18

Каменные ступени уходили в темноту и терялись за поворотом, держась за стену, я спускалась вниз, пытаясь снова не упасть. Врач сказал, что я везучая и отделалась лёгкими ушибами. В жопу такое везение. Мы вышли в мрачный подвал, в который не попадал дневной свет. Теперь всё соответствует моим представлениям о мафии, это вам не шикарные виллы и средневековые дворцы. И я часть этого мира. Блять... Доменико провел меня в маленькую комнату, в которой на стуле сидел связанный человек, лицо напоминало одну большую гематому, измазанную запекшейся кровью. Тот, которого я подстрелила. Выживший. Но ненадолго. - О, и потаскуху свою притащили. По очереди её имеете? - пробормотал он и сплюнул красную слюну на пол. Массимо, стоящий за его спиной, резко натянул одну из веревок, фиксирующих тело, и мужчина завизжал от боли. Неприятно и жутко наблюдать подобную картину. - Густав хотел с тобой поздороваться, но от волнения забыл как, - брюнет дёрнул его волосы, сверкнув холодными безжизненными глазами. И этот человек баюкал меня утром как ребёнка? - Тебе привет от Кьяры или как там её. Она так кричала, так кричала...  - прошипел тот с нескрываемой ненавистью, рассматривая меня одним целым глазом. Мразь. Значит, она не сдавала меня добровольно. Бедная девочка, втянутая в круговорот событий не по своей воле, ищущая спасения, но так и не нашедшая. Я скрестила руки на груди. Без эмоций. Без злости. Чистая справедливость. - Ты своё отработал. Свободен. И медленной походкой вышла не обернувшись. Доменико шёл рядом и кидал озадаченные взгляды украдкой. - Перенимаешь от Массимо, да? - Подстраиваюсь под ситуацию. Как давно вы знаете про Кьяру? Мужчина сморщил нос и взглянул вверх, прикидывая. - С начала июля. - Ещё раньше чем мы встретились! Почему мне никто не сказал? Сколько ещё важного прошло мимо? Почему меня держат за наивную идиотку? - Ева, ты остро реагируешь на некоторые вещи и Массимо до последнего надеялся, что можно будет вытащить тебя из этой истории без лишних стрессов. - Ах, так это он обо мне беспокоился? За нашей спиной послышались нечеловеческие вопли, я быстро ускорила шаг и выскочила на улицу. - Ева, подожди! Но я не останавливалась. Подальше отсюда. Не хочу... Не хочу знать. Доменико нагнал меня уже у входа на виллу и аккуратно взял под руку. Совсем не похоже на железную властную хватку его брата. Тот не думал о сопротивлении и брал силой. - Массимо хотел тебя защитить, - наверное, впервые с момента нашей встречи он смотрел на меня без раздражения, по-настоящему, даже по-дружески, - Он всегда поступал так, как было нужно ему, но сейчас он делает это для тебя. Поверь мне, это многого стоит. - Нет необходимости защищать от правды. - Я не об этом... - Давай закроем тему, - не дала договорить и ускользнула внутрь поместья. Я устала от неопределённости, устала не знать, что будет завтра. Я долгое время бежала от прошлого и самой себя и уже забыла, что такое нормальная жизнь. И Торричелли только подливал масла в огонь, скрывая от меня факты и действую за моей спиной. Когда поднялась в свою комнату, я обомлела, увидев предметы лежащие на постели. Новый телефон, какие-то ключи, два паспорта и большой конверт. Взяла в руки мой старый паспорт и прижала к груди. Жизнь снова зависит от меня. Как же этого не хватало. Заинтересовал второй документ, я раскрыла его на последней странице и наступил шок. Давящей плитой он шандарахнул по голове. Моя фотография, Ева Бьянки, гражданка Италии. Что, блять? Распечатала конверт, из которого вывалились бумаги. Договор о покупке квартиры в Авиньоне во Франции на моё новое имя и об открытии счета на пятьсот тысяч долларов. Это плата за молчание? Я села на кровать и разбирала всю эту кучу, окончательно запутавшись в том, что происходит. Мне нужен холодный душ и перезагрузка. Иначе свихнусь. Ещё немного и упекут в психушку. Мозг перестаёт поспевать за всеми событиями и отказывается работать. Ледяная вода отрезвила и я решила поговорить с этим придурком и расставить точки над "и". В спальне его не оказалось, пол чисто вымыт, как будто утром ничего и не произошло, в кабинете тоже пусто. Вышла на освященную солнцем лужайку и заметила знакомый силуэт, стоявший у калитки на пристань ко мне спиной. - - Ты охуел? - Пожалуйста, - ответил итальянец, продолжая рассматривать изумрудные волны, накатывающие на берег, - Не смог передать подарок вчера, ибо был несколько скован. С Днём рождения. - На меня смотри! - голос сорвался в истеричный крик и крепкая рука легла на шею, лишая возможности дышать. Он прожигал меня взглядом, но в нем читалась не ненависть, а боль, терзавшая душу. Он хотя бы знает, что от этого ломаются кости и становиться жутко? - Та перешла все грани, дура. Ты безумное сумасшествие. Чего ты ещё от меня хочешь? - Пра... Правды, - слова с трудом выходили наружу и Торричелли отпустил меня. Он тяжело вздохнул и сел на траву, закрыв голову руками, будто готовясь к удару. - Ты уезжаешь завтра утром. Самолёт на семь утра. Ева, у тебя будет нормальная жизнь, та, которую у тебя забрали, - его голос дрожал, а меня начинало мутить и комок нервов жег в районе груди. Незнакомое чувство. - А как же Игнацио? - Он мёртв, моё поручение было выполнено ещё вчера. - Но... Убийцы ночью... - Их подослала Катрина, его внучка. Ты ей не нужна, это была месть мне. - А если она пошлёт людей и за мной? - Нет, Катрина не воспринимает тебя всерьёз. На старые счёты ей плевать. Оставишь флешку мне и исчезнешь. Даже, если кто-нибудь захочет тебя найти, то не сможет. А я со всем разберусь. Села рядом и дотронулась до его руки, он поднял на меня лицо и я испугалась. Я боялась за него, глаза были пустыми, из них ушёл огонь. Что с тобой происходит, где мой уверенный в себе мучитель? Я сделала, то чего Массимо никак не ожидал: подлезла под плечо и положила голову на колени. В далеком детстве часто мы сидели так с отцом и он рассказывал о далёких странах, о чудесах, что ждут в разных уголках земли, о ярких звездах на ночном небе, показывал мне созвездия. "А это твоё, созвездие льва". Я рычала в ответ, а он от души смеялся. Другая, забытая реальность. Уже не моя. - А если тебя убьют? - я произнесла это вслух. То, что даже боялась осознать. - Я не знаю, в чем дело, чувство признательности это или вины, но на самом деле тебе было бы абсолютно плевать сдохни я в грязной канаве. Так, что не притворяйся, Ева. Это был удар под дых. Мне не всё равно! Несмотря на грубость и закрытость он стал кем-то близким, кем-то с кем рядом тепло. Раньше я чувствовала такое лишь с Алексом. Но было и что-то ещё, то, чего я пока не могла оформить в слова, то чего не понимала. - Это не правда. Мужчина горько усмехнулся и накрутил прядь моих волос на палец, он вновь смотрел на волны и молчал. - Массимо, я боюсь. Дело не в том, что я сделала, он этого заслужил, дело в том, что я опасаюсь, что это станет для меня чем-то нормальным. Но ведь это не так. В твоём мире возможно, но не в моем. - Малышка... - он запнулся и странно посмотрел мне в лицо, - Принцесса. Я и не хочу, чтобы этот мир был твоим. Здесь нет ничего кроме смерти, опасности и предательства. У меня нет выбора, но он есть у тебя. Я закрыла глаза и стала прислушиваться к шуму волн, над водой кричали чайки, а я пыталась запомнить каждый звук, каждую деталь. И то, как дрожали его руки, и то, как мне было хорошо рядом с ним. Спасибо тебе за всё.