Часть 17: Xanthic

Xanthic

Относится к жёлтому цвету

Для Нацу Люси была жёлтой. Она была златовласой, звенящими золотыми ключами, ярким изобилием и всем теплом солнца. Он всегда считал себя красным, но после он никогда не сможет смотреть на это также.

***

Для Нацу Люси была жёлтой. Она была златовласой, звенящими золотыми ключами, ярким изобилием и всем теплом солнца. Она могла носить любой цвет, какой ей нравился, и менять настроение так же часто, как погода, если хотела, но она всегда излучала тепло, веселье и доброту. Нацу всегда любил её волосы. Это был цвет кукурузы, которую подавали на семейном ужине, счастливой монеты, найденной в переулке, вечернего солнечного света, проходящего сквозь окно. Он не должен быть окрашен кровью. Он всегда ощущал себя красным: яростным, страстным, быстро злящимся и любящим. Красный всегда был его любимым цветом, по крайней мере, пока он не начал по-новому ценить жёлтый. Это был цвет чешуи Игнила, сердца его огня, острых перцев, обжигающих его язык. Это также был цвет крови. Нацу не был брезгливым. Он видел много крови в своей работе. Но видеть её на Люси, пропитавшую её одежду и её красивые жёлтые волосы, скапливающуюся в лужи вокруг неё и просачивающуюся в землю… Впервые Нацу ощутил жёлтый. Не тёплый, весёлый жёлтый, что Люси излучала, как луч солнца, а противно-жёлтый трусости. Он замер, устремив взгляд на ужасную сцену, и не мог заставить ноги двигаться. Он слишком боялся подбежать, приложить ухо к груди и ничего не услышать. Он боялся тишины. Другая полоса алого вспыхнула в его зрении, когда Эрза пробежала мимо, крича имя Люси и падая на колени рядом с ней. Она прижалась ухом к груди Люси, пощупала запястье. Нацу с трудом дышал. Его сердце остановилось, а кровь ревела в ушах, всё казалось приглушённым и далёким. Всё, что он видел, — красный. Повсюду. — Нацу! Нацу! — закричала Эрза. — Она жива, но нам сейчас же нужна Венди. Нацу, ты слышишь меня? Она жива, но нам нужна Венди. Нацу судорожно вздохнул. Это он мог сделать. Если Люси была жива, он мог оставить её. Он не мог сразиться со смертью, но он мог сразиться с этим. Он найдет Венди, а Венди вылечит Люси. Но даже после того, как раны Люси прошли, когда кровь смыли с ее волос и кожи, и последние капли розовой воды утекли в канализацию, когда она открыла свои большие карие глаза и улыбнулась им солнечной улыбкой, Нацу уже никогда не смог бы смотреть на красный так же, как раньше.