Часть 1

             Солнце начинало медленно закатываться за горизонт, окрашивая небо в яркие, красные тона. Словно загоревшиеся снизу облака, до этого мирно плывшие по бесконечному простору, ускорили свой темп, предзнаменуя пришествие ветра. Листья над головой зашуршали, устремляясь в направлении к небольшому дому, одиноко стоявшему на окраине поля. Деревянные стены были единственными в округе, что оставалось недвижимым посреди разбушевавшейся природы. Здание явно возвели здесь недавно — оно было одноэтажным, со стандартной треугольной крышей и без какой-либо защиты.             Под деревом сидел Энтити, наблюдая через маленькое окно за тем, что происходило внутри дома. Какой-то неизвестный ему парень раскладывал вещи по сундукам, изредка поворачиваясь к верстаку. Алые глаза сосредоточенно всматривались в мелькавшие в чужих руках предметы, стараясь уловить что-нибудь ценное. Пока что результаты были весьма плачевными: лишь какие-то доски, уголь, немного железа и куча всякого хлама.             Он не беспокоился о том, что его могут заметить. Густая крона особенно большого дуба отбрасывала тяжёлую тень, способную скрыть его белую, обычно видную, одежду. Энтити полностью осознавал этот, казалось бы, существенный минус, но никак не хотел расставаться со ставшей уже родной толстовкой — да и не нужно ему было обычно прятаться и выслеживать, как это делал Налл. Он не любил тянуть.             Не любил играться с жертвой, наслаждаясь её страхом. Не любил крики, вопли, мольбы и слишком много крови. Если ему нужно, он просто быстро убьёт и заберёт желаемое. Может, поэтому люди и считали, что быть убитым им — не самое страшное, раз уж уготовлена такая участь. Но, в противовес, он никогда не оставлял и малейшего шанса на спасение. Если он выбрал жертву — уже точно не оставит её живой.             Ветер вновь закачал ветви, попутно оторвав один из листьев. Тёмно-зелёная пластинка пару раз перевернулась в полёте, на секунду закрыв вид на уже наполовину исчезнувшее солнце. Взгляд мгновенно зацепился за резко появившееся движение, но, убедившись в безопасности, вернулся к уже приевшемуся наблюдению. Прямо возле уха раздался очередной свист, и поток воздуха растрепал пепельные волосы. Поправив загородившую обзор чёлку, Энтити натянул капюшон, недовольно хмыкнув.             На небе начинали проступать первые, самые яркие звёзды. В окне совсем потемнело, перекрывая любую надежду увидеть хоть что-нибудь. Вдруг тени колыхнулись, уступая место тусклому свету. Он уже хотел уйти, решив, что не найдёт здесь ничего стоящего, как заметил слабый блеск. На месте, что ранее закрывала суетящаяся человеческая фигура, висела рамка. В оправу была вложена книга, выделявшаяся на однообразном фоне. Фиолетовая обложка плавно переливалась под светом факела, местами становясь то почти белой, то, наоборот, насыщенно чёрной. Оранжевые буквы с такого расстояния сливались в одно пятно, но он и так точно знал, что там написано.             Тем временем человек вышел на улицу и просто сел на крыльцо дома, не пугаясь поглотившей всё тьмы. Он мимолётно взглянул в сторону ушедшего заката, после чего поднял голову, рассматривая звёздное полотно. Так легко и беззаботно — парень явно и не подозревал, что за ним следили. Энтити нравились такие люди. Наблюдать, если уж приходилось, за простой размеренной жизнью было куда интереснее, чем за очередным раздражающим параноиком. Хотя, конкретно этого человека можно было бы назвать глупым: если бы не присутствие Энтити, то здесь уже бродила бы толпа монстров, и выжить парнишке попросту не удалось бы. Может, он бы и услышал рык зомби, но мог пропустить летящую прямо в него стрелу. В любом случае, он уже упустил самую большую для него опасность.             Чёрные, длинные пальцы почти что нежно огладили рукоятку лежавшей рядом в траве косы. Он брал её с собой практически всегда, даже если не планировал нападать на кого-то. Так и сейчас она пригодилась: Энтити приметил этот дом случайно и долго не мог определиться, стоит ли он внимания. Если бы у человека не оказалось ничего ценного — он бы просто оставил его, вдруг сможет обзавестись чем-нибудь в будущем.             Не сказать, что он так грабил каждого попавшегося или делал это часто ради забавы, но последний месяц вышел до одури скучным и однообразным. Хотелось хоть как-то развлечься, а все знакомые, как на зло, пропали куда-то. Подвернувшийся под руку человек был абсолютной случайностью: в любое другое время он бы и внимания на него не обратил. Энтити не испытывал такого презрения к людям, как тот же Херобрин, даже иногда симпатизировал им. Но это никогда не мешало ему убивать их, он находил в этом что-то особенное.             Человеческая жизнь была слишком короткой. Он видел одних и тех же людей только родившимися и в глубокой старости. Но редко кто доживал до этого времени, зачастую они умирали куда раньше, по случайности, иногда до невозможности нелепой. Энтити видел, как одна девушка ушла из жизни, перепутав зелья отравления и регенерации. Он до сих пор вспоминает об этом забавном случае всякий раз, когда видит в чужих руках склянку с цветной жидкостью.             Сам он зельями обычно не пользовался, только носил с собой пару штук ради безопасности. Да и в целом он не умел их варить — лишь пробовал несколько раз, но полученные эффекты были либо слишком бессмысленными, либо совсем кратковременными. Когда было нужно, он или выменивал зелья у Некроманта, или крал у тех же людей. Со скелетом отношения у него были напряжённые, но, надо отдать должное, в магии он разбирался отменно.             Мимо любовавшегося звёздами парня проскакал заяц, случайно выбежавший из леса. Животное остановилось чуть поодаль, принюхиваясь. Человек, услышав шуршание травы, перевёл взгляд на зверька. Он осторожно встал и начал медленно подходить к нему, стараясь не спугнуть. Заяц сначала отошёл назад, увидев приближающуюся фигуру, но тут же остановился, заинтересованно склонив голову и чуть согнув уши. Парень улыбнулся животному и провёл рукой по короткой коричневой шёрстке, что-то шепча.             Энтити привычным движением схватил рукоятку косы и телепортировался за спину человека. Под дубом остались мерцать только тёмные, бордовые частицы, через несколько секунд уже растворившиеся в воздухе. Зверёк, быстрее человека услышав короткий звук, сопровождающий перемещение, дёрнул пару раз носиком и поспешил убежать, выпрыгнув из-под руки и оставив парня в недоумении. Он приподнялся, провожая вздохом маленькое удаляющееся пятно.             Только через мгновение человек понял, что что-то не так. Он дрогнул, намереваясь повернуться к источнику шума, но лезвие вонзилось в шею, остановив его. Из раны брызнула кровь. Глаза закатились, а тело обмякло, поддерживаемое одной косой. Энтити рывком вернул её на место, и теперь уже мёртвый парень завалился назад, примяв под собою пару цветов. Скорее всего, через несколько ночей трупа не будет — зомби растаскают желанную плоть.             Энтити пошёл к дому, планируя забрать ценную книгу и наконец-то уйти отсюда. Дверь громко скрипнула, пропуская его. Внутри обстановка оказалась примерно такой, какой он и предполагал: возле небольшого стола горел факел, по углам ютились лишь кровать, на которой лежал железный шлем, пара печей и верстак. Он подошёл к стоявшим напротив окна сундукам и приоткрыл их, надеясь всё же найти что-нибудь ещё. Разочарованно цыкнув, Энтити захлопнул их, поднимая взгляд на висящую рамку.             И откуда только у такого бедного парня оказалась зачарованная книга? На секунду задумавшись, он протянул руку к деревянной оправе и снял её. Книга с лёгкостью вышла из креплений, обдав угольную кожу притягательным теплом. Золотая застёжка щёлкнула под пальцами, и он откинул всё так же переливающуюся крышку переплёта. Страницы зашуршали, переворачиваясь сами по себе. В воздухе начали мерцать различные символы, кружа вокруг книги и тускнея с каждым поворотом.             Несколько минут Энтити смотрел только на это, забыв обо всём вокруг. Он мог бесконечно наблюдать за этим своеобразным танцем. Зачарованные вещи всегда легко привлекали его внимание, хоть он и не разбирался, что значат эти символы и заклинания внутри. Опомнившись, он аккуратно закрыл книгу. Теперь можно было возвращаться.             Энтити вышел из дома, оставив дверь открытой. Взгляд сам собой зацепился за мёртвое тело. Ветер, к этому времени почти стихший, вновь начал рвано набирать скорость. Несколько шагов по зашевелившейся траве, и он остановился возле человека. Возле головы трупа росли ромашки, закрывшиеся на ночь. Он сорвал одну из них и поднёс к небу, крутя в руке и рассматривая. Белоснежные лепестки залило ещё свежей, алой кровью, поблёскивающей в лунном свете.             Он не мог точно сказать, что им двигало, но вскоре зелёный стебель зарылся в чужих волосах, чуть покачивающихся от ветра. Улыбнувшись самому себе, Энтити вновь телепортировался, бросив последний взгляд на труп. Короткий шипящий звук на момент прервал пение сверчков, а бордовые частицы сразу же растаяли в траве, и только одна, плавно опустившаяся на сорванный бутон, задержалась в этом мире на пару секунд. Шелест листьев на деревьях стих, облака замедлили свой ход. Цветок, сорванный ночью, уже никогда не раскроется, как и не проснётся убитый человек.