Часть 1

Наручники крепко сжимали руки, и из-под них уже виднелись красные следы — без синяков не обойдётся. Если, конечно, от девушки вообще что-нибудь останется. От безумного смеха ведьмы, упивающейся мучениями прикованной, хотелось оглохнуть. И сейчас даже понять не получается, ей смешно от безысходности Джинни или от её мыслей — состояние не позволяло сконцентрироваться на каких-либо ощущениях. Неопределённое время без еды не давало полностью понять собственное состояние, и вмешивается ли в него кто-нибудь посторонний. Даже характерный для легелименции холод отличить не получалось — компания холодного подвала с уже замученными трупами сказывалась на «ура» — Ну что? Одумалась? Будешь сдавать дружков или ещё посидишь? Компания нравится или поговорить не с кем? — истеричный смех вновь ударился о стенки помещения, откликаясь головной болью. — Пошла ты, — «выплюнула» рыжая ругательство. Сдавать тех, кто стал второй семьёй было бы предательством самой себя. Уж лучше она станет одной из соседей по подвалу, чем скажет хоть что-либо, что может помочь пожирателям найти Орден. Слова разозлили Лейстрендж. Не то, чтобы они были для неё обидными. Преданность девчонки заставляла вскипать. Столько дней она у них, а информации ноль! Под Круциатусом как миленькая заговорит. — А если так? — ухмыльнувшись, Белла направила заклинание на Уизли, вызывая у той ужасающие крики. Крики были вынужденными, терпи эту боль Джинни молча, её расщепило бы на лоскутки моментально. Приспешница Тёмного Лорда взяла паузу, ожидая услышать от девицы другой ответ. Но получила лишь взгляд, полный презрения. Слёзы боли не уменьшали этого ни на чуть. Рыжеволосая сдавать никого не собиралась. Вспышка боли помогла сознанию хоть как-либо проясниться. Теперь Гриффиндорка чётко слышала смешки с лестницы, принадлежавшие набежавшим на крики Пожирателям. А ещё она также ясно понимала свои мысли. Её мысли не читали, по крайней мере сейчас. Видимо, Беллатриса была уверена в получении информации от боли. Тело мучительно изнывало от полученной боли. Но одновременно с этим Джинни понимала, что на одной попытке мучительница не закончит, а будет издеваться до конца. И этот конец — либо получение информации и Авада Кедавра, либо присоединение к списку погибших в мучениях Круцио. Вторая вспышка боли. Долгая, по сравнению с прошлой. Но где-то на третьей секунде боль уменьшилась в разы. И то ли это было привыкание, то ли воспоминания о них заглушали ощущения. Уизли словно переместилась в Хогвартс, в Выручай-комнату. Время до войны, когда и эта комната, и замок не были превращены в руины. Кутаясь в объятия Блейза, она смеялась с очередной перепалки Гермионы и Драко. Выручай комната на этот раз была похожа на какой-то уютненький номер в коттедже. Свечи наполняли помещение ароматом жасмина и смородины. Теплота рук, обнимающих сзади, грела лучше любого огневиски. Сближение со слизеринцами на курсе 3-4 казалось чудом. То, что казалось невозможным, стало составляющим самых лучших воспоминаний. И вот после этого можно сдать их Пожирателям? Подвергнуть их мучениям, возможно даже худшим, чем чувствует сейчас сама Джинни, ведь среди друзей были и дети пожирателей. Гриффиндорка прекрасно понимала, что она всё ещё тут, в холодном и сыром подвале, но боли и холода больше не ощущала. Казалось, что вот сейчас руки с воспоминаний обнимают её также крепко, а воздух наполнен не запахом плесени и крови, а уютом. Но даже так, организм неспособен выдерживать круциатус так долго. Сколько заходов заклинания Белла сделала, Джинни не знала. Но начала чувствовать, как разум вновь затуманивается и прекращает принадлежать ей. Самым обидном было то, что это происходит даже не от чужого вмешательства, а от наступающей слабости. Прощаться с воспоминаниями не хотелось. Но… Это конец.