История, которая началась с чашки кофе, а закончилась жарким сексом

Лера шла по вечернему городу, закутавшись в легкий шарфик, который то и дело норовил соскользнуть с ее плеч. Осенний воздух был прохладен, но она не спешила укорачивать шаг — ей нравилось это время, когда улицы еще не пусты, но уже не суетливы, когда фонари зажигаются один за другим, окрашивая все в теплые, почти медовые оттенки. На ней было простое, но безупречно сидящее платье — темно-синее, облегающее, с небольшим разрезом на бедре, которое она надела сегодня просто потому, что хотела чувствовать себя красивой. Каблуки невысокие, но достаточно, чтобы ее походка стала чуть более соблазнительной, а ноги — длиннее. Она знала, что выглядит привлекательно, и в глубине души ловила на себе взгляды прохожих, но делала вид, что не замечает. Именно в этот момент кто-то поравнялся с ней. — Ты всегда так быстро идешь, или просто пытаешься сбежать от осени? — раздался рядом мужской голос, чуть хрипловатый, с легкой ухмылкой в тоне. Лера обернулась и встретилась взглядом с парнем лет двадцати семи. Высоким, в кожаной куртке, с небрежно растрепанными темными волосами и едва заметной щетиной. Его глаза — серо-голубые, почти стальные — смотрели на нее с открытым интересом, но без наглости. — А ты всегда знакомишься с девушками, сравнивая их с временами года? — парировала она, не сбавляя шага, но и не ускоряясь. Он рассмеялся, и его смех был таким... заразительным. — Только с теми, кто выглядит так, будто может растопить даже ноябрьский лед. Лера почувствовала, как по ее спине пробежал легкий трепет. *«Наглец»*, — подумала она, но улыбнулась. — Макс, — представился он, наконец замедлив шаг и протягивая руку. — Лера, — ответила она, на мгновение задержав в его ладони свои пальцы. Его кожа была теплой, чуть шершавой — вероятно, от ветра. — Лера... — повторил он, как будто пробуя имя на вкус. — И куда же ты так спешишь, Лера? — Никуда, — призналась она. — Просто гуляю. — Тогда, может, прогуляешься со мной? — Он кивнул в сторону небольшого кафе, из окон которого лился мягкий свет. — Выпьем кофе. Или вина. Или чего-то покрепче, если замерзла. Лера заколебалась. Она не была из тех, кто соглашается на предложения незнакомцев, но в его взгляде было что-то... обезоруживающее. — Только если ты обещаешь, что не будешь рассказывать, на какое время года я похожа дальше, — наконец сказала она, и Макс рассмеялся снова. — Обещаю. Но только если ты потом расскажешь, почему выбрала именно это платье. Лера приподняла бровь. — А тебе какое дело до моего платья? Макс наклонился чуть ближе, и его губы почти коснулись ее уха, когда он прошептал: — Потому что с момента, как я тебя увидел, мне страшно интересно, как оно выглядит на полу. Губы Леры сами собой разомкнулись от неожиданности, но прежде чем она успела что-то ответить, он уже отстранился, снова став тем самым вежливым незнакомцем. — Кофе? — переспросил он, и в его глазах читалось обещание чего-то большего. Лера поняла, что уже проиграла. — Кофе, — кивнула она. И они пошли вместе. ... Кофейня оказалась уютной, с приглушённым светом, мягкими диванами и лёгким ароматом ванили в воздухе. Лера выбрала место у окна, откуда открывался вид на вечерний город, подсвеченный фонарями. Макс сел напротив, но так, чтобы его нога случайно могла коснуться её. — Что будешь заказывать? — спросил он, скользнув взглядом по меню, а затем — по её губам. — Капучино с корицей, — ответила Лера, откидывая волосы за плечо. — А ты? — Эспрессо. Крепкий и без сахара. — Он ухмыльнулся. — Как и некоторые люди. Лера фыркнула. — Это что, ещё одна попытка угадать, на что я похожа? Кофе? Погода? Может, на стихию? — Нет, — Макс откинулся на спинку дивана, его взгляд стал чуть тяжелее. — Ты похожа на то, что хочется изучить медленно. Ощутить вкус. Губы Леры дрогнули, но она не отвела глаз. Внутри что-то ёкнуло — то ли от его слов, то ли от того, как он смотрел. Официантка принесла заказы, и на мгновение они прервались, чтобы поблагодарить её. Лера обхватила чашку ладонями, наслаждаясь теплом. — Так что, Макс, — начала она, — расскажи, чем занимаешься, когда не подкатываешь к девушкам на улице? — Архитектор. — Он сделал глоток эспрессо, не моргнув от горечи. — Проектирую здания, которые, надеюсь, простоят дольше, чем твоё недоверие ко мне. — Ого, — Лера приподняла бровь. — А я думала, ты бармен или музыкант. Выглядишь... бунтарём. — Это просто куртка. — Он рассмеялся. — А вот ты... Ты не похожа на девушку, которая просто так соглашается пить кофе с незнакомцами. — Я и не соглашаюсь «просто так», — она наклонилась чуть ближе, — ты просто пока что не разочаровал. Макс ухмыльнулся и провёл пальцем по краю своей чашки. — Давай сыграем в игру. Три вопроса каждый. Честные ответы. — А что, если я не захочу отвечать? — Тогда признаёшь, что проиграла. Лера закатила глаза, но кивнула. — Давай. — Почему сегодня на тебе именно это платье? — сразу спросил Макс. Лера не ожидала, что он начнёт с этого. — Потому что оно... — она слегка замялась, — подчёркивает то, что хочется подчеркнуть. — То есть? — То есть оно красивое, и я в нём чувствую себя уверенно. Доволен? — Очень. — Его взгляд скользнул по её шее, ниже. — Мой ход. — Нет, моя очередь, — Лера перехватила инициативу. — Почему ты подошёл именно ко мне? — Потому что ты шла так, будто знаешь, куда идёшь, но при этом выглядела так, будто готова свернуть куда угодно. Мне стало интересно, какая из этих сторон настоящая. — И? — Пока что склоняюсь ко второму варианту. Лера усмехнулась. — Ты переоцениваешь свою проницательность. — А ты недооцениваешь моё упорство. Макс передвинулся чуть ближе, и теперь его колено почти касалось её ноги. Она не отодвинулась. — Твой второй вопрос, — напомнила она. — Какой у тебя самый безумный поступок за последний год? Лера задумалась. — Прыгнула с парашютом. — Враньё, — он покачал головой. — Откуда ты знаешь? — Потому что когда лжёшь, ты слегка прикусываешь губу. Она нахмурилась, но потом рассмеялась. — Ладно, не прыгала. Но хотела. — Вот это уже похоже на правду. — А ты? — спросила она. — Самый безумный твой поступок? — Сейчас сижу напротив тебя и думаю, как бы поскорее узнать, пахнет ли твоя кожа так же сладко, как твои духи. Лера почувствовала, как по её спине пробежали мурашки. — Это не ответ, а намёк. — Тогда считай, что я проиграл. — Он улыбнулся, и в его глазах вспыхнул огонёк. Они допивали кофе, разговор тек легко, но с каждым моментом напряжение между ними росло. Макс то и дело находил повод коснуться её руки, поправить прядь волос, упавшую ей на лицо. Лера делала вид, что не замечает, но её дыхание становилось чуть чаще. — Ты знаешь, — сказала она, когда они уже вышли на улицу, — я не планировала сегодня ни с кем знакомиться. — А я не планировал отпускать тебя одну, — ответил Макс. Они остановились под фонарём, и свет падал на Леру так, что её платье казалось ещё более облегающим, а взгляд — ещё более тёмным. — И что теперь? — прошептала она. — Теперь, — он медленно провёл пальцем по её запястью, — ты приглашаешь меня к себе. Или я приглашаю тебя. Но мы оба знаем, что кофе — это только начало. Лера задержала дыхание. — Нагло. — Правдиво. Она посмотрела на него, на его губы, на уверенность в каждом движении, и поняла, что уже проиграла. — Такси или пешком? — спросила она, и Макс рассмеялся. — Пешком. Мне нужно время, чтобы придумать, как уговорить тебя оставить это платье на полу. Лера покачала головой, но взяла его за руку. — Пошли. Вечерний воздух был прохладен, но Лера не чувствовала холода — её кожу согревало внутреннее напряжение, пульсирующее с каждым шагом. Они шли по узкой улочке, где свет фонарей дробился на мокром асфальте, оставляя золотистые блики. Макс шёл рядом, его плечо иногда касалось её плеча, намеренно или случайно — она не могла понять. — Ты так и не сказала, где живёшь, — произнёс он, засовывая руки в карманы кожаной куртки. — Потому что не собираюсь говорить, — Лера улыбнулась, глядя прямо перед собой. — А если я угадаю? — Тогда, может быть, я приглашу тебя на чай. — Чай? — Он фыркнул. — После такого кофе? — А что ты предлагаешь? Он остановился, развернулся к ней и медленно провёл пальцем по её обнажённому запястью. — Вино. Тёмное, терпкое. Как раз под цвет твоего платья. Лера почувствовала, как по её спине пробежали мурашки. — Ты очень уверен в себе, — прошептала она. — Нет, — он наклонился ближе, и его дыхание коснулось её уха, — я просто очень хочу тебя. Она замерла. Его слова висели в воздухе, густые, как дым. Она могла отстраниться, могла засмеяться, могла уйти — но вместо этого её губы сами разомкнулись: — Покажи мне, где ты живёшь. Макс улыбнулся, как кот, получивший сливки. — Ближе, чем ты думаешь. Они свернули в переулок, где старые кирпичные дома теснились друг к другу, словно делясь секретами. Его рука нашла её талию, пальцы впились в ткань платья, будто проверяя, насколько оно тонкое. Лера не сопротивлялась, но и не прижималась к нему — она словно балансировала на грани, играя в игру, правила которой знала только наполовину. — Ты часто так делаешь? — спросила она, когда они подошли к подъезду. — Что именно? — Он достал ключи, и металл звякнул в тишине. — Встречаешь девушку и ведёшь её к себе в тот же вечер. Макс повернулся к ней, его глаза стали темнее. — Нет. Но обычно девушки не выглядят так, будто мечтают, чтобы их раздели взглядом. Лера закусила губу. Он был прав — она хотела этого. Но признаться в этом вслух значило проиграть. Лифт поднимался медленно, и в тесной кабине она чувствовала каждый его вдох, каждый взгляд, скользящий по её шее, декольте, бедрам. Она знала, что он представляет — как снимает с неё это платье, как его пальцы скользят по её коже. — Ты дрожишь, — заметил он. — Холодно, — солгала она. — Врёшь. Дверь открылась, и он ввёл её в квартиру. Большая гостиная с панорамными окнами, откуда открывался вид на ночной город. На столе стояла полупустая бутылка вина и два бокала. — Ты готовился? — удивилась Лера. — Надеялся, — поправил он её. Он подошёл к ней, но не торопился прикасаться. Его глаза изучали её, как архитектор изучает здание — оценивая каждую деталь. — Ты можешь ещё передумать, — сказал он тихо. — Я знаю, — ответила она. И тогда он наконец коснулся её. Вечерний воздух был прохладен, но Лера не чувствовала холода — её кожу согревало внутреннее напряжение, пульсирующее с каждым шагом. Они шли по узкой улочке, где свет фонарей дробился на мокром асфальте, оставляя золотистые блики. Макс шёл рядом, его плечо иногда касалось её плеча, намеренно или случайно — она не могла понять. — Ты так и не сказала, где живёшь, — произнёс он, засовывая руки в карманы кожаной куртки. — Потому что не собираюсь говорить, — Лера улыбнулась, глядя прямо перед собой. — А если я угадаю? — Тогда, может быть, я приглашу тебя на чай. — Чай? — Он фыркнул. — После такого кофе? — А что ты предлагаешь? Он остановился, развернулся к ней и медленно провёл пальцем по её обнажённому запястью. — Вино. Тёмное, терпкое. Как раз под цвет твоего платья. Лера почувствовала, как по её спине пробежали мурашки. — Ты очень уверен в себе, — прошептала она. — Нет, — он наклонился ближе, и его дыхание коснулось её уха, — я просто очень хочу тебя. Она замерла. Его слова висели в воздухе, густые, как дым. Она могла отстраниться, могла засмеяться, могла уйти — но вместо этого её губы сами разомкнулись: — Покажи мне, где ты живёшь. Макс улыбнулся, как кот, получивший сливки. — Ближе, чем ты думаешь. Они свернули в переулок, где старые кирпичные дома теснились друг к другу, словно делясь секретами. Его рука нашла её талию, пальцы впились в ткань платья, будто проверяя, насколько оно тонкое. Лера не сопротивлялась, но и не прижималась к нему — она словно балансировала на грани, играя в игру, правила которой знала только наполовину. — Ты часто так делаешь? — спросила она, когда они подошли к подъезду. — Что именно? — Он достал ключи, и металл звякнул в тишине. — Встречаешь девушку и ведёшь её к себе в тот же вечер. Макс повернулся к ней, его глаза стали темнее. — Нет. Но обычно девушки не выглядят так, будто мечтают, чтобы их раздели взглядом. Лера закусила губу. Он был прав — она хотела этого. Но признаться в этом вслух значило проиграть. Лифт поднимался медленно, и в тесной кабине она чувствовала каждый его вдох, каждый взгляд, скользящий по её шее, декольте, бедрам. Она знала, что он представляет — как снимает с неё это платье, как его пальцы скользят по её коже. — Ты дрожишь, — заметил он. — Холодно, — солгала она. — Врёшь. Дверь открылась, и он ввёл её в квартиру. Большая гостиная с панорамными окнами, откуда открывался вид на ночной город. На столе стояла полупустая бутылка вина и два бокала. — Ты готовился? — удивилась Лера. — Надеялся, — поправил он её. Он подошёл к ней, но не торопился прикасаться. Его глаза изучали её, как архитектор изучает здание — оценивая каждую деталь. — Ты можешь ещё передумать, — сказал он тихо. — Я знаю, — ответила она. И тогда он наконец коснулся её. Лифт медленно поднимался, и с каждым этажем Лера чувствовала, как напряжение между ними нарастает, словно электрический заряд перед грозой. Тесное пространство кабины наполнилось теплом их тел, смешавшимся с ароматом ее духов — ванильных с легкой горчинкой кардамона — и его парфюма, древесного, с нотками кожи. Макс стоял вполоборота, его бедро намеренно касалось ее бедра. Он изучал ее профиль, заметив, как пульс на ее шее участился, когда лифт слегка качнулся. — Боишься высоты? — его пальцы скользнули по ее оголённому локтю. — Нет, — она повернула голову, и их губы оказались в сантиметрах друг от друга. — Но, кажется, мне стоит бояться чего-то другого. Его рука опустилась на ее талию, пальцы впились в тонкую ткань платья. — Например? — Того, как легко я оказалась здесь. Лифт остановился, двери раздвинулись. Коридор был узким, освещенным приглушенными бра. Макс шел впереди, и Лера не могла оторвать взгляд от его широких плеч, от того, как обтягивает джинсы его упругие ягодицы. Она ловила себя на мысли, как хочет провести по ним ладонью, вцепиться, почувствовать мышцы под тканью. Ключ щёлкнул в замке. Его квартира оказалась просторной, с панорамными окнами, за которыми мерцал ночной город. На стеклянном столе у дивана действительно стояла открытая бутылка бордо и два бокала. — Ты правда был так уверен? — она прошлась пальцами по горлышку бутылки. — Я просто знаю, когда что-то стоит того, — он подошёл сзади, его грудь почти прижалась к ее спине. Его руки медленно обвили ее талию, ладони легли на живот. Лера почувствовала, как ее дыхание участилось. Он был так близко, что она ощущала каждое движение его грудной клетки. — Ты дрожишь, — его губы коснулись ее шеи, чуть ниже мочки уха. — Это не от страха, — она запрокинула голову, давая ему больше доступа. Его пальцы начали медленно подниматься вверх, скользя по рёбрам, чуть задевая нижний край бюстгальтера. Она зажмурилась, когда его большие пальцы нарисовали круги над тканью, едва касаясь сосков. — Макс... — Ты представляла это? — он прижался к ней сильнее, и она почувствовала его возбуждение через слои одежды. — Как я буду трогать тебя? Ее руки опустились на его бедра, сжимая их. Она мечтала об этом с момента, как он шепнул ей на улице о своем желании снять это платье. Он развернул ее к себе. Его глаза были темными, почти черными от желания. Одна рука вцепилась в ее волосы, слегка оттягивая голову назад, обнажая шею. — Я буду целовать тебя здесь, — его губы коснулись ключицы. — И здесь, — язык обрисовал линию декольте. — А потом сниму это чертово платье и узнаю, какие звуки ты издаёшь, когда теряешь контроль. Лера впилась пальцами в его плечи. Она чувствовала, как влага скапливается между ног, как бешено стучит сердце. — А если я передумаю? — Тогда скажи "стоп" сейчас, — он прижал ее ладонь к своей груди, где сердце билось так же часто. — Но мы оба знаем — ты не хочешь этого. Его рот накрыл ее губы в жарком поцелуе. Она ответила сразу, без стеснения, их языки сплелись в танце, который становился все более неистовым. Он оторвался, тяжело дыша. — Сними это, — он потянул за лямку платья. — Я хочу видеть тебя. Лера медленно стянула платье, позволяя ткани скользить по телу. Осталась только в кружевном черном белье — бюстгальтере и трусиках, которые оставляли мало для воображения. Макс замер, его взгляд пылал. — Боже, ты прекрасна... Он сбросил куртку, торопливо расстегнул рубашку. Его торс был рельефным, с четкими кубиками пресса и татуировкой на ребрах. Лера не удержалась, провела ладонью по его груди, чувствуя, как напрягаются мышцы под ее прикосновением. Он поднял ее на руки, она обвила ногами его талию. Их поцелуи стали еще более жадными, пока он нес ее к спальне. Макс шагнул вперед, и Лера почувствовала, как ее спина коснулась прохладной стены. Его руки упёрлись в поверхность по обе стороны от ее головы, запирая в ловушке из тепла его тела и собственного желания. "Он пахнет так... по-мужски", — мелькнуло у нее в голове, когда она вдохнула смесь его парфюма, пота и чего-то неуловимо сексуального. Его губы нашли ее шею — сначала просто касаясь, затем покусывая, заставляя ее сжимать пальцами его плечи. — Ты такая сладкая... — его голос звучал хрипло, пока язык вырисовывал мокрую дорожку к ключице. Одна его рука скользнула вниз, обхватив ее бедро и резко приподняв. Лера вскрикнула, когда почувствовала его твердость, упирающуюся прямо в центр ее влаги через тонкие слои ткани. — Макс... — ее ногти впились в его спину. Он ответил низким стоном, прижимаясь сильнее, заставляя ее ощущать каждый сантиметр его возбуждения. Его пальцы нашли бретельку бюстгальтера, сбросили ее с плеча. — Хочу видеть, — он отстранился на мгновение, чтобы снять лифчик полностью. Грудь оказалась упругой, с розовыми, уже набухшими сосками. Макс не торопился — сначала просто смотрел, заставляя ее краснеть под этим оценивающим взглядом. — Ты прекрасна, — прошептал он, прежде чем наклониться и взять один сосок в рот. Лера вскрикнула. Его язык был горячим, влажным, обвивающим бугорок, в то время как пальцы щипали второй. Волны удовольствия били прямо в низ живота, заставляя ее бедра непроизвольно двигаться. Его свободная рука скользнула в трусики. — Боже, какая мокрая... — он провел пальцем по всей длине, от заднего прохода к клитору, заставляя ее вздрогнуть. — Я... давно не было... — она пыталась говорить, но его палец вошёл внутрь, и слова превратились в стон. — Тесно, — он ухмыльнулся, чувствуя, как ее внутренние мышцы сжимаются вокруг него. — Когда последний раз? — Год... ааа... — его палец начал двигаться, а большой надавил на клитор. Макс застонал, прижимаясь лбом к ее плечу. — Не представляю, как кто-то мог оставить такую женщину без внимания. Он добавил второй палец, растягивая ее, готовя. Лера закинула голову назад, цепляясь за него. Ощущение было невероятным — после долгого воздержания ее тело реагировало на каждое прикосновение с удвоенной силой. — Я не выдержу... — она застонала, чувствуя, как нарастает волна оргазма. Но Макс замедлил движения. — Нет, не сейчас. Я хочу почувствовать, как ты кончаешь на мне. Он резко снял руку, заставив ее стонать от неудовлетворенности. Быстро скинул джинсы и боксеры. Его член был большим, твердым, с выступающими венами. Лера невольно облизнула губы. — Хочешь? — он провел пальцем по ее губам. В ответ она опустилась на колени, её пальцы дрожали, когда обхватили основание его члена. Кожа под её ладонями была горячей, почти обжигающей, с тонкой сеточкой напряжённых вен. Она почувствовала, как пульсирует под её прикосновением, как капля прозрачной жидкости выступает на головке. — Не торопись, — прошептал Макс, впиваясь пальцами в её волосы. Её язык медленно обрисовал контур головки, собирая солоноватую жидкость. Вкус был интенсивным, чисто мужским, заставляющим её влагалище рефлекторно сжаться в ответ. Когда она взяла его в рот полностью, её щёки втянулись от создаваемого вакуума. — Чёрт! — он резко дёрнул бёдрами вперёд. Лера чувствовала, как член растягивает её рот, касается нёба. Слюна стекала по стволу, когда она начала двигаться вверх-вниз, одной рукой массируя его яички. Его стоны становились громче, пальцы сильнее впивались в её волосы. — Остановись... иначе я кончу прямо сейчас. Она послушалась, но не отпустила, а медленно провела языком по уздечке, заставляя его вздрогнуть. Макс резко поднял её, развернул и прижал к стене. Его руки раздвинули её ягодицы, пальцы вновь нашли её киску — теперь ещё более мокрую. — Хочу почувствовать тебя полностью, — его голос звучал хрипло. Он приподнял её, и в следующий момент головка члена упёрлась в её вход. Лера замерла, чувствуя, как её тело сопротивляется непривычному размеру. — Расслабься... — он ввёл первые два сантиметра, заставляя её внутренние мышцы растягиваться. Боль смешалась с удовольствием, когда он вошёл глубже. Она чувствовала каждый миллиметр, каждую прожилку на его члене. Когда он полностью заполнил её, их животы прижались друг к другу. — Ты... такая тесная... — он застонал, не двигаясь, давая ей привыкнуть. Лера обхватила его бёдра ногами, чувствуя, как её внутренности адаптируются к его размеру. Затем он начал двигаться — сначала медленно, выходя почти полностью, затем вновь погружаясь до самого основания. — Да... вот так... — она закинула голову назад, когда он нашёл идеальный угол. Его руки держали её бёдра, помогая двигаться в такт. Член скользил всё легче по мере того, как её соки обильно смазывали их соединение. Звук мокрых шлепков наполнял комнату. — Я не выдержу долго... — признался Макс, его движения становились резче. Одна его рука опустилась между их тел, большой палец нашёл её клитор. Лера вскрикнула, когда волна удовольствия накрыла её. — Я... я... Оргазм приближался неумолимо. Она чувствовала, как её внутренности начали ритмично сжиматься вокруг его члена. Макс зарычал, ускорив движения. — Кончай на мне... Его слова стали спусковым крючком. Лера закричала, когда её тело сотрясло от мощных спазмов. В этот момент он резко вошёл в неё в последний раз и замер, заполняя её горячей спермой. Они оставались соединёнными ещё несколько минут, тяжело дыша. — Это... было... — Лера не могла подобрать слов. — Только начало, — пообещал Макс, целуя её шею.