулась Эльнара, когда он попытался выбить у неё меч — за такую дерзость мог бы и получить пинок — но ведь не получил — с хитрой улыбкой ответил Далил и снова бросился в бой. Время шло, удары становились сильнее, движения — быстрее. Эльнара была довольна — брат учился быстро, ловко подстраивался под её стиль, и главное — не терял боевой дух. После тренировки они сели на край ковра, расстеленного под небольшим деревом. — ты стал сильнее — сказала Эльнара, подавая ему бурдюк с водой — но сила ничто без дисциплины запомни в бою побеждает не тот, кто размахивает мечом, а тот, кто умеет ждать, думать, защищать. — я буду таким, как ты, Эльнара — тихо сказал Далил, отводя взгляд, словно стыдясь своей слабости — я хочу быть твоей гордостью Эльнара положила руку ему на плечо. — уже являешься ты не просто мой брат, Далил ты моя кровь После утренней тренировки, когда солнце уже поднялось над горизонтом, заливая лагерь мягким золотым светом, Эльнара, переодевшись в скромную дорожную одежду, села на своего вороного скакуна. Она покрыла голову лёгким белым платком, аккуратно закрепив его под подбородком. — куда ты, сестра — спросил Далил, вытирая пот со лба и подбегая к ней. — на могилу к нашей матери, — спокойно ответила Эльнара — я хочу прочесть ей дуа, рассказать, как ты растёшь как ты стал сильнее — можно я с тобой — она посмотрела на него с нежной улыбкой, но покачала головой: — нет, братец сегодня я хочу побыть с ней наедине мама всегда говорила сердце дочери должно говорить с матерью в тишине останься, потренируйся, а по возвращении я проверю, как ты держишь стойку — Далил, хоть и с лёгким разочарованием кивнул — как прикажешь, сестра да будет доволен тобой Аллах — и с тобой, милостью Его — мягко ответила она, тронув поводья. Дорога к могиле матери лежала через густую оливковую рощу. Листья шелестели на ветру, в воздухе витал запах сырой травы и весеннего цветения. Эльнара ехала молча, глаза её были сосредоточены. Когда она добралась до холма, где стояла простая могильная плита из белого камня, сердце защемило. Она спешилась, медленно подошла к надгробию, и встала перед ним. — Ассаляму алейкум, моя милая мама, — прошептала она, касаясь ладонями холодного камня — прости, что давно не приходила брат подрос я стараюсь, мама стараюсь быть такой, какой ты хотела меня видеть. Эльнара опустилась на колени и, закрыв глаза, начала читать суру «Аль-Фатиха», а затем «Йа-Син» — как читала ей мать в детстве. Ветер аккуратно шевелил её платок, а птицы в вышине словно вторили её дуа. Она не заметила, как за спиной появился незнакомец — в тени деревьев, с ножом в руке, с глазами, полными злобы. Он тихо приближался, будто хищник. Но внезапно — резкий свист стрелы. И звук, как будто кто-то выдохнул в последний раз. Мужчина пошатнулся, и с глухим стуком рухнул на землю рядом с ней. Стрела пронзила его сердце. Эльнара вскочила, её рука инстинктивно потянулась к кинжалу у пояса, но уже через миг она увидела, кто стоял на склоне — Орхан Бей. В боевой одежде, с луком в руке, он спрыгнул с коня и быстро подошёл. — Эльнара ты не ранена — спросил он, тревожно вглядываясь в её лицо. Она покачала головой, всё ещё не до конца осознав, что произошло. — нет но если бы ты не — он взглянул на поверженного врага, перешагнул через его тело. — один был я заметил его тень с вершины он следил за тобой с самого леса. Вероятно, подослан кем-то или просто трусливый наёмник напасть на женщину во время дуа нет в нём ни чести, ни веры — Эльнара опустила глаза, а затем произнесла. — Орхан Бей ты спас меня — я просто сделал то, что должен был — тихо ответил он — моё сердце не позволило бы мне пройти мимо, зная, что ты в опасност Они молча смотрели друг на друга. Ветер вновь качнул ветви деревьев над могилой, как будто сама природа разделяла с ними эту напряжённую тишину. — ты пришёл сюда случайно — спросила она, пытаясь вернуть голосу уверенность. Орхан чуть усмехнулся. — я увидел как ты одна направилась сюда, и решил проследить чтобы ты не попала в неприятности — значит, это было не случайно, — прошептала Эльнара, глядя на стрелу, всё ещё дрожащую в теле врага. Он посмотрел на неё с серьёзностью, но мягкостью в голосе. — Молю Всевышнего, чтобы мне не пришлось больше спасать тебя от таких подлецов но знай где бы ты ни была, я буду рядом — Эльнара отвернулась, чтобы он не заметил слезу, прокатившуюся по щеке. — да сохранит тебя Аллах, Орхан — и тебя, Эльнара — сказал он — поехали Когда они вернулись в лагерь, солнце уже поднялось высоко, заливая бейлик Бахтияр мягким светом. Люди занимались своими делами — женщины ткали у шатров, мужчины готовили лошадей, юноши упражнялись во владении мечом. Но как только всадники появились на горизонте, к ним тут же устремились взгляды. Особенно один — строгий, проницательный — принадлежал Малхун Хатун. Она стояла у шатра, одетая в благородный наряд, достойный матери наследника. Когда Орхан и Эльнара подошли ближе, Малхун не сводила глаз с девушки, лицо её было каменным. А когда Орхан спешился и провёл коня рядом с Эльнарой, Малхун тихо, но повелительно произнесла. — Орхан подойди Он посмотрел на Эльнару, будто хотел что-то сказать, но лишь кивнул и пошёл к матери. Малхун, не отводя взгляда от Эльнары, говорила тихо, но твёрдо: — откуда вы возвращаетесь вместе — в её голосе не было гнева, но чувствовалось напряжение. — я увидел, как она одна поехала к могиле матери там был враг, я спас её — спокойно ответил Орхан. Малхун сдержанно кивнула, будто признала его поступок. — хорошо, что ты рядом оказался но послушай меня, сын — она приблизилась, понизив голос — она не из наших у неё свой бейлик, своя кровь, своё воспитание не забывай, кто ты и что тебя ждёт не поддавайся чувствам, которые могут ослепить Орхан сжал челюсти, но уважительно ответил. — я не забываю. Но разве достойная душа не важнее родословной Малхун отвела взгляд на Эльнару, которая стояла в отдалении, поглаживая шею своего коня. — иногда сердце уводит туда, где разлом а ты будущий правитель, Орхан в разломе нельзя строить будущее — с этими словами она ушла в шатёр, оставив сына в раздумьях. Он ещё долго смотрел в сторону Эльнары, прежде чем вернуться к своим обязанностям. После того как Эльнара переоделась, она, как и обещала, направилась к тренировочному полю, где должен был быть Далил. Но ещё не подойдя близко, она замедлила шаг — издалека были слышны боевые выкрики, звон мечей и приглушённые команды. Она вышла на пригорок, и перед её взором открылось оживлённое поле. Там уже тренировались Орхан, Алаэддин, сам Осман Бей и несколько опытных воинов бейлика Кайи. Они проводили совместные учения с молодыми бойцами, отрабатывая приёмы, тактику наступления и защиту в плотном строю. По команде воины двигались слаженно, как единое целое. Возле тренировочного шатра, под тенью навеса, сидели женщины — Малхун Хатун, Бала Хатун, и Фатьма. Их взгляды были сосредоточены на происходящем, особенно на сыновьях. Эльнара остановилась чуть в стороне, не желая вмешиваться. Она заметила, как Орхан, поймав её взгляд, на мгновение замер, но тут же вернулся к упражнению, сделав мощный выпад. Алаэддин, не заметив ничего, сосредоточенно сражался с одним из воинов. Рядом с Эльнарой вдруг оказался Далил. Он был взволнован и слегка запыхался, видимо, уже потренировался самостоятельно. — Эльнара, ты видела Орхан как будто лев в бою — восторженно прошептал он. Эльнара чуть улыбнулась. — видела а ты выполнил то, что я просила — да даже больше я следил за стойкой, как ты учила. Один из воинов даже похвалил меня — она с гордостью похлопала его по плечу: — молодец ты растёшь быстрее, чем я думала — со стороны шатра на неё смотрела Малхун. Взгляд её был пристальным, но скрытым под маской спокойствия. Эльнара чувствовала это напряжение — оно не отпускало её с той самой минуты, как они вернулись вместе с Орханом. Но она старалась не показывать беспокойства. Когда воины закончили часть тренировок, а мужчины отошли к шатру отдохнуть и попить воды, Эльнара осталась с Далилом на краю поля. Она посмотрела на него строго, но с тёплой улыбкой. — покажи мне, что ты выучил и не жалей меня, Далил — он кивнул с пылающими глазами — брат хотел доказать, что стал сильнее. Они встали друг против друга. Эльнара спокойная, лёгкая, как ветер. Он полный решимости, но ещё неточен в движениях. Первый выпад Эльнара легко уходит в сторону. Второй она ловко отбивает. Далил пытался применить тактику, которую недавно выучил, но снова оказался на земле. Она протянула руку и подняла его. — снова — уверенно сказал он, вставая. И снова бой. Далил стал быстрее, но Эльнара точнее. Её движения были почти танцем пластичные, грациозные, быстрые. Через пару мгновений снова победа за ней. Это увидели все. Мужчины у шатра притихли. Орхан приподнялся, чтобы получше разглядеть. Алаэддин с лёгкой улыбкой наблюдал, не скрывая восхищения. Осман Бей удивлённо прищурился. Даже закалённые воины переглянулись. — эта девушка воительница — пробормотал один из них. — она словно тень ни один её удар не зря — добавил другой. У шатра с женщинами повисло напряжение. Малхун Хатун посмотрела на дочь, потом на Эльнару. Лицо её было каменным. — она дерётся, как мужчина — прошептала Фатьма — и даже лучше, чем многие Бала Хатун медленно кивнула, хотя её взгляд был строгим. — в этом есть и достоинство и опасность — между тем, Эльнара снова встала напротив Далила и сказала. — ещё раз пока ты не дотронешься до моего плеча мы не закончим — он вытер пот со лба, но глаза его горели. Он чувствовал: он рядом. Он учится. А рядом с ним сестра, сильная и непобедимая. После изнурительного дня, полных взглядов, шёпотов и сдержанных реакций, Эльнара вернулась в свой шатёр. Луна залила долину серебром, ветер шевелил занавеси. Внутри было тихо. Далил уже спал. Эльнара села на ковёр, скрестив ноги, и прикрыла глаза. Мысли путались: бой, взгляды Орхана, холодные лица женщин, внутреннее напряжение. Ночь обняла её, и незаметно сон забрал. В этом сне она снова была девочкой. Маленькой, босой, бежала по зелёному полю. Вдруг всё замедлилось — ветер стих, птицы замолкли, и из света появилась она. Женщина в белом, с длинными мягкими волосами, в знакомом узорном платье. Та, кого Эльнара давно не видела мать. — мама — прошептала Эльнара, замирая. Женщина подошла ближе и коснулась её щеки. — ты не одна, доченька — мягко сказала мать, её голос был тих, как колыбельная — я всегда рядом в каждом твоём решении в каждой боли в каждом ударе клинка Эльнара дрожала. Слёзы текли по щекам. — мне тяжело я боюсь они — ты сильна, потому что ты моя дочь не прячь себя пусть боятся те, кто видит в твоей силе угрозу а ты знай ты не одна — мать наклонилась, поцеловала её лоб и исчезла. Эльнара резко проснулась. Слёзы ещё блестели на ресницах, сердце стучало громко. В шатре было тихо. Только луна заглядывала в прорези, как будто сама слышала этот сон. Эльнара вытерла лицо, встала, накинула шаль и вышла под ночное небо. Она стояла одна… но ощущение одиночества исчезло. Мать была рядом. В ней. В её силе. В её духе.