Часть 1

С самого утра он не мог успокоиться. Дичайшее волнение, от которого тряслись руки, перемешанное с эйфорией от того, что билеты на его концерт раскупили за считанные минуты и что голодные от столь редких выступлений люди искупают его в своëм обожании. Забывались прежние проблемы: нервные срывы во время записи альбомов, ссоры с некогда дорогими людьми, разбитые вдребезги об стену бутылки из-под дорого алкоголя и потухший заëбанный взгляд, отражавшийся в зеркале в ту самую ночь. ” Капли чужого дождя окропляют те ссадины От всех углов, что оставили сзади мы ” Слишком много поставлено на кон, слишком много нудных приготовлений, уволенный штат сотрудников по его минутной прихоти, переписанная начисто песня, ставшая главным хитом на новом альбоме. Он не знал, что будет после этого концерта, ведь в последний год всë его существование вертелось вокруг этого треклятого стадиона и тридцати тысяч человек, которые будут стоять в очереди с самого утра, лишь бы встать поближе к слэму и к самому Дане. ” Мы все что-то потеряли, что-то просто потратили. ” Он ещё давно выбрал себе странный псевдоним, который с годами начал бесить, но сценическое имя Lil the Neel было слишком известным и звучным чтобы менять его на какое-то дефолтное DK, как он планировал, просто сократив свои имя и фамилию до двух заглавных букв. Вообще, многое поменялось с тех пор, как он проснулся с безумной мыслью собрать концертный зал больше чем на десять тысяч человек. – В три раза больше? Ты ебанулся? Искан скрещивает руки на груди, прислонившись к дверному проëму, отделяющему комнату звукозаписи от остальной части студии. Он едва не закашлялся; в столь маленьком помещении было всë в дыму, а сам Даня сидел на полу после записи очередного трека, докуривая сигарету. – Нет. Хочу и всë. Я соберу стадик, и точка. Ищи площадку. Он не спал до этого несколько суток, поэтому говорил отрывисто, раздражëнно, едва понимая что происходит. В голове была каша, а сердце сожжено и перемолото в труху, но кому есть до этого хоть какое-то дело? ” Снова сотру в кровь, чтобы вновь это обрести Думал, за любовь я пройду до конца пути (Да и хуй знает) ” *** Он бы выбухал весь алкоголь в гримëрке, но Искандер отнимает у него бутылку Йегера и выливает в раковину. – Заебëшь же, - Кашин откидывается обратно на диван, взъерошивая волосы и устремляет на своего менеджера уничижительный взгляд. Но Даня не злится, а лишь делает вид: знает, что тот прав. – Лучше бы ты своë гитарное соло репетировал. – Отъебись, я профи в этом. На девяносто девять и девять десятых процента. Круче только Оззи Осборн. *** ” Я на девяносто девять про– ” – Воу! Толпа, которая как будто ничуть не устала за весь концерт, снова единым механизмом бросается друг на друга, готовая поглотить всех слабаков, которые не дай бог споткнутся или потеряют сознание от невыносимой духоты. Группа, пусть и сессионная, играла слаженно и четко. Видно, что те двенадцатичасовые безумные репетиции, которые Даня им устраивал, не прошли даром. ” 99 процентов 99 процентов 9-9, 99 про— ” У людей есть время выдохнуть, а у Дани откуда-то нашлись силы на второй куплет. И, говоря про силы, тяжелее всего было не сыграть или спеть, а наскрести в своей жалкой и никчемной душонке мужества спеть те строки, которые он написал едва слушавшейся его рукой на огрызке какой-либо бумажки, потому что телефон сел несколько часов назад, а в той дыре, где он находился, не было даже света, не говоря уже о розетке, так что его длинным проводом для зарядки оставалось только удавиться. – Спасибо Господь, нет вопроса куда идти. Это не гордыня, нет, я просто ищу ключи, чтобы поплотнее они под резьбу подошли. Тогда он врал, путь еще не был протореной и усыпаной гравием дорожкой Букингемского дворца, а той самой дорогой из жëлтого кирпича, которую так долго искала Дороти. Но... Fake it till you make it, верно? – В полумраке согнутый, я просто ищу ключи... Где-то глубоко в кармане моей ношеной курточки. Нашëл ли он тогда? Никто не знает, даже сам Даня. ” Там, где забывал всё, что и не хотел найти Рядом с моим двором, за забором, где прятались ” – Первая любовь с моей злобой посватались. Эта фраза даëтся ему совсем тяжело, но дальше остаётся лишь пять слов, и потом можно разъебываться как в последний раз, позабыв о своих слезах тогда, раз и на всегда. Даня, ты Lil the Neel, ты спел свой magnum opus, и, кстати, прямо сейчас тридцать тысяч человек умрëт в слэме. – Я на 99 про- Даня срывает голос, рвëт струну на гитаре и где-то теряет медиатор. Отбрасывает инструмент в сторону и снимает микрофон со стойки. Что-то старое рвётся внутри. ” 99 процентов 99 процентов 9-9, 99 про— ” Железное заграждение отлетает куда-то в сторону, и люди штабелями валятся друг на друга, сбивая с ног стоявших под сценой охранников. Наверное, организаторы уже вызывают ментов, но господи, как же это всë сейчас неважно. Миллион человек на Металлике в девяноста первом? Идите вы нахуй. Теперь он новая рок звезда, голос поколения, и сюда можно приписать ещё какую-нибудь регалию или титул. Скоро он устроит вторую Ходынку, осталось лишь немного поднажать. Даня не видит всеобщего хаоса. Он в последний раз пропевает до боли знакомые строчки, стоя на коленях, крепко закрыв глаза. Даже если кто-то сейчас сломал ногу или, блять, сдох от удушья, ему поебать. Он в квинтэссенции своих чувств. И вот, самый отвязный рокер России, собравший огромный стадион, ложится на сцену под заключительные аккорды песни, сжимая в руках микрофон и пропевая последние несколько нот. Толпа беснуется, прожекторы светятся красным, а у дверей зала уже появляется ОМОН. Lil the Neel только что отыграл свой концерт на крупнейшем стадионе Санкт-Петербурга. И, кажется, он на 99% мёртв.