знакомство с дьяволами

Жизнь кажется диким адом, из которого невозможно сбежать. Что такое рай? Никто не знает. Люди знают лишь одно — что такое ад. Ад — это жизнь. — Кхе… сукин ты сын… — прохрипел парень, сплёвывая тёмную кровь на серый бетон. Он шатался, но не сдавался. В глазах — огонь. — Я тебя прикончу! Он рывком поднялся на ноги, дрожа от напряжения, и бросился вперёд. Другой лишь усмехнулся. Его улыбка была широкой, почти издевательской. — Ты смелый, — Харучие провёл лезвием катаны по воздуху, словно размышляя, где именно разрезать плоть. Затем резко прижал холодную сталь к шее противника. — Какие твои последние слова? Раз… два… тишина. Вот он — ад, в котором невозможно выжить. Ад — это жизнь. Есть ли здесь рай? Я думаю, нет. Прошла минута. Две. Тишину прорезал голос: — Харучие Акаши. Что ты сделал? Этот голос был узнаваем с первого звука. Глубокий, спокойный, но наполненный весом, способным раздавить. Рай… Для Харучие богом был один человек — Майки. Но изменится ли это? — Прости… Он напал на меня. Я не смог… не смог себя контролировать, — голос Харучие дрогнул предательски, когда он, опуская голову, встал на одно колено перед ним. Майки приблизился. Лицо его оставалось безмятежным. Он наклонился, взял Харучие за подбородок и заставил поднять голову. — Харучие, я говорил тебе, что убивать — не выход. Он нам был нужен. Ты заслужил наказание. — Хорошо… господин, — голос его был ровным. В глазах не дрогнула ни одна эмоция. Майки взял осколок стекла, лежащий у трупа. Повернул его в руках, любуясь игрой света на острых краях. Затем резко — слишком резко — полоснул им по лицу Харучие. Кровь. Тёмная, густая, потекла по коже, стекая к подбородку и капая вниз, в грязь. Бог наказал Акаши. — Даже не моргнул, — Майки покачал головой. — Ты удивляешь меня с каждой минутой. Харучие всё так же стоял на коленях. Лицо его было спокойно. Он не чувствовал боли. — Вставай, — приказал Майки. Затем, отступив, добавил: — Ты свободен. *** Ночь. Дома было тихо. Харучие лежал на кровати, глядя в потолок. Мысли о сегодняшнем дне прочно застряли в голове. Вдруг — стук в дверь. Он лениво поднялся, медленно потянулся, ощущая, как ноют раны. Подойдя к двери, он открыл её. Перед ним стояли двое. — Вы кто? — спросил он спокойно, чувствуя, как в уголках губ снова проступает кровь. Ответа не последовало. Один из незнакомцев толкнул его в грудь, заставляя сделать шаг назад, и прошёл в дом. Второй последовал за ним. — Здравствуй, — произнёс высокий, раскладывая на столе что-то… телескопическую дубинку? Харучие взглянул на него с отвращением. — Я задал вопрос. — Тебе не нужно знать, кто мы, — ухмыльнулся тот, приближаясь. Он протянул руку и осторожно провёл пальцем по лицу Харучие, касаясь свежих ран. — Какие прекрасные шрамы… Харучие фыркнул. — В каком смысле мне не нужно знать? — Хм… — высокий слегка склонил голову, словно раздумывая. — Как бы сказать… Мы пришли отомстить. За парня, которого ты убил. Его улыбка стала шире, но в глазах появилась тьма. Внезапно он схватил Харучие за щёки, сжимая их так, что губы исказились. — Братец, дай мне мою телескопку, — лениво бросил он через плечо. Младший нахмурился, но, поколебавшись, взял со стола сложенную дубинку и кинул старшему. Тот поймал её одной рукой, развернул пальцы, чувствуя прохладный металл. Щелчок. Телескопка разложилась в полной длине. — Ты даже не моргнул, — усмехнулся он, разглядывая Харучие. — Не боишься? Тот лишь слегка улыбнулся. Следующий удар. По щеке потекла кровь. Немного. *** Харучие медленно провёл языком по губе, пробуя вкус собственной крови. Он улыбнулся. — И это всё? — его голос прозвучал лениво, почти насмешливо. Ран Хайтани не ответил. Он смотрел на него с едва заметной улыбкой — такой, что даже не поймёшь, злится он или развлекается. Младший брат Рана — Рин — вздохнул, прислонился к стене и закатил глаза. — Хватит играться, Ран, просто прикончи его. — Ой, ну какой ты скучный, — хмыкнул Ран. Он наклонил голову, внимательно изучая выражение лица Харучие. Затем провёл пальцем по своей телескопке и добавил: — Хотя… может, ты и прав. Он шагнул вперёд и замахнулся. Щелчок. Харучие двинулся быстрее, чем ожидал Ран. Он резко уклонился, схватил ближайший стул и метнул его в Рина. Тот выругался, уворачиваясь, но этого мгновения хватило. Харучие бросился в сторону комода, на котором лежала его катана. Ран рассмеялся. — О, начинается самое интересное. Он снова взмахнул телескопкой, но Харучие уже обхватил рукоять катаны. Холодная сталь в руках — и мир снова обрёл смысл. — Хах… Так будет веселее, — Харучие слегка повернул голову, ухмыляясь. В глазах загорелся знакомый азарт. — Ну, посмотрим, кто кого. Он сделал первый выпад. Катана со свистом рассекла воздух. Ран едва успел отступить, когда лезвие пронеслось в сантиметре от его горла. Он хищно оскалился. — Опасно, опасно, — протянул он, перехватывая телескопку удобнее. Харучие не отвечал. Он двигался плавно, уверенно, выискивая брешь в защите. Напряжение нарастало, каждый их шаг отдавался глухими эхом по комнате. Рин затаил дыхание, наблюдая за ними со стороны. А затем — резко, в самый неподходящий момент — раздался рингтон телефона. Харучие мысленно выругался. Он скользнул взглядом вниз — на экране высветилось имя звонящего. Майки. Чёрт. Игнорировать нельзя. Ран усмехнулся, заметив секундную заминку. — Что, важный звонок? Может, ответишь? — Не умничай, — бросил Харучие, ловко блокируя удар. Телефон продолжал звонить. — Твою мать, — пробормотал он и, держа катану в одной руке, вытащил телефон другой. Принял вызов. — Да? — Ты где? — голос Майки был спокойным, но в этом спокойствии чувствовался скрытый холод. Харучие отбил очередной удар Рана и качнулся в сторону. — Немного занят, — ровно ответил он, уходя в сторону от телескопки. — Занят? Харучие не успел ответить — Ран резко сменил тактику, двинулся быстрее. Лезвие катаны встретилось с телескопкой с металлическим звоном. — Хару, — голос Майки стал тише, но напряжённее. — Кто тебя сейчас отвлекает? Харучие скривился. — Никто особенный. — У тебя кровь на губе? Харучие вздрогнул. — Ты откуда знаешь? — Ты тяжело дышишь. Ран, услышав обрывки разговора, едва не расхохотался. — Ты что, правда разговариваешь по телефону, пока дерёшься со мной? Харучие отпрыгнул, перехватил катану поудобнее. — Ага. — Ты охренел? — Ты вообще-то тоже можешь говорить, так что не жалуйся. Рин, который наблюдал за этим цирком, просто закрыл лицо рукой. — Боже, вы оба тупые. Харучие вернулся к разговору с Майки: — Я скоро буду. — Десять минут, — коротко сказал Майки и сбросил звонок. Харучие убрал телефон в карман и взглянул на Рана. — Ну, теперь у тебя есть проблема. — Да ну? — Ран хищно улыбнулся. — Какая же? Харучие легко взмахнул катаной, стряхивая каплю крови с лезвия. — Ты меня задерживаешь. Ран усмехнулся, но тут же увидел , как взгляд Харучие стал другим. Не лениво-насмешливым, каким был до этого, а холодным. Слишком холодным. — Чёрт… — пробормотал Ран, перехватывая телескопку. — Ладно, раз так… И бой начался с новой силой.