Часть 1

Кто несётся сквозь болото, бурелом Без тропы по сухостою напролом? Подволакивая ногу горячо, Скособочившись на левое плечо. Острым взглядом быстро шарит по камням, За кустами, по канавам, старым пням… Тянет носом, в полнолунье чуя след Приближающейся хвори, скорых бед… Чуть заслышит на болоте тихий плач, В миг ударившись о землю, гонит вскачь... Как услышит у обрыва звонкий смех — Оборачивает платье в рыжий мех. Издавая в полумраке резкий свист, Прогоняет тёмных тварей, диких лис. Крутит скрюченными пальцами гайтан, Собирая то, что лес сегодня дал. В тонких лентах не алмазы, не топаз, Тёмным мороком сокрытые от глаз, Шесть прекрасных, юных, нежных дочерей, Обращённых не в крушину, не в репей, Не в отраву — волчье лыко; бузину, Ожерельем заплётенным на ветру, Алым жемчугом по шее заскользят, Украшая старой бабушки наряд. «Я бабуля Ворожея-кутерьма, Из волос на лбу седая бахрома, Глаз зелёный под косынкою блестит, Рот беззубый острословит и свистит. И пускают меня люди на порог, Только если кто из близких занемог. Так живу я в чаще леса тыщу лет, Как колючий и бессмертный сухоцвет». Вот в избушку свою бедную вошла, Космы серые платочком прибрала, Бусы с шеи раскрутила поскорей, Появились шесть румяных дочерей. Их учу я, как меня учила мать: Разнотравьем боль любую врачевать, Оборачиваться птицей и лисой, Сквозь огонь и острый лёд идти босой, Приворотное заклятье наложить, Заговаривать охотничьи ножи И гадать по небу, глядя в облака, Чтобы знать свою судьбу наверняка. Хрипло крикнул черный ворон у ворот: «Пришлый в чащу непролазную идёт!» Обернулась и ушастый нетопырь Взмахом крыльев за окошко тихо шнырь… Зажурчала мне холодная вода: «Пуще ветра, прямиком лети туда…» Трелью лёгкой в роще вторил соловей: «За тропинкой, поскорее, поскорей…» Вот оврага отсыревшее нутро В лунном свете улыбается хитро, В лапах ельника, испуганно глядя, Притаилось сиротливое дитя: Тихо плакала, потеряна в ночи, Угасая как огарочек свечи, Белым личиком светилась меж ветвей И подумалось — седьмая всех милей…