Эвакуация или...?

Утро начиналось как обычно. Андрей проснулся раньше своей любимой и приготовил им двоим завтрак, после чего они благополучно поели и быстро собрались. Уже на работе когда настало время расходиться, Анастасия нехотя отпустила руку Быкова, будто что то чувствовала, но взглянув Андрею в глаза, она улыбнулась. До встречи, надеюсь, сегодня все будет спокойно, — сказала Анастасия и они с Андреем разошлись. Настя вошла в кабинет, и в груди поселилось чувство тревоги, которое она с трудом отогнала. Но на долго?.. Как назло, в середине дня в больнице погас свет и зазвучала сирена эвакуации, но почему то все выходы были заблокированы, начался переполох. Все были взволнованы и многие кричали, но Быков оставался спокойным, по крайней мере, все так думали. Голова Андрея Евгеньевича трещала от количества звуков, а сердце билось как бешеное. Он видел какой переполох случался на этаже терапии, и случайно увидел, как на лестнице толпились люди, а среди них бежал Купитман, который не мог пройти через этих людей и в итоге он упал, но Быков не мог увидеть, что с ним из-за большого количества людей. Все подходили к заведующему терапией и пытались попросить его о помощи и кричали, чтобы он что то сделал. Дыхание Быкова начало спирать, сердце билось сильнее и сильнее. Звуки становились громче, все мигало красным, а основной свет был выключен. Он начал отходить назад, и забился в угол, тихо и медленно скатываясь по стене. Он слышал, как его зовут и смотря на своих интернов, он слышал, как они кричат и просят о помощи, но Романенко с Любой начали всех отводить и пока Люба всех отгоняла, Глеб присел рядом с Быковым и начал его звать. Андрей Евгеньевич! Вы меня слышите?! , — Романенко смотрел на Быкова и пытался привести его в чувства, но попытки не увенчались успехом.— Андрей Евгеньевич, что нам сделать? Нам нужен ваш совет! Пожалуйста, посмотрите на меня. Вдруг, Глеб почувствовал как Любовь оттолкнула его и крикнула, чтобы он старался никого сюда не подпускать. Быков слышал старшую мед сестру, но ничего не мог больше поделать. Неужели опять? Ну не может же быть. Он так долго прорабатывал это с психологом после первого и как он думал, последнего раза. Но нет, это случилось вновь. — Андрей Евгеньевич, вам нужно успокоиться, у вас снова начинается паническая атака! , — Люба всеми силами старалась успокоить Быкова, но тот даже не смотрел на неё. Он будто вжался в стену. Дыхание было сбитым, он жадно глотал воздух. Все были как в тумане, свет мигал. Крики, просьбы выпустить, просьбы помочь. А в ушах звенело все сильнее. Быков мотал головой, ему было страшно. Люба старалась как-то привести его в чувства, потом пытался Глеб. Сейчас уже подошел Фил Ричардс. Он старался поговорить с заведующим терапией, но в ответ получал лишь хриплое шептание или вообще молчание. — Я. Я не знаю, что делать. Мне казалось, что Быков стрессоустойчивый и думал, что быстрее кто то из нас поймает паническую атаку (из за него) чем он…— советовался Фил с друзьями. Все хотели помочь Быкову, чтобы он помог остальным людям. Но никто не знал, как ему помочь. — Люб, ты сказала, что у него снова паничка, такое уже случалось в прошлом? , — поинтересовался Глеб. — Это было один раз, и то. Он тогда сам интернатуру заканчивал.— начала Скрябина, — Едрид Мадрид, так слушайте внимательно, вдруг что то придумайте! Ребята переглянулись и внимательно начали слушать старшую медсестру. — Значит, это был последний день интернатуры Быкова, и Купитман как его друг, решил очень весело разыграть друга, в честь окончания интернатуры. Да только вот не рассчитал пудель кучерявый, что друг то его, поймает паническую атаку, после розыгрыша этого и там дополнительно, — Любовь перевела дух.— Купитман в ординаторской устроил целую комнату страха, причём очень жёсткую. Но ладно, если бы только эта комната, а он же еще и масло там разлил. В итоге сам Купитман и поскользнулся на этом масле, только равновесие не удержал и в окно вылетел, перед этим еще Быкову сценку устроил, мол, если он в кож-вен не пойдет, то Купитман сбросится. Андрей Евгеньевич же, сам поставил ему подножку, отчего Иван Натанович начал на самое кататься, и в окно улетел. А Быков в это время, на ловушки все попался, и страх за Купитмана плюсом страх от этой жести кровавой (еврей наш, решил из морга повытаскивать один труп и кровушку. Обмазал руки и ноги манекенов и подвесил), подарил Быкову паническую атаку. Мы его минут 30 старались успокоить, пока он не увидел, что Купитман живой, вообще не успокаивался. Он же ему как брат уже. Люба закончила свой рассказ, и посмотрев на ребят, увидела, что они были в шоке. — А может быть и сейчас все из-за Ивана Натановича? , — спросил Фил.— На фоне стресса, Андрей Евгеньевич увидел, что Купитман упал и потерялся в толпе. — Толпа не такая уж и большая, да и Купитман уже ушел…— вдруг, Глеба осенило. Он вспомнил об их розыгрыше над Быковым.— Твою мать! Фил, где таблетки которые мы его в воду подмешали?! Фил посмотрел на Романенко, и рука с дрожью полезла в карман и достала пустую пачку галлюциногенов. Чертовы таблетки, чертовы розыгрыши, кто же знал, что у Быкова на них такая сильная реакция… — Damn, мы идиоты… Но, почему они пустые?! Семен! , — Фил повернулся в сторону Лобанова, — Мы же говорили всего 2 таблетки! А ты все кинул?! — Я не специально! Этот картавый урод вошел в ординаторскую, рука дрогнула и… — Лобанов замолчал, смотря на Быкова, который вжимался в угол стены и спрятал голову в колени. Люба посмотрел на парней и каждому отвесила хороший подзатыльник. — Едрид Мадрид, да вы не просто идиоты! В моем словарном запасе даже нет слова такого! , — говорила Скрябина и уже начала звонить Купитману.— Отнесите его в ординаторскую и положите на диван, тут людей слишком много, а то еще опопзорите его… Ало, Вань, подойди пожалуйста в ординаторскую, тут Быков… Уже в ординаторской парни смотрели на Быкова, которому не становилось лучше. Зрачки были расширены почти до предела, а картавый тиран качался вперёд и назад. К счастью интернов, вошел Купитман и они сразу же убежали. Венеролог присел рядом с диваном и старался поговорить с Андреем. POV Андрей Евгеньевич: В коридоре не утихала суматоха, а голова раскалывалась сильнее. Я уже не знал, что мне делать. Романенко пытался как-то поговорить со мной, но я не мог даже взглянуть на него, было нереально. Еще и всякие силуэты вокруг… Люди толпились и кричали, с ними будто что то происходило, но я не мог посмотреть. В горле так сухо. Через некоторое время моих непрекращающихся мучений, ребята разогнали толпу людей и смогли проводить меня в ординаторскую, хоть я и сопротивлялся. Это было невыносимо. Голова кружится, хочется кричать, плакать… Что со мной происходит? Из-за чего случилась паническая атака… А что с Ваней? Что с Настей… Кто то вошел в ординаторскую, опять эти пациенты? Нет, нет, нет! Стоп… Купитман?.. Окончание POV Андрея Евгеньевича — Андрюшенька, ты меня слышишь? Что ты видишь? Поговори со мной! , — говорил Купитман. Он старался говорить тихо и спокойно, чтобы еще сильнее не навредить Быкову.— Андрей, может Насте позвонить? — Не нужно никому звонить, я уже здесь… — сказала вошедшая в помещение Настя.— Что с ним? — Паническая атака похоже… Хотя не похоже, зрачки расширены сильно… — Купитман старался хотя бы как-то осмотреть Быкова. Они сидели и смотрели на Быкова который мучился от боли и еще от чего то. Вдруг, Настя увидела на столе увидела пустую пачку галлюциногенов, а рядом стакан воды. — Вань, закрой дверь., — Настя подождала, пока прозвучит звук защёлкивания замка на ключ и глядя на Быкова, взгляд которого начал дрожать, да и он сам сильно дрожал.— Андрей, что ты видишь?! — Силуэты… Свет мигает. почему мы здесь, почему не эвакуируемся?.. Пожалуйста... ПОМОГИТЕ МНЕ...,— крикнул заведующий терапией. По щеке протекла слеза. Настя посмотрела на Андрея, а следом и на Купитмана. Обеспокоенная Кисегач положила руку на щеку терапевта и вытерла слезу. — Андрей... Посмотри на меня.— потребовала главврач. Но Быков не смог, и поэтому она решила идти на крайние меры....— Ну все, Андрей.. Надеюсь, это тебя приведет в чувства. Настя дала Андрею пощёчину, и видя, что он перевёл взгляд на неё, прикоснулась своими губами к его и они слились в поцелуе. Настя обняла Быкова и когда отстранилась, увидела, что зрачок Андрея уменьшается в размере.. — Вот и славно. Теперь отдохни желательно...— Настя улыбнулась и встав с дивана еще немного посмотрела на Быкова, а потом вышла из ординаторской. — Эвона как... Ох, белка.. Боевая женщина, вот за это и люблю её..,— сказал Быков и немного переведя дух, встал с дивана и сев за стол, посмотрел на документы.— Тааак, что у нас тут? Да, терапевт решил отвлечься от всего таким интересным способом. На удивление, немного помогало, он смог успокоиться и уже привел свое моральное состояние в норму, но к сожалению, на этом история не заканчивается. Спустя какое время, в помещение вошел незнакомец и присев рядом с Быковым, приставил пистолет в его бок. Быков недоумённо посмотрел на него и увидел слегка безумный взгляд. — Молодой человек, извольте ответить, че надо?,— прокартавил заведующий отделением. — Не помнишь меня уже, да? Ну ничего, сейчас вспомнишь.— мужчина зарядил пистолет,— Ты мне испортил жизнь психушкой, так что я вернулся отомстить, черт картавый. Быков улыбнулся и уже думал посмеяться, но прозвучал выстрел. Его было слышно на весь этаж терапии. — Эвона как...,— тихо сказал Андрей Евгеньевич и взяв папку со стола, ударил мужчину в голову, чтобы тот вырубился. Бывший пациент упал и выронил пистолет, а пострадавший Андрей крикнул, чтобы позвали охрану. Он держался за бок, когда пришла охрана и забрали мужчину с собой. Люба тоже вошла в ординаторскую и смотря на халат начальника, она быстро подошла ближе. — А-андрей Евгеньевич, у вас кровь!,— обеспокоено указала Любовь Скрябина и когда она увидела, что Быков уже еле как стоит на ногах, попросила принести носилки. Пока Быкова везли в операционную, он быстро старался написать записку кому то, и когда на халате появлялось большое алое пятно, Быков мычал от боли. — Люба, передай это Кисегач...,— попросил Быков и отдав Любе листок который был немного испачкан в крови, он опустил руку и скрылся в дверях операционной. — Люб, что происходит? Это Быкова везли? Если да, то почему в операционную?..— Кисегач обеспокоенно ждала объяснений ситуации. Люба помотала головой и пыталась восстановить дыхание. Она просто протянула листок с текстом Насте и прикусив губу грустно посмотрела на неё, а потом ушла. «Насть, я тебя очень люблю. Представь, в меня выстрелил какой то псих, которого я однажды отправил в психушку, вот бред. Ты просто знай, чтобы не случилось, я постараюсь быть рядом. Я решил это щас тебе сказать, потому что уже не знаю, что со мной может случиться потом. Прости меня за все, душа моя. Пусть только Купа в запой не уходит, и ты тоже если что не уходи, я расстроюсь. Люблю вас.» У Насти перехватило дыхание, и она посмотрела на дверь операционной, в которой сейчас был Андрей. А что дальше?... А дальше ничего. Без него, ничего не нужно... — Белка, и чего? Так и будешь сидеть тут до утра?,— послышался знакомый голос. — Андрей?...— Настя открыла глаза и посмотрела на мужчину, стоявшего перед ней. Он выглядел уставшим и стоял облокотившись на трость. — Я вроде еще не забыл, как меня зовут.— Быков ухмыльнулся и посмотрел на Кисегач, которая чуть не расплакалась, но сдержалась.— Настюх, ты чет грустная какая то. Умер что ль кто то? Анастасия резко встала и обняла Быкова, он удивился, но все равно обнял её. — Господи, ты не представляешь, как я испугалась за тебя... — Да чего тут пугаться. Ну, немножко придётся в хромового поиграть. Этот стрелок так целился, что еще и в ногу попал.— Быков демонстративно показал трость, а потом протянул Насте руку и они пошли на выход из больницы. — Дурак ты, Быков.— посмеялась Настя и взяла его за руку. — А ты горгулья.— он специально протянул букву "р", чтобы звучало смешнее. Да иди ты, дурачок.. Но зато любимый.