Chapter 1

Горе сердцу, которое льда холодней, Не пылает любовью, не знает о ней, А для сердца влюблённого– день, проведённый Без возлюбленной, — самый пропащий из дней! ©Омар Хайям *** Зачем мудрецы рассказали однажды о любви? Зачем молвили о неописуемом чувстве, что мягкими волнами окутывает сердце и заставляет всё нутро замереть в блаженстве и умиротворении? Для чего же они рассказали о чувстве, что с несравнимой болью разрывают грудь от тоски по той, чьи пути так неожиданно, но так вовремя, слились в одно целое с его жизненною тропою? Тай и по сей день не мог понять речей мудрецов, что с упоением писали в своих трактатах о дивном чувстве, затмевающим все другие эмоции собою. Не мог осмыслить прочитанное, не понимал какого это любить и ценить ту, что готова идти с ним рука об руку по избранному ими пути. До селе не мог уразуметь того, что предназначено судьбою, а теперь мучиться от неожиданно вскрывшейся правды, что так лучезарно ворвалась в его душевную обитель и затмила собою огрубевшее от жестокости мира сердце. Полюбилась, сердцу приглянулась и так в нём и осталась, будто знала, что там есть место для её очаровательной личности. За душу тронула, зацепила своим колким взором и дерзкими речами покорила острый ум принца. Чему же удивляться, если и сейчас стоит пред ним столь важная и неприступная, как возвышающиеся горы в долинах Ро'ода. Черты лица её отточены как острие самых прочных мечей в королевстве, а движения столь же нежны, как милозвучные баллады бардов о любви. – Я буду писать Вам.– уверенность в глазах её бушует, мечется в попытках затмить собою появившееся на мгновение смущение,– Отчёты о достигнутых навыках. Как смеет лгать и утаивать от него вдруг из неоткуда возникшие мысли? Зачем умалчивает о том же, что пытается скрыть от всех он сам? – Буду благодарен.– сухо отвечает, даже не пытается взгляд свой от сурового лица эсшайки оторвать. Красива, лгать в этом смысла нет. И прежде засматривался на девушку, мгновениями замечая новые детали в её внешнем виде. А сейчас стоит пред ним во всей красе, плечи расправив как орлиные крылья и взглядом соколиным с осторожностью пронзая его персону. А он всё в ответ глядит, встретиться с чутким взглядом норовится, будто хочет в глубине души чужеземки покопаться, выведать все её тайны и сохранить их для благих времён. – В любом случае это входит в Ваши обязанности, леди эя Вэдтри. Учтиво голову пред ним склоняет, хоть у самой кошки в груди когтями скребутся от наигранной любезности. Волосы шёлковой шторой на плечи спадают, мягко касаясь белоснежной кожи эльфийки, бережно скрывая нежные участки тела от пылкого взгляда мужчины. – Непременно, Ваше Высочество. Дивная девка, таких ещё сыскать надобно. Во всём Ро'оде таких девиц не найти, а тут сама в лапы хищника проскользнула, за милым личиком скрывая мужественный характер. Твёрдость её в голосе чувствуется, уверенность так и течёт по жилам эльфийки, возвеличивая гордость её родины. Чудна́я, чего уж скрывать. Во как дивно оказывается, что даже мудрейшим не по силам оказалось в достаточной мере раскрыть нутро эсшайских дам. Всё, о чём писали предки, никак не сравниться с тем, что Тай видит своими собственными очами. – Когда мы отправляемся в путь?– руки пред собою держит не издавая лишних движений, но Таю ведь не в тягость заметить мелкую дрожь, что коварно подступила к эльфийке, ядовитыми иглами пронзая молодое тело. – Завтра поутру Вы отбывание с лордом со Генэшом. Что за дивный блеск заметил в её глазах? Печаль ли или может быть что-то другое? Тай не понимает, но отчётливо нутром своим ощущает перемены в настроении девицы, что до последнего эмоций своих не показывает, тем больше накаляя возникшее меж ними напряжение. – Да помогут Вам предки, леди эя Вэдтри. Сглупил, поспешил с прощанием, поторопился благосклонными словами обмолвиться. Терзает себя, да внешне только волнений своих не показывает, всё ту же маску хладнокровия на лице сдерживает и с любопытством присматривается к той, чей стук сердца даже со столь дальнего расстояния слышится. – Благодарю, Ваше Высочество.– на шаг назад в поклоне отступает не дожидаясь разрешения принца, будто знает что лучше быстрее с глаз его исчезнуть, от чуткого взора спрятаться как можно дальше, лишь бы ещё больше душу её наизнанку не вывернул. Пламенный взгляд карих очей едва на себе выдерживает, плавиться от настырного внимания наследника, оттого и наказывает себя, приструнить пытается, да только всё без толку, не получается тепло ро'одского принца с себя стереть. Тисс пропала, погубила себя собственноручно, как только решилась вступить в опасную игру. Выкарабкаться пытается, ухватиться за пламенеющую надежду стремиться, но чувствам ведь правдивостью истории не поможешь, не утихомиришь возникшее из неоткуда незваное ощущение свободы и неволи в одно мгновение. Пленить себя позволила, руководить собою разрешила, влюбленностью своею невзначай себя окутала и на страдание обременила. Сглупила. Иль может так судьбе угодно было? Не ведает куда теперь лежит её дорога, но точно знает, что путь в любое мгновение сведёт её с дорогой принца, словно переплетая ветви их судьбы в одно единое. Вот диво, прежде о подобном и мыслить было недозволенно, а ныне всё с ног на голову перевернулось, и изменилось и внутри и внешне, теперь от прежнего остались едва ощутимые отголоски. – Леди!– громко окликнул, удивляясь каким эхом его голос отразился от величественных стен библиотеки. Даже взгляд свой оторвать от пола не успела, как в мгновение ока оказалась прижатой к стене, чувствуя на своей талии крепкие пальцы имперца. Не то что слова, звука издать не успела, лишь немного приоткрыла уста от резкой нехватки воздуха. А Тай всё смотрит, дожидается непредсказуемых действий эсшайки, что точно молчать не станет, тут же выпустит свои когти наружу и защищать свою честь задастся. Губы в тонкую линию сложила, едва ли сдерживая в себе нарастающий гнев от непристойности, что с головой накрыла принца. Не взирает на правила, не следует их указаниям, действует по собственному соображению и даже не задумывается что её может ждать после подобного действия. Чего уж бояться, Тисс смерти в глаза уже несколько раз заглянула, с отвагой готовясь принять её удар на себе, лишь бы не лишиться той крупицы гордости и чести, что остались в ней по прибытию в Ро'од. Свободную руку в воздух заносит для хлесткой пощёчины, с визгом разрезая поток воздуха ладонью, но не успевает даже к лицу имперца приблизиться, как тут же ощущает теплые пальцы на своем запястье. Сковал её в свои оковы, даже не то что вольно вздохнуть, двинуться с места не даёт. – Подлец!– сквозь зубы шипит, без стеснения скрестив с принцем взгляды. Ликует, мечется как огонь по полю, негодует от происходящего, но чувствует, что глубоко внутри явно что-то наоборот происходит, вызывая приятный трепет в груди. Неужели сама того не замечая жаждет познать его уста? Неужто и вправду хочет ощутить на себе его губы, что так и манят прикоснуться к себе и ощутить всё то тепло, что хранит в себе этот эльф? А Тай молчит, улыбку свою более не утаивая, не пряча внутри столь редкие для него эмоции. Горит, пылает неутолим огнём желания, что никак не стремиться погаснуть, а лишь всё больше разгорается, опаляя заледеневшее нутро эльфа. Сам того не замечая в порыве хрупкую ладонь к лицу своему придвинул и алеющими губами по пылающей коже проехался, устами своими чувствуя жар её тела и еле улавливая нежный аромат жасмина. Касается ребра её ладони, каждым мелким поцелуем прокладывая дорожку к до удивлению тонкому запястью. – До чего же изумительна.– голос глубоко в себе заглушает, с неутолимым голодом рассматривая покрасневшее от смущения лицо девушки. Лишнего себе не позволяет, и так порог дозволенного перешёл, переступил вырисованную меж ними черту и возвратится к прежним границам уже никак не захочет. Как и изумительная эльфийка. Да, Тай не соврал, не солгал в ответ на колкий вопрос императора, что с ехидством найти лазейки к жестокому принцу пытается. Будь он хотя бы на каплю к ней равнодушен, не ринулся бы спасать её от заточенной гильотины, не поспешил бы отвести от неё необузданное решение имперца. Дрожит, двинуться с места не то что не решается, попросту не хочет. Каждый поцелуй ожогом на коже остаётся, отпечатывается навечно на крохотном участке её тела, сохраняя в душе частичку столь интимного воспоминания. Ощущает, как горит изнутри, как краской заливается от неугомонного взгляда мужчины, что в безмолвном вопросе на неё поглядывает, дожидаясь её разрешения двигаться дальше. И она согласилась. Придвинулась к нему ближе, вздымающейся от сбитого дыхания грудью прижимаясь к твердому торсу принца. Сквозь ткань всю мощь его тела чувствует и хоть с опаской, но с диким желанием, льнёт к нему всею своею душою. Не сдерживает себя, не справляется более со своим разумом, руку в копну густых волос запускает и губы девицы к своим прижимает. Поочередно сминает пухлые губы в страстном поцелует, бережно очерчивая контур влажных уст кончиком языка. Тисс от нахлынувшего чувства едва ли на ногах устоять может, хватается за грубую ткань кафтана на груди принца и пальцами сминает её, подушечками задевая разгоряченную кожу под одеждой. Целует так, что весь мир уже не кажется столь важным. Почву из-под ног выбивает, весь воздух из груди забирает и оставляет после себя ярое чувство удушья и блаженства. Собою каждую частичку её тела наполняет, всё больше утаскивая обоих на дно запретных чувств. Сладкий вкус её губ с ума сводит, лишает здравого смысла и напрочь стирает с памяти всё прежнее. Дурманит, пьянит, до крайности доводит, но Тай того только и жаждет. Болен ею и нет ему спасения от чувств, что с большим рвением голову вскруживают. Пальцы лёгкой дрожью пробивает, током пронизывая те места, что с телом Тисс соприкасаются, что с ней в одно целое переплетаются. И не важны для него уже никакие раздоры и невзгоды, когда рядом с ним находиться она. Его исцеление, его вдохновение, его волнение и спокойствие в одном облике. Его душа, его сила, его взлёты и падения, его злость и радость, печаль и счастье. Вся его жизнь оказалась во власти одной девицы, что незаметно прокралась в его сознание и поселила в глубине его нутра семя надежды. Вся его жизнь отныне оказалась одною ею и большего ему и не надо. Он это понял, осознал, смирился с неожиданно возникшим фактом и принял судьбу таковой, какой она есть. Принял её в своём сердце и с тех самых недавних пор бережно хранит то, что дано ему самим Богом. Одурманил, запретный плод вкусить принудил и с упоением теперь вместе с девушкой в омуте бездонных эмоций тонет. Но Тисс тому только рада, глубоко в душе ликует от происходящего, хоть и пытается внешне своего волнения не показывать. Боится, чувств своих показать ему страшиться, всё больше задумываясь не играет ли с ней заморский принц, не использует ли её ранимость в своих надменных играх против короля. Смятение девушки сразу замечает, задумчивость её в напряженных движениях чувствует и от того с грустью отстраняется, с замешательством рассматривая приоткрытые глаза эльфийки. – Неужто я настолько Вам противен? – прерывисто дыша молвил в приоткрытые уста девушки, – Неужто Вы и вправду настолько меня ненавидите?... Молчание её как лезвие ножа по сердцу проходиться, оставляя глубокий кровоточащий порез. А Тай себя этим только изводит, жаждет заполучить всё и сразу не взирая на какие-либо трудности. Но терпит, с покорностью ждёт того часа, когда изумительная эсшайка сама ему обо всём скажет без утайки и стеснения. Смиренно дожидается её слов, сдерживая разбушевавшееся пламя его скованной души. – Разве подобает принцу задавать такие вопросы той, кого здесь считают врагом? – с упрёком в глаза Таю всматривается, пытается скрыть волну нахлынувших чувств от дерзкого взгляда мужчины, что читает её как открытую книгу, – Разве позволено Вам задумываться о том, что эсшайская колдунья сможет с теплотой принять того, кто жаждет смерти её народу? Тай в ответ лишь головой качнул, с нескрываемым разочарованием на шаг назад отступая. Знал, что не всё так гладко как кажется, предполагал, что легко с этой девушкой точно не будет, но даже теряясь в догадках слова её оставили глубокую рану на некогда заледеневшем сердце принца. – Вы как никогда кстати правы. – сухо отвечает, принимая прежнее невозмутимое выражение лица. Задела его, зацепила за больное, разворошила зажившие шрамы сама того не догадываясь, даже не подозревая что подобными речами способна уничтожить того, кого всею душою пытается ненавидеть, но сердцем до безумия любит. Не показалось, не почудилось в быстротечной спешке времени. Полюбился, въелся в каждую клеточку её тела, засел в мыслях и нет теперь Тисс покоя, не сыскать ей теперь тихой гавани без того, кто с надеждой безмолвно о чувствах своих сообщил, с трудом обнажив часть своего нутра. Не выдержала, дёрнулась вперёд на встречу мужчину, схватила за изящную кисть и прижала ладонь принца к вздымающейся от сбитого дыхания груди. Прижала его руку слева, около самого сердца, чтобы знал с какой быстротой бьётся её взволнованное нутро, с каким трепетом бушует её неспокойная душа. На девичьих глазах тонкой пеленой слёзы наворачиваются, выдавая взявшееся из воздуха волнение. – Пообещайте, что мы непременно встретимся вновь. – твёрдость натуры эльфийки ни на мгновение не исчезла, проскальзывая решительностью в каждое слово, что с нежных уст срывается. Усмехнулся, печаль свою на торжественную смелость меняя, излучая искренность и уверенность в будущем. В ответ так же её руку схватил и прижал к своей груди так крепко, словно крича в ответ о собственном поражении. – Непременно. Сердца бились в унисон, безмолвно сговорившись, не поведав о том своих хозяев. Будто тонкая нить, связывали друг друга нерушимой связью, скрепляя запретный союз в одно целое и нерушимое. – Мы непременно встретимся, леди эя Вэдтри. Ругает себя за откровенность, презирает за возникшее сомнение, но в то же время успокаивает задетое девушкой сердце, на повторе прокручивая её просьбу в своей голове. Тихий скрип дворцовых дверей нарушил возникшее волнению меж эльфами, развеивая в воздухе ощутимое напряжение. Отринули друг от друга как от огня, лишь оставив поднятыми в воздух руки в знак недавнего признания их чувств. Смотрят друг на друга неотрывно, запоминая черты до боли полюбившихся лиц. Тисс с волнением поклонилась на прощание, норовясь как можно быстрее сбежать в свои покои, желая остаться наедине со своими разбушевавшимися мыслями. А принц на спешку колдуньи лишь усмехнулся, с трепетом глядя вслед девушке. Знает ведь, что не раз доведётся им встретиться, не единожды доведётся рука об руку пройти уготовленный судьбою путь. Только со времен, чуть позже, когда оба сполна примут возникший пред ними факт. Остаётся лишь терпеливо ждать.