Призрачный Вор… он идеален?

В городе давно ходит один слух, мол, появился преступник, который не оставляет никаких следов, совершает идеальные преступления. Полиция голову ломает и думает: кто же этот человек? Как он может быть таким идеальным?  Многие люди пострадали от рук этого ужасного человека, множество предприятий пострадало от рук этого человека. Но никто не знает, кто он на самом деле. Известно лишь его прозвище — Призрачный Вор. Идеально его описывает, правда?  Пострадавшие говорили, что Призрачный Вор жестокий и высокомерный человек, не терпящий критику в свою сторону. Говорили, мол, он актер, хорошо знающий свое дело. Но этого слишком мало, чтобы раскрыть полностью его личность.  А теперь знакомьтесь — Хан Джисон. Это и есть Призрачный Вор, которого все знают как безжалостного и ужасного человека. А по нему ведь так и не скажешь. Хану только тринадцать лет, ростом невысок, а занимается он в жизни — фокусами! Родителей нет, потому он живет в одном парке при реке. Выживать нужно, приходится воровать у людей деньги. Но кто же знал, что все дойдет до такого уровня? Хан — самый востребованный преступник в преступном мире, каждая уважающая банда работала с ним, Хан — профессионал своего дела. И профессионал в театральном искусстве, конечно.  Каждую ночь придумывает новый сценарий следующего дня, репетирует до идеала свою роль. Да-да, это про Джисона. Как он однажды говорил: «моя жизнь — театр, люди в ней — мои зрители, а я — главная роль в этом бесконечном спектакле». Много сил требуется, чтобы придумать хороший сюжет хотя бы для одной сцены и точно нужно знать кому ее показывать.  Обычно такое используется при нескольких делах: первое — для выступлений с фокусами в парке перед зрителями, второе — для преступлений. Все предельно просто.  Но вопрос с проживанием все также остается. Как Хану исполнилось десять лет от роду, родители погибли в авиакатастрофе, очень грустно вспоминать об этом. Они любили Хана и давали все самое лучшее, что было на свете. И тогда началась ужасная история с жизнью на улице. Приходилось идти в близлежащий парк и спать где-нибудь под деревом или на лавке. Тогда и начались первые представления его: он сначала учился делать фокусы, потом показывал их публике. В один момент Джисон достиг мастерства и стал применять трюки в корыстных целях. А далее уже все известно.  *** — Внимание-внимание, — говорила девушка из новостей — Призрачный Вор затевает новое дело! Просьба-…  «Как же надоел он уже» — подумал Минхо, выключая телевизор. «Мне, как генералу полиции снова поручат это дело. А я никак с места не сдвинусь! Никаких зацепок не оставляет. Может, поручить это дело другому?» Если бы не этот Призрачный Вор, то Минхо бы взял себе отпуск и валялся все дни дома, а он испортил все. Снова! Но и не просто так назначили дело именно генералу полиции, значит он и правда очень опасен для мирных жителей.  И что имеет полиция по этому делу? Да ничего. Известно лишь капля поведения этого таинственного преступника и все. Дал бы он какой-нибудь знак…  О боги, неужели молитвы Минхо услышаны?  — товарищ генерал! Разрешите! — стуча в кабинет, говорил один из рядовых.  — разрешаю. Входите. — ответил Минхо. Рядовой, лет тридцати вошел в кабинет. Остальной строй остался в коридоре. — начальник дал приказ немедленно выехать на улицу **. Подразумевают, что поймали опасного преступника.  — вас понял, свободен.  … На месте происшествия обнаружено тело пострадавшего. Осмотрев, можно понять, что убили его с помощью режущего предмета, так безжалостно и бессердечно. Но приехал Минхо сюда не по этому, а потому, как нашли опасного преступника.  — товарищ генерал, — подбегая, сказал тот самый начальник — он сбежал.  — как вы могли его упустить? — начал Минхо — куда он побежал?  — товарищ генерал, это очень опасно. Не стоит рисковать своей жизнью ради него — куда. он. побежал.  У начальника не оставалось выбора, кроме как сказать. Неужели Ли Минхо правда за ним погонится? Это очень опасно! Преступник наверняка вооружен и натренирован. Хотя сквозь черную «мантию» не совсем было видно. И шляпа скрывала его лицо. Подождите, шляпа и мантия?!  — товарищ генерал, послушайте, этот человек — Призрачный Вор! — начал начальник — еще лучше, говорите уже, куда он побежал?  Начальник показал дорогу, дорогу на вокзал. Преступники во время побега часто так делают. Бегут в большое скопление людей или через дворы. Но сейчас не время терять бдительность, начинаем преследование!  Не теряя ни секунды Минхо рванул за преступником.  Хан только успел оторваться от погони и уже хотел присесть отдохнуть, но не тут то было.  «Что, снова убегать? Ха, подождите-ка… это какой-то новый мужчина? Выглядит интересно. А  какое у него звание? Наверное самое высшее из всех высших!» А Минхо не останавливался, приближался к Джисону, а тот все стоял и рассматривал нового полицейского.  «пока бегу, придумаю сценарий о нашем допросе. Я догадываюсь, что не смогу убежать от такого напористого полицейского» — размышлял Хан и побежал прочь. Ножки пусть и маленькие, но бежал быстро и уверенно.  — стоять! Тебе не уйти от погони! — кричал сзади генерал.  — Разве кто-то бы остановился после такого? Нужно нормально уговаривать! — крикнул Хан в ответ.  Повернувшись обратно, увидел впереди подкрепление, бежавшие прямо в его сторону.  «Оббегу слева!» Повернув голову налево, Джисон увидел несколько полицейских машин. «Справа?» — уже потеряв все надежды. Справа был огромный дом, оббежать не получится. Так, что делать?! Со всех сторон его окружили. Такого в «сценарии» Хана не было, придется импровизировать. «Слабых мест не видно… побегу напролом!» Он чуть помедлил, дав фору полиции поймать его, но его быстрота и четкость дала о себе знать. Слишком уж быстр Хан в деле. Он мигом проскочил через ноги какого-то рядового и мигом заворачивает на вокзал, мысленно говоря себе, мол, молодец, так держать.  «Будет просто прекрасно, если успею на последний поезд перед обеденным перерывом» Ловко перелезая через ограду, подросток бежит на платформу. Полиция отстала, все идет по «сценарию». Хан успел проскочить в закрывающиеся двери. Странно, обычно в это время поезд битком забит, а сейчас никого. Очень уж подозрительно.  «Было бы смешно если-…» — начал думать Хан, как вдруг его руку кто-то схватил.  — ты арестован, — говорил на ухо человек — за побег от полиции и уклонения от ответственности, а также за многочисленные преступления. — человек отодвинулся подальше, чтобы достать наручники, но вспоминая закон, убирает их обратно — имеешь право хранить молчание.  Хан умолк, ведь он уже придумал свои реплики, а этот человек запрещает ему говорить? Он точно принижает его творчество! Такое нельзя терпеть, Хан должен с ним поговорить.  — поезд как раз едет до участка, это судьба. — начал Минхо, таща бедного мальчика за собой — можешь сесть.  Джисон не отказался от такого, после этой долгой погони и правда нужно отдохнуть. Вот тут и место подготовленной только что фразе: — простите, молодой человек. Я понимаю, что нужно хранить молчание, но не могу не поговорить. — начал Хан, думая, что сейчас его точно заткнут. Ведь говорит он много и очень литературно — если я признаюсь в содеянном, мне смягчат приговор? — решил закончить так. Человек перед ним еще не готов узреть его настоящий лик — обсудим на допросе — безразлично ответил ему Ли — хорошо, я вас понял. Но есть одно действие, которое вы не совершили при задержании меня. Вы не представились, молодой человек. — Хан очень надеялся, что поставил полицейского в тупик, но похоже тот совсем не волновался. Минхо протянул удостоверение. План не удался. Какая жалость.  Остальное время они ехали в тишине. *** Допрос.  Время мучений Джисона. Хотя он сам виноват в этом, все мы это знаем. По собственной неаккуратности попал в лапы полиции, а мог бы действовать более осторожно и результат был бы другим. Но что сделано — то сделано.  «Судьба не случайность, а предмет выбора; её не ожидают, а завоёвывают» Но сейчас не время для философских раздумий, время включать актера и играть свою роль. Надеюсь, все пройдет как задумывалось.  Минхо заходит в комнату с папкой в руках. С серьезным выражением лица, садится напротив Хана.  — надеюсь ты понял, что от полиции убегать бесполезно. — начал Ли — У меня к тебе есть несколько вопросов, ответы которых решают твою дальнейшую судьбу. Он достает из папки три фотографии с мужчинами.  — ты знаешь кого-нибудь из них?  Все они были известны Джисону, даже очень. Совсем недавно все четверо встретились в баре обсудить ограбление. Все бы ничего, но Хан-то несовершеннолетний. Пришлось немного помучится, чтобы его впустили во внутрь бара. Но нельзя, чтоб об этом узнала полиция!  Немного подумав, Хан ответил: — нет. Я их не знаю. Впервые вижу. — дальше придется импровизировать, ведь с самого начала допроса все идет не по «сценарию» — но если вы про них спрашиваете, господин Ли Минхо, то наверное они совершили что-то плохое, так?  Минхо не верит ни одному слову, на лице появляется усмешка.  — правда? На камерах наблюдения я увидел тебя. Ты разговаривал с этими мужчинами.  — но вы сами подумайте, господин Ли, как меня, тринадцатилетнего мальчика, могут впустить в бар? Так еще и с тремя мужчинами! — Хану срочно нужно оправдаться, пусть этому «Минхо» уже давно все известно. Интересно, он видит его насквозь? Джисона имеется в виду. — хм, да, конечно, нельзя. Но кажется ты забыл упомянуть о маленьком трюке как подделка документов. Это ведь не трудно, правда?  О черт, он точно видит Хана насквозь. Что можно придумать в ответ на это? — это было бы очень глупо с моей стороны — откинувшись на спинку стула, продолжал оправдываться Хан — Меня бы сразу раскусили в этом. Минхо внимательно рассматривает подростка перед ним, будто пытаясь разгадать его мысли.  — глупо? — повторяет он и поддается вперед — не знаю, не знаю. Ты мне кажешься очень хитрым парнем. Ты ведь фокусник? Может ты сделал свой трюк с исчезновением и попал внутрь бара? Что скажешь на это?  — что вы, что вы! Думаете я взял и сделал трюк с исчезновением перед охранником и сразу же оказался внутри? Во-первых, люди там не дураки, во-вторых я просто фокусник, а не волшебник. Я занимаюсь «обманом» и манипуляцией, а не магией. Чтобы проделать такой трюк с исчезновением, нужна подготовка. — интересная формулировка. «Обман, а не магия». Что ж, допустим я клюнул на твой маленький трюк. А теперь вернемся к делу. Что ты делал в том баре с мужчинами? Я жду правдивого ответа.  Хан не сдавался и продолжал стоять на своем:  — да не было меня в том баре! Меня бы не пустили!  Минхо качает головой, понимая, что Хан снова врет. Но ему интересно, как далеко это зайдет.  — да ну? Охотно верю. Если бы тебя развернули на входе, тебя бы не было на камерах, правда?  Остается только последняя отмазка: — вы, наверное, — скрестив руки на груди, возразил Хан — меня просто перепутали! Вот так.  «Этот Минхо точно не сможет ответить на такое!» — о, нет, не думаю. Тебя трудно спутать с кем-то, ты довольно приметный мальчик, с необычной внешностью.  Хан уже не слушал этого докапывающегося полицейского и ответил, не думая:  — а вам не кажется, что обсуждать дальнейшее преступление и тем более в баре не лучшая идея?  Только спустя десять секунд понял, что сболтнул слишком много лишнего. Ли улавливает промах в словах Джисона и наклоняется вперед.  — обсуждать преступления в баре — не лучшая идея, говоришь? — повторил он, ухмыляясь — похоже, ты и правда там был.  Хмыкнув, убирает папку со стола. Все ясно с этим малолетним преступником. «Черт, надо было послушать, что он сказал…» — я просто догадался. Обычно все преступники так делают, а я нет! — так значит ты просто угадал это? — уже чувствуя свою победу, отвечал Минхо. — да, просто угадал! Вы говорили про этих мужчин, значит они что-то замышляют… противозаконное! — самое неловкое и несвязанное оправдание от Джисона. — а еще я могу по человеку узнать преступник он или нет! Вот, глядите: у первого злое лицо, точно что-то замышляет плохое! У второго наколки по всему телу, явно мотал срок! А у третьего… газета в руках! Новости смотрит… преступные!  Минхо надоело это терпеть. Вина — раскрыта. Минуя все законы, этого ребенка-фокусника придется посадить.  — все с тобой ясно, малолетний преступник. Будешь как и второй мужчина мотать срок в тюрьме. Лет так десять, не меньше. — это были последние слова Минхо, после же двое мужчин увели Хан Джисона из допросной.  *** Тюрьма.  Ужасное холодное место, куда Хан попал снова по своей неосторожности. Да, его посадили не по закону; да, он сидит реально в камере, за решеткой! И после этого он лучший преступник этого города? Чтобы такого не повторилось, надо получше придумать «сценарий» и «роль». Все же, что тут делать? Наколки набивать? Да не, бред. Тем более Хан — ребенок. Копать ложкой проход на улицу? Лучше наколки. Поучаствовать в боях без правил? Нет уж, лучше копать ложкой проход. Можно, конечно, попасть в группировку, но это будет крайне сложно. Легче поучаствовать в боях без правил.  … Создать план побега? Вариант неплохой, но нужно изучить местность. Насколько известно, заключенные работают где-то, на швейных цехах например. Можно попробовать «прогулять» работу и посмотреть как тут все устроено. Хан ведь маленький, никто не заметит его пропажи. Плюсом ему не дали никакого полосатого костюма, ведь таких маленьких размеров не было. Джисон так и остался в своей черной мантии и черной шляпе, где хранится весь его инвентарь.  А что насчет камеры? Небольшая комнатка, окрашена в желтый-кремовый цвет, имеется письменный стол и табурет, еле живая койка с выдохшимся матрасом, легким одеялом и подушкой, раковина и туалет. Даже окна никакого нет. М-да, видок грустный, но что поделать? Это не пятизвездочный отель в центре Дубая, а обычная тюрьма.  За решеткой виднелись другие камеры и лестница, ведущая куда-то вниз. Очень бы хотелось посмотреть як там, внизу. А камеры, в свою очередь, везде одинаковые. Еще там заключенные сидят, не очень хочется с ними в дальнейшем говорить. Но судьба непредсказуема… День первый.  «Наблюдав за другими людьми в этом ужасном месте, я увидел, что многие ведут дневники. Почему бы и мне тоже не попробовать? Начну с самого начала…  Ровно в шесть утра всех начали будить. Мне, конечно, к такому не привыкать. Обычно, пока я сплю где-нибудь на лавочке или под деревом, меня будят либо птицы, либо прохожие люди. Можно сказать, что всю свою жизнь рано встаю. После, все делают странную зарядку. Целых пятнадцать минут! Я столько движений не придумаю, потому повторяю за другими. Надеюсь, сотрудники полиции, что тщательно наблюдают за нами, не против такого.  Затем начинаются ванные процедуры. Ванны как таковой у нас в камерах нет, они находятся отдельно, где-то очень-очень далеко наверное. На все отводится десять минут.  Потом начинается осмотр. Проверяют внешний вид: одежда, обувь и прическу. Не знаю почему прическу тоже, но всему свое время, узнаю когда-нибудь. Также проводят медицинский осмотр: смотрят на предмет новых повреждений, татуировки и многое другое. На это отводится до сорока минут.  После идет завтрак, самое отвратительное то есть. Сегодня нам давали какую-то подозрительную кашу, хлеб, чай и какое-то масло. Или это маргарин? Я не понял. Аппетита совсем не было, поэтому я просто смотрел, как другие едят. Мне стало от этого легче, ведь я не один тут мучаюсь.  А потом работа. Не вижу смысла ее описывать. (Я ее прогулял) Затем обед, что-то получше чем завтрак, но не слишком. На первое был овощной суп, вкусно, адекватно, приемлемо. На второе гуляш с макаронами, я не стал пробовать. Хлеб и овощи понятно. А потом снова работа, которую я тоже благополучно прогулял.  И последний прием пищи — ужин. Была рыба… я ушел.  Впрочем, дальше свободное время. Намного интересней чем работа. Можно почитать книги, заниматься спортом, играть в шашки и шахматы с другими, но вы спросите, чем же занимался я? Ха-ха, оказывается здесь есть что-то типа «театрального кружка». Как будто для меня делали! Провел там весь час, показывая свои поставленные ранее пьесы.  Когда прошло свободное время, сотрудники быстренько нас ведут по своим камерам и проверяют на запрещенные предметы. А потом спать.  Конечно, не так я представлял дни в тюрьме. Но самое главное, что у меня есть свои привилегии. Из-за того, что я ребенок, мне делают поблажки. Иногда разрешают выходить из камеры погулять, но все равно под надзором. И я имею в виду на улицу гулять! Также приносят мне книжки интересные. Закрывают глаза на то, что прогуливаю работу. Но что-то здесь не так…» — дописав последнюю строку, Хан закрыл блокнот. Время давно перевалило за час ночи, а вставать в шесть. Придется побыть сонной мухой завтра.  *** День седьмой. «Ровно неделя с того, как я оказался в этом ужасном месте, по своей же неаккуратности! Я не могу ждать конца своего срока. Придется придумать какой-либо план побега. Дни все одинаковые, только меню меняется. Да и то в худшую сторону. Да гори ты а аду, чертов Ли Минхо!» *** День двенадцатый.  «Лучшее, что здесь есть — театральный кружок.  Если бы не этот проклятый Ли Минхо, все было бы хорошо!» *** День двадцатый.  «жить тебе в аду, окаянный Ли Минхо» *** День двадцать пятый. «…» Джисону откровенно надоело писать все это, лишь бы только выйти на волю. И Минхо тоже надоел. Дни проходят слишком одинаково, а то есть ничего не происходит. Вот бы Хану устроить что-то такое, что перевернет все с ног на голову. Но скорее всего это невозможно. Интересно, а могут ли выгнать из тюрьмы за плохое поведение? Надо обязательно узнать про это, а пока остается только ждать чуда.  Начинается час свободного времени. Джисон уже долго ломал голову над планом побега. Из таких идей были как и прикольные крутые идеи, так и странные и не прикольные идеи. Например можно потребовать адвоката. Это была странная и не прикольная идея. А можно просто перелезть через огромный бетонный забор. Это тоже не прикольная идея… Кто в здравом уме полезет туда? Как раз только Хан. Пробежать через главный вход? Ну, может быть, но сомнительно. Разбить морду Ли Минхо? Однозначно да, но побегу не поможет.  «Насчет этого Ли Минхо… у меня есть план!» — озарился Хан.  «Когда встречу его, то попрошу об одной сделке. Знаю, очень подозрительно, главное чтоб согласился. А сделка будет такова: я расскажу о той банде, которая упоминалась на допросе и скажу, мол, давайте раскрою вам все карты и помогу их посадить. «Этот» поверит и согласится, тем самым выпустит меня из этого проклятого места. А дальше как-нибудь потом придумаю.» Идеальный план, правда? Только есть одно «но»… где найти Ли Минхо? По щелчку пальца он не появится, а значит нужен еще один план.  Для начала нужно узнать: не работает ли он где-то поблизости? Либо он находится здесь, в тюрьме, либо его место нахождение в участке, неподалеку отсюда, либо он находится в участке, далеко отсюда. Вариантов много, а правильный только один. Надо вспомнить, как долго ехал Хан сюда, ведь именно из участка начиналась дорога.  «Меня вывели, посадили в машину, она тронулась и мы поехали сначала прямо, потом направо. Где-то тридцать секунд. Затем ехали минуты три прямо и повернули налево. Так ехали минут десять. Ну, а дальше завернули в неизвестную мне сторону и ехали так еще пять минут. В общем дорога заняла восемнадцать минут и тридцать секунд. Значит, можно сделать вывод, что участок не так уж и далеко отсюда. И забыл уточнить, что вел машину не Ли Минхо, а какой-то странный мужик. Я сомневаюсь, что у него вообще права есть, но не мне решать, как говорится. Таким образом, Ли Минхо остался там, в участке и его тут точно нет. Следовательно, если я сбегу, то шанс, что меня поймает именно он: равен нулю. Что касается других не знаю, может они сильные и наблюдательные. Но точно знаю одно — не надо сдаваться, да и терять мне собственно нечего.  Нужно мыслить, как преступник, а не как тупица! Что сделать, чтобы реализовать план?» И снова посыпались куча разных идей… нужно выпытывать информацию у других полицейских, устроить какой-нибудь скандал, устроить бунт в конце концов. Но Хан остановился на совсем иной идее.  Ночью, пока не пришли дежурные, Джисон пролезет сквозь решетку и выбежит на улицу с помощью потайного входа. О нем рассказали другие заключенные. Затем же, пролезть через маленькую дырку в каменной стене на улице, которую Хан увидел при выходе на прогулку. Или же если ее будет не видно, то так уж и быть, придется лезть через огромный забор. Надо смотреть по обстоятельствам.  Привести план в действие можно только через часа четыре, не раньше.  До конца свободного времени осталось пятнадцать минут. Из-за этого дурацкого плана пришлось прогулять театральных кружок, а сейчас уже поздно идти. Как хорошо, что в камере были какие-то книги, можно скоротать время до начала вечернего осмотра.  «Так, что здесь есть? Психология, «Мастер и Маргарита», «война и мир», полная биография Федора Достоевского… не густо конечно. Выберу, пожалуй войну и мир.» … «Любя человеческой любовью, можно от любви перейти к ненависти; но Божеская любовь не может измениться. Ничто, ни смерть, ничто не может разрушить её. Она есть сущность души» — как это правильно сказано… — говорил вслух Хан «Я знаю в жизни только два действительные несчастья: угрызение совести и болезнь. И счастье есть только отсутствие этих двух зол» — как это печально… — смахивая невидимую слезу, продолжил Хан. «Война не любезность, а самое гадкое дело в жизни, и надо понимать это и не играть в войну. Надо принимать строго и серьезно эту страшную необходимость. Всё в этом: откинуть ложь, и война так война, а не игрушка.» — как это… — резкий голос заставил выйти из своих раздумий. Хан мигом убрал книгу и посмотрел на человека впереди.  —Хан Джисон, почему я должен несколько раз повторять? — говорил раздраженный полицейский.  — на осмотр, живо! *** Еще совсем немного и можно действовать. Отбой уже давно начался, а значит нужно действовать очень аккуратно. Конечно, по разговорам заключенных, можно понять, что не все спят по ночам: какие-то парни договорились поиграть в карты на деньги, а другие будут рассказывать байки. Самое главное — нельзя шуметь. Время 00:30, пора! С отбоя прошло целых два с половиной часа, а значит, что режим контролирования ослабевает. Хан тихонько встает с койки и подходит к решетке, осматривается. Тихо. Подозрительно.  «Придумать план — дело одно, а реализовать — другое. Смогу ли я вообще здесь пролезть?» Голова пролезет — все остальное пролезет. По крайней мере так говорят. Сейчас, как раз самое время проверить этот факт. Джисон подставил голову между прутьев, и она прошла, но обратно, наверное, уже не выйдет. Следом пошли плечи и грудь, а затем сначала правая нога, потом левая. Первая часть плана выполнена!  «Это было несложно!» — похвалил себя Хан. Но теперь начинается самое непростое и запутанное — найти тот самый проход, о котором говорил какой-то мужик.  «Как же там было?» — не вовремя начал обдумывать Джисон. Можно было об этом позаботиться раньше! — «Я помню, что он сидит недалеко от меня. Следовательно маршрут начинается отсюда. Отсюда… а дальше туда!»  Хан рванул налево к какой-то двери.  «И рядом с ней… да! Вот он!»  Рядом с дверью, внизу, была небольшая дырка, заклеенная малярным скотчем. Плюс балл за креативность. Думаю, Хан точно здесь пролезет. Быстро отодрав скотч, он полез через эту дырку.  «Интересно, кто ее копал? И каким образом?» Вдруг, в лицо ударил сильный ветер, говорившее о том, что улица близко. Джисон наконец-то дополз до конца. В этот раз проход снаружи закрывал не малярный скотч, а синий, под цвет здания. Быстро сорвав его, Хан побежал к следующей дырке, которую недавно видел. Из-за ветра приходилось сильно щуриться, что делало побег намного сложнее. Добежав и увидев, что дырку немного замело землей, Джисон начал быстро ее раскапывать.  «Быстрей-быстрей!» — повторял он сам себе.  Закончив дело, быстро пролез и побежал прочь. Вторую часть плана Хан выполнил на ура. Осталось еще три части… *** На удивление никто и не заметил пропажи Хана. Хотя сложно его забыть. Как говорил Ли Минхо: «Тебя трудно спутать с кем-то, ты довольно приметный мальчик, с необычной внешностью.» Из-за этого возникают вопросы к полиции.  Джисон не стал возвращаться на свое место обитания, да и опасно было бы. Как только заметят пропажу — сразу сюда пойдут! А может и не сюда… в любом случае нужно искать другое место и желательно, чтобы можно было дойти пешком до участка. Но и очень рядом с ним тоже быть нельзя! Как все трудно. Нужно оставить это на потом, сейчас есть другое дело.  По следующему пункту нужно просить о сделке. И надо идти к Ли Минхо. В участок.  «Просто так прийти и сказать, что нужно поговорить — бред. Меня сразу раскусят, так еще и срока прибавят, а мне и так немало сидеть. Оставить им письмо? Тоже самое. Нет, это все не подходит! Думай-думай, Хан!»  В голову, как назло, ничего не приходило. Нужно мыслить, как полицейский. Что будет самое не подозрительное? Письмо, наверное. Но так Джисона раскроют мгновенно.  «А если подложить письмо ему в кабинет на стол? Это будет тоже подозрительно? Если об этом будет знать только он, то шансы на мой успех будут велики. А может быть и нет. В любом случае стоит попробовать.»  Хан достал из своей шляпы ручку и небольшой листик и начал писать:  Генералу Ли Минхо. Доброго времени суток, товарищ генерал. Как вы знаете, я нахожусь в заключении почти целый месяц, но преступления моей банды еще не закончились, понимаете о чем я?  Я предлагаю вам сделку: расскажу подробно о планах грабежа взамен на свою свободу.  Адресант: призрачный вор Все четко и быстро, с ноткой недосказанности. Все, как любит Хан. Теперь, нужно доставить это письмо до адресата и желательно поскорее. Но для начала… Джисон достал из шляпы еще одну бумагу, в ней говорилось о всех сотрудниках полиции и где в каком кабинете находится. Да, пока он был на допросе, быстренько своровал это из дежурной части. Если судить по этому списку, то любимый генерал Ли Минхо находится в триста восемьдесят девятом кабинете.  «Как это найти хоть?» — задумался Хан.  Можно догадаться, что цифра «три» означает этаж. Все сходится, там и правда три этажа. А цифра «восемь» — это какой кабинет по счету. А что значит цифра «девять»? В списке нет ни триста восемьдесят восьмого, ни триста восемьдесят седьмого, ни триста восемьдесят шестого. Осмотрев дальше список, оказалось, что на третьем этаже всего три кабинета: триста восемьдесят девятый, тот, который нужен; триста двадцать первый, тот, который не нужен; и триста девятьсот девятый, тот, который точно не нужен. Очень странный список и очень странные кабинеты. Теперь точно можно понять, что кабинет Ли Минхо — по середине. Ну, что ж, надо начинать.  Хан не стал как-либо прятаться, ведь он и так очень подозрительный. Вдали уже виднелось нужное ему здание. Уже поразмышляв о пути в триста восемьдесят девятый кабинет, Джисон решил полезть через окно, если оно, конечно, будет открыто.  Дошедши до «места икс», Хан остановился. Нужно морально приготовиться, прежде чем лезть по окнам на третий этаж, так еще при этом не свалиться, а то пиши пропало. Будет светить не только тюрьма, а еще вдобавок реанимация. Затем мучительные операции, долги… так что пусть все пройдет хорошо. Нужно попробовать залезть сначала на крышу, а потом же на третий этаж, сразу в кабинет. И желательно это делать с задней стороны здания, там будет не видно.  Вот еще пара минут и будет обеденный перерыв, отличное время, чтобы быстро справиться с этим «несложным» заданием.  Хан полез по пожарной лестнице на крышу здания. По той самой, которая находится в двух метрах от земли. Ветер все никак не успокаивался и дул прямо в лицо, очень мешая. Добравшись до верха, ветер стал только сильнее и почти сдувал Хана с места.  «Ну и погодка сегодня. Главное чтоб дождь не пошел…»  Теперь надо аккуратно перелезть на внешнюю сторону окна, но для начала нужно дойти до края. Из-за ветра очень тяжело передвигаться, а останавливаться нельзя. Джисон прикладывает все силы, чтобы дойти до противоположной стороны, надеясь, что его не сдует к чертям. Добравшись, хватается за край и потихоньку опускает ногу на какую-либо опору, но маленький рост и ноги дают о себе знать. Пришлось немного опуститься: двумя руками хватается за выпирающий кирпич, тем самым опуская ногу ниже, но этого тоже недостаточно, чтобы добраться до этого чертова окна! Хан сместился чуть вправо, чтоб схватить руками другой кирпич и о чудо, его левая нога достала до окна! Осталось самое страшное — каким-то образом зацепиться руками за раму, при этом пролезть ногами в окно, ведь оно довольно сильно открыто на верхнее проветривание.  Правая нога, что болталась в воздухе, встала на кирпич, удерживая все тело, а левая пролезала через окно в кабинет. Сместив тело влево, Хан схватился сначала левой рукой за раму, затем и правой, оказавшись наполовину в кабинете. Правая нога теперь не удерживала ничего и легко переместилась ближе к телу, а далее на подоконник. Вот это смертельный номер!  Теперь Хан спокойно пролез во внутрь.  — браво! — слева кто-то начал хлопать — выше всяких похвал, Хан Джисон. Обернувшись, мальчишка увидел Ли Минхо — своего заклятого врага. Хан недоуменно стоял. Сейчас же обеденный перерыв? Почему «этот» стоит здесь и хлопает? А Минхо в свою очередь разглядывает мальчика: красивая черная шляпа, идеально чистая мантия, белая рубашка с черно-красным жилетом, черные брюки и темная обувь.  — здравствуйте, товарищ Ли Минхо, — кланяясь и снимая шляпу, поприветствовал Джисон. — хе-хе, неожиданная встреча, правда? Очень рад вас снова видеть… —я помню тебя, Хан, — ответил ему Ли — видок у тебя, конечно, грустный. Тебя в тюрьме голодом морили или как? В тюрьме правда плохо кормили. В первое время еще ладно, но потом совсем плохо. Вот Хан и голодал, а что поделать? Минхо подошел ближе: — так что привело тебя сюда? Сказать, мол, я вам письмо написал? Сразу нет. Придется сказать как есть.  — и вы меня даже не выгоните? Не отправите обратно в тюрьму? — ответил ему Джисон. — я хотел поговорить… — зачем? — спросил Минхо, рассматривая Хана — ты выглядишь как голодный и грустный котенок. Что тебе нужно, говори.  — на вашем бы месте, меня бы уже везли обратно в тюрьму с удвоенным сроком. Да и если я выгляжу как голодный и грустный котенок, то это не значит, что я не нарушитель закона. — парировал младший — нарушителя закона я вижу в тебе прекрасно, но мне все равно любопытно, раз уж ты пришел сюда лично. — у меня были другие планы — немного отвернувшись, ответил Джисон. Минхо хмыкнул и уселся на край стола, скрестил руки на груди и всем взглядом говорит, мол, рассказывай как есть.  Хан понял этот намек. Пора включить актера. — я хотел повергать пред вами просьбу. На недавнем нашем допросе зашел разговор о неких мужчинах, помните? Мы все вместе обговаривали план о неком грабеже. И сейчас я, пред вами, могу рассказать весь наш план, взамен на свободу. — активно жестикулируя и расхаживая по кабинету, рассказывал мальчик. Минхо хмыкнул. Ну конечно, мальчишка пытается купить свою свободу. Вот же плут этот Хан. — это будет грандиозное ограбление. — продолжал Хан — Пострадают сотни мирный жителей после него. Вам это нужно? Тем более план составлял я, а значит дело будет тяжело раскрыть. Повторяюсь, я могу вам рассказать план и помочь в предотвращении преступления взамен на свободу. Минхо посмеялся. Мальчишка определенно не глуп, но слишком самоуверен. - Конечно, конечно, - ответил он, со скепсисом глядя на Хана. - Может, сразу амнистию попросишь? — а почему бы и нет?  Ли снова хмыкнул, у него не получалось рассердиться на этого Джисона, но и согласиться он тоже не мог. - Ты слишком самоуверен, - ответил он, внимательно рассматривая подростка - Думаешь, я просто так все обвинения сниму? Расскажи свой план, а потом посмотрим, что я могу сделать.  Что поделать? Пришлось рассказать план, ведь обвинения сами себя не снимут. План был большой, но запоминаемый. И довольно хорош, несмотря на то, что придумал его ребенок. - Твой план интересный, должен признать, - ответил Минхо, - Но я все равно не могу согласиться на полное снятие обвинений. - Потому что ты преступник. Ты совершил преступление и должен отбывать наказание, иначе все остальные преступники подумают, что все их поступки остаются безнаказанными. Но я согласен на снижение наказания, - Минхо серьезно посмотрел в глаза Хана - Это будет справедливая мера, я считаю. Минхо хмыкнул, мальчишка определенно недоволен этим решением. А что он ожидал, что сразу же слетят все обвинения? — хорошо, я согласен — ответил Хан, немного расстроившись. Бесполезно сейчас спорить. — отлично, тогда встретимся здесь завтра в одиннадцать утра. Я буду тебя ждать. — с улыбкой сказал Минхо. — и можешь зайти через обычный вход, а не через окно — добавил он А сначала казалось, что он такой злой и плохой, а получилось совсем наоборот. Даже состоянием поинтересовался. Но завтра будет особенный день, первый день работы «полицейским». Заодно можно и поспать до десяти. *** Утро. Минхо уже во всю разбирает папки в своем кабинете. Как он только успевает так рано просунуться? Но в любом случае время почти одиннадцать, а значит Хан скоро будет тут. Ли сел на кресло и начал ждать. Прошло пять минут, десять минут, а Джисона все никак нет на месте. Можно подумать, что Хан проспал и да, это так. После целых двадцати пяти дней проведенных в тюрьме, первое, что хочется сделать — выспаться. Но Минхо поймет и простит его, правда?  В окно постучали три раза. Минхо удивленно посмотрел туда, неужели это Хан? Он встал со своего места и подошел к окну, аккуратно его открывая. Мгновенно в кабинет влетел Джисон, как обычно кланяясь: — доброе утро, товарищ Ли Минхо. Я почти вовремя! — доброе утро, — ответил ему Ли — присаживайся. Нам нужно обсудить сегодняшний план. Но сначала… ты поел?  — у меня нет денег, чтобы покупать себе еду — Хан сделал обиженное лицо. Как можно не понять этого? — подожди секундочку, пожалуйста. — Минхо вышел из кабинета, оставляя Хана наедине со своими мыслями. Чрез некоторое время он вернулся с тарелкой рисовой каши. — кушай и набирайся сил. Сегодня будет тяжелый день.  Джисон не отказался от такого предложения и начал воторопь кушать кашу. Она была великолепна, намного лучше, чем там, в тюрьме.  — не торопись ты так, еда не убежит — подначивал Ли После этого великолепнейшего завтрака, начались разговоры о предстоящем деле. Они обсуждали план, тех мужиков, других мужиков, само здание, где будут грабить и главное не обманывает ли Хан. Все было готово. Осталось дождаться вечера. *** Час икс. Все находятся на местах.  Хан встречается со своей бывшей командой и обговаривает новый план: — вот мы и снова встретились, мои дорогие друзья! С вашего позволения начну рассказывать переделанный мной ранее план. — Хан рассказывает громко, четко и выразительно, будто правда выступает на сцене — узнав, что за нами будет усиленная слежка со стороны полиции, мне пришлось немного усовершенствовать наш когда-то там сделаный план. Разъясняю только один раз, если кто-то не поймет, то все, песенка спета. Стало быть мы входим в здание с черного входа. Там будет меньше охранников, чем с главного входа, вы поняли меня?  Все кивнули. — отлично, — продолжил Джисон. — далее следуем как обычно. Проникаем в комнату с золотой короной, разбиваем стекло и бежим, запомните, через главный вход! Вся полиция, после узнанного, мигом побежит к черному входу. Всем ясно? Тогда по местам!  Хан в это время пошел на разведку в зал, тем самым давая Ли Минхо понять, что нужно быть наготове. Джисон спокойно прогуливался, осматривал людей, экспонаты, картины и главное — на ту комнату с золотой короной. Пока все было тихо, никто даже и не догадывался, что сейчас произойдет.  «С минуты на минуту они должны уже пойти»  Хан не спеша поплелся к черному входу.  … — да где он?! — говорил мужик с наколками, явно сидел.  — когда он отдаст нам приказ? Неужели что-то случилось? — говорил мужик со злым лицом, он явно замышлял что-то плохое. — может его поймала полиция? Ох, зря он пошел во внутрь. — говорил мужик с газетой в руках, наверное, смотрел преступные новости.  —  приношу свои извинения,— издалека начал говорить Хан — со мной ничего худого не случилось, я всего лишь осматривал другие экспонаты и в то же время следил на полицией.  Милости прошу, господа. — приглашая во внутрь, сказал Джисон. Игра начинается.  Из здания уже давно увели всех людей, выключили свет, закрыли двери. Полиция утихла, но они точно есть в здании. Банда проникла в бойлерную, здесь делать нечего. Чрез дверь вышли в главный зал и сразу же свернули вправо. Только Хан, что специально шел позади всех, завернул налево и побежал к стенду, чтобы спрятаться.  «Как только прозвучит сирена, мне нужно забрать корону у них. Если этого не сделать, то пиши пропало.» — думал Джисон. Это и был план, придуманный Минхо. Но вдруг все проучится именно не так? Ведь Хана ловить не будут.  Вынырнуть из своих мыслей заставил громкий звук разбивающегося стекла. Сирены не было. Странно. Мужик со злым лицом выбежал из комнаты с короной в руках. С золотой короной! Какая же она красивая, блестящая…  Сзади того мужика бежали остальные, но кое-кто в конце споткнулся о провод, тем самым подтолкнув человека спереди. Мужик спереди не смог удержать равновесия и упал на другого мужика, державший корону. Корона выпала из рук и тревожный сигнал заиграл на полную громкость. Хан ни секунды не думая, быстро рванул к короне, забрал ее и убежал прочь из здания чрез черный вход. Полиция выбежала из своих мест и начала ловить мужиков. Те сопротивлялись, дрались, кто ведь хочет быть в тюрьме? Так еще и за несостоявшуюся кражу. Сирена звучала, звуки полицейский машин била по ушам, только Хан бежал прочь оттуда, совсем позабыв про обещание.  *** «я соглашусь только при одном условии» — говорил с утра Минхо Хану — «ты не обманешь меня и моих товарищей. Ты больше не будешь совершать ужасных преступлений, договорились?» «Договорились» — ответил ему Хан *** — товарищ генерал, — начал какой-то рядовой — его здесь нет. Мужиков-то мы скрутили, но ни короны, ни этого фокусника здесь нет — ищите лучше! Он не мог сбежать! — отвечал ему Минхо. Рядовые обыскивали каждый уголок здания, а след Джисона так и простыл. Обманул он и Минхо, и свою команду. Все таки это была игра на публику? Ради своей же выгоды? Это очень подло с его стороны, но теперь никто и не сомневается в его театральных способностях. Фокусники — подлые люди. *** Утро следующего дня. Минхо вносит в папку с делом свои сведенья, все еще обдумывая вчерашний день. Кто-то постучал три раза в окно. Ли мигом поднял голову вверх и тут увидел…  — можно? — спросил мальчик в черной шляпе и черной мантии — у меня для тебя подарок, золотая корона!