Часть 1

Утро над бейликом Кайи было золотым и мягким. Птицы пели в листве, а лёгкий ветер колыхал занавеси шатров. Снаружи царила привычная суета: воины тренировались, женщины сушили травы и бельё, а повара в большом очаге уже варили айран и суп. Гонджа Хатун проснулась рано. Последние дни она чувствовала странную усталость, как будто тело перестало ей подчиняться. Казалось, даже короткая прогулка вызывала у неё головокружение. Ей часто снились дети — маленькие, смеющиеся, с глазами… как у Алаэддина. Словно сердце знало то, чего ещё не понимала голова. Когда она подошла к источнику у скалы, чтобы умыться, её резко затошнило. Она еле успела опереться о камень, схватившись за живот. Рядом проходила одна из верных подруг Эльнары — Джемре. — Гонджа Хатун — воскликнула та, подбегая. — ты бледная, как полотно — всё хорошо — выдохнула она, дрожа — просто нехватка воздуха — вам нужно к Хафизе Хатун — решительно сказала Джемре — немедленно В шатре Хафизе было тихо и прохладно. Старшая целительница внимательно осматривала Гонджу, прикладывая ладонь к запястью, задавая вопросы, касаясь живота. — ты уверена, что с месяц у тебя нет женских кровей — строго спросила она. Гонджа кивнула, чувствуя, как сердце стучит в груди всё сильнее. — слушай внимательно, дитя — сказала Хафизе, отступая на шаг — ты беременна поздравляю судя по всему на втором месяце Мир замер. Словно воздух стал гуще, а звуки — тише. Гонджа сидела, глядя в пол, не двигаясь. Беременна?.. Это был удар, но не от страха — от неожиданности. — Аллах — прошептала она — я ношу под сердцем дитя — Аллах послал тебе жизнь. Теперь ты не одна — Хафизе улыбнулась. Вскоре слухи начали распространяться. Первой узнала Бала Хатун — и, не веря, пришла к шатру Гонджи. — это правда — спросила она, глядя на девушку, как на чудо. Гонджа, опустив глаза, кивнула. Бала села рядом, обняв её. — ты станешь матерью Аллах велик — с радостью прошептала она — как ты себя чувствуешь — испуганно но и счастливо Вечером во дворе собрались все — Осман, Орхан, Эльнара, Фатьма, Алаэддин. Последний вошёл медленно, как будто что-то чувствовал заранее. Гонджа подняла глаза. Их взгляды встретились. — я жду ребёнка — просто сказала она. Тишина опустилась на шатёр, как пелена. Алаэддин застыл, лицо побледнело. Он подошёл ближе, опустился на колено рядом с ней. — моего ребёнка — спросил он, почти шёпотом. Гонджа кивнула, а слёзы блеснули в её глазах. Он взял её за руки, медленно, с благоговением, и прошептал — Аллах благословил нас я буду рядом обещаю И в ту ночь, под звёздами, когда костры догорали, в бейлике родилось ещё одно чудо. Все радовались. Все — даже те, кто прежде смотрел на Гонджу с холодом — теперь видели в ней носительницу новой жизни, часть рода, часть судьбы. И сердце Алаэддина, давно сдавленное печалью за утерянную любовь, начало снова биться — уже ради нового начала. Теплый утренний ветер плавно касался парусов шатров. Ласточки, проснувшись первыми, уже чертили свои быстрые круги над крышами. Над холмами поднимался мягкий, прозрачный свет. А внутри шатра, где жила Эльнара, царила особая атмосфера: смесь настоев ромашки, тмина, сушёной лаванды и запаха свежих покрывал. Эльнара, облокотившись на подушки, поглаживала свой живот, словно разговаривая с ребёнком. Её длинные волосы были заплетены Фатьмой Хатун, а рядом, на коленях, сидела служанка Джемре, аккуратно вышивая на пелёнке узор тюльпана. — малыш сегодня снова пинался — улыбнулась Эльнара, глядя на свою подругу — наверное, почувствовал, что день особенный — это точно, хатун — Джемре приподняла бровь — сегодня твой брат приедет он принесёт много хороших новостей, и, может быть, даже подарок для малыша а может, и сладостей — он всегда привозит мне халву из горных трав, помнишь — засмеялась Эльнара, но тут же зажмурилась — ай немного потянуло — осторожно, сестра — Джемре сразу положила руку на живот — я сейчас зову Саиду Хатун — нет-нет, не нужно это просто малыш шевельнулся неловко но всё в порядке Через несколько минут в шатёр вошли Саида Хатун и Хафизе Хатун. Обе — с заботой в глазах, обе — как львицы у входа. — что с ней — спросила Саида, подойдя к кровати — всё хорошо — просто шевелился сильно — пробормотала Эльнара, пытаясь встать. — не вставай — строго сказала Хафизе — ты сейчас весь бейлик держишь в животе а если ты устанешь устанет и малыш — весь бейлик — хихикнула Эльнара — прямо гордость рода Османа — а как же — отозвалась Фатьма, входя в шатёр с чашей фиников — ты только скажи, сестра, что тебе хочется я достану хоть из горла дракона — мне только мира и чтобы брат быстрее приехал В этот момент по бейлику прокатился сигнал: приближаются гости. Орхан уже был у ворот. В его лице читалась концентрация. Рядом — его телохранители, но глаза были устремлены вдаль. — всадники — крикнул дозорный. И вот на горизонте показался Далил Бей. Он был в серо-зелёной одежде, с плащом, закинутым за плечо. Его тёмные глаза сразу нашли взгляд Орхана. Он спрыгнул с коня и уверенно подошёл. — Орхан Бей — Далил Бей добро пожаловать в Кайи ты дома Они крепко пожали руки, долго, с уважением. — я благодарен, что ты лично встречаешь меня — сказал Далил — для меня это многое значит — а ты многое значишь для неё — ответил Орхан, и в голосе его была сила — пойдём она ждёт В шатре Эльнара не могла усидеть на месте. — как я выгляжу — спросила она у Фатьмы. — как королева — Фатьма поправила серьгу сестры. — не врешь — девушка сузила глаза. — как сестра могу сказать ты сияешь малыш делает тебя только прекрасней — зашуршала ткань у входа. — Эльнара — брат Она приподнялась, несмотря на тяжесть живота. Далил подошёл быстро, почти вбежал. Он опустился на колени перед ней и заключил её в объятия. — ты ты стала другой, сестра — я стала мамой, брат и ты стал дядей Он коснулся её живота, бережно, как будто касался чего-то святого. — а он чувствует тебя, Далил ему тепло, когда ты рядом — я привёз ему игрушку из дерева я делал сам и маленький оберег чтобы он всегда возвращался домой, куда бы ни шёл Она всхлипнула и, не отпуская его руки, сказала. — я так боялась, что ты не сможешь приехать до родов — меня не остановят ни горы, ни бури я буду здесь до самого конца я буду ждать снаружи, когда он появится на свет, и возьму тебя за руку, как в детстве, когда тебе было страшно Тем вечером в шатре собралась вся семья. Осман Бей сидел у очага, Бала Хатун принесла особый суп из чечевицы, любимый Эльнарой, и лично кормила её ложкой. — мама, ты же меня балуешь — засмеялась Эльнара. — пока ты носишь моего внука ты главная женщина этого мира — ответила Бала. Фатьма нарезала инжир, пока Гонжа держала подушку под поясницу Эльнары. — если тебе захочется рыбы с мёдом просто скажи я даже ночью пойду на реку — серьёзно сказала Фатьма. — а если он родится ночью вы все не уснёте, — подмигнула Эльнара. — не уснём — сказал Орхан, войдя в шатёр и притянув Эльнару за плечо — потому что будем молиться и ждать я тоже не лягу пока ты не будешь спать спокойно я не буду Поздно ночью, когда все разошлись, Орхан сидел у её изголовья. Эльнара уже задремала, но проснулась от его прикосновения. — ты не спишь — смотрю, как ты дышишь — сказал он — ты и он теперь моя жизнь — когда он родится я боюсь — не бойся боль пройдёт а я буду рядом и Далил будет и все будут Она взяла его за руку и положила себе на живот. — он тебя чувствует каждый день и я тоже — тогда пообещай — прошептал Орхан — что бы ни случилось ты не оставишь меня одного никогда — Обещаю И они заснули так — её рука на его груди, его ладонь на её животе. Снаружи дул ветер. Тёплый, майский. Как будто сам Аллах благословлял их покой. С первыми лучами солнца в бейлике Кайи закипела жизнь. Но в шатре Эльнары день начался чуть раньше. Саида Хатун, аккуратно откинув тонкую занавесь, коснулась плеча девушки. — просыпайся, Хатун травяной настой уже готов, а твой брат требует, чтобы ты позавтракала как «воина перед сражением» Эльнара приоткрыла глаза, потянулась, и чуть нахмурилась — живот стал тяжелее за ночь, и было трудно переворачиваться. — даже вставать теперь это как поход на крепость — пошутила она. — а ты уже почти победила, сестра — раздался голос Фатьмы, которая появилась в шатре с пледом и маленькой коробочкой. —я принесла то, что вышивала тебе всё это время первые пелёнки для малыша Фатьма с гордостью развернула ткань. На ней был узор: дерево с двумя ветвями, обвитыми виноградной лозой. — это ты и Орхан а это ваш малыш он уже часть нас всех Эльнара прикрыла глаза от волнения, едва сдерживая слёзы. — всё так красиво а я ещё не всё подготовила — не переживай — услышала она голос Гонжи, которая вошла с широким подносом — мы уже составили список всё будем делать вместе — какой ещё список — список дел до родов — гордо ответила Гонжа — и Осман Бей его утвердил У шатра Османа. — шатёр для родов должен быть рядом с её шатром, но не слишком близко и поставьте его так, чтобы солнце не светило прямо утром — говорил Осман, указывая пальцем строителям. — будет сделано, господин — и возьмите лучших ткачей полы мягкие стены из прочного материала никаких щелей — мы всё учтём Бала Хатун стояла рядом, скрестив руки. — слава Аллаху, у нас будет новая кровь рода я бы и сама хотела быть рядом с ней во время родов — она вздохнула, глядя в сторону шатра дочери. — ты и будешь она нуждается в тебе, Бала мы все нуждаемся — ответил Осман, и впервые за долгое время в его глазах было видно трепет. Вечер. У реки. Орхан и Далил сидели на плоских камнях у воды. Между ними молчание — но не неловкое. Глубокое, братское. — ты готов стать отцом — спросил Далил, глядя на закат. — я думал, что да но чем ближе день, тем больше внутри дрожи — страх это хорошо значит, ты не воспринимаешь это как должное — иногда мне кажется, что всё слишком быстро мы только начали а уже целый мир внутри неё Далил кивнул. — я знаю, как ты её любишь и я вижу, как она смотрит на тебя ей повезло, Орхан и тебе тоже — я поклялся, что буду с ней в каждом шаге даже если мне придётся держать её за руку, пока она кричит от боли я не уйду — ты не уйдёшь а я буду рядом потому что мы теперь одна семья Джемре вместе с Саидой складывали в сундуки детскую одежду, пелёнки, тёплые одеяла, и готовили уголок для младенца. Всё было вычищено до блеска, пропитано лавандой. — это будет самый чистый уголок бейлика — шутливо сказала Саида — даже падишах позавидовал бы такому порядку — только тише, не буди Эльнару, — прошептала Джемре, указывая на спящую девушку. Она лежала на подушках, одна рука — на животе, другая — держала деревянного лошадку, которую привёз Далил. — она улыбается во сне — прошептала Джемре — малыш, наверное, тоже Уже глубоко ночью Эльнара проснулась от лёгкого толчка. Она медленно приподнялась, и коснулась живота. — он опять крутится — я здесь — тихо сказал Орхан, поднимаясь с ковра. Он положил руки на её талию — всё хорошо — просто шевелится но знаешь, мне становится всё страшнее — это нормально — он поцеловал её лоб — но у тебя сила я вижу её в каждом твоём шаге и малыш чувствует её тоже — а если что-то пойдёт не так — тогда я сам подниму весь мир, чтобы всё пошло правильно я не позволю тебе пройти через это в одиночку Она заплакала — тихо, беззвучно. Он держал её, пока она не уснула, прижимаясь к его груди, под звуки ночного ветра. В шатре Османа собрались все: Орхан, Бала, Фатьма, Гонжа, Далил. — мы должны быть готовы ко всему — начал Осман. — даже если до родов ещё месяц. Аллах может изменить время, когда пожелает — повитухи уже оповещены — сказала Бала. — их будет две лучшая из Кайи и одна из соседнего племени — шатёр будет закончен завтра — добавил Орхан — все травы и лекарства есть — я поговорю с Эльнарой она должна быть спокойна — сказала Фатьма. — я останусь в бейлике до конца — твёрдо добавил Далил — ни один крик боли моей сестры не будет без ответа И так, день за днём, бейлик наполнялся ощущением великого ожидания. Шепот, тишина, обереги у входа, осторожные шаги и молитвы. Все ждали. А жизнь — уже билась под сердцем. Сильная. Неумолимая. Род Каыи готовился принять нового наследника.